Книга - ТРЕТЬЯ СИЛА – I

270 стр.Правообладатель:АвторОглавлениеКнига нарушает законодательство?Пожаловаться на книгуЖанр: героическое фэнтези, попаданцы
18+
a
A

ТРЕТЬЯ СИЛА – I
Елена Владимировна Архипова


Многие, скажем так, излишне романтичные граждане мечтают что-нибудь получить "на халяву" – джина, например, освободить из бутылки и чтобы он обязательно исполнил три их желания! Даже тайком продумывают, как лучше их сформулировать. А еще лучше – вообще стать обладателем волшебной лампы!Лично я, если о чем-то таком и мечтал, то в далеком детстве, и когда случайно выпустил джина, то привалившему мне "счастью" был совсем не рад, а наоборот – захотел от него поскорее избавиться, забыв про то, что с желаниями, любыми, надо быть очень осторожным…





Елена Архипова

ТРЕТЬЯ СИЛА – I





Глава первая, вступительная, в которой герой и вступил в это самое…


Я налил себе кофе из термоса и выудив из упаковки последнюю печенюшку отхлебнул глоток ароматной жидкости. Вот уже месяц как я безвылазно сижу в запаснике и систематизирую собранные здесь образцы привезенные с археологических раскопок всего мира моими коллегами. По ощущениям – будто в тюремном заключении дни коротаю. Нет, не могу сказать, что это занятие совсем уж лишено интереса, напротив: кое-что, так не просто интересно, а очень интересно для человека моей профессии. Вот только не мое это – «бумажная работа»! В поле я хочу! В поле! На раскопки! А бумажками пусть бы МНС занимались, им это по рангу положено! Только с тем бедламом, что нынче в стране творится я сам, как раз и оказался на ставке младшего научного сотрудника. И попенять некому – сам согласился!

Как водится в подобных государственных перипетиях, первыми страдают наука и культура. Вот и нам урезали финансирование так, что штат пришлось просто распустить. И так не великие наши зарплаты, понадобились чиновникам на какие то важные государственные нужды, вроде личных дач и новых автомобилей.

Большинство моих коллег, вынужденных кормить семьи, пустились в плавание по волнам свободного предпринимательства, а я не захотел. Понадеялся, что бедлам не продлится долго и я смогу отсидеться «под веником». Ни семьи, ни каких либо финансовых обязательств у меня не было, а сам я человек весьма неприхотливый, так что, на не большой срок, зарплата МНС меня вполне устроила бы, лишь бы не пришлось менять свою жизнь, что было для меня несравнимо неприятней и проблематичней.

Только вот беда: катаклизмом местного значения все это не ограничилось, а ломать и разбазаривать огромное государство, оказалось делом долгим и хлопотным, да и зарплата под давлением инфляции все больше превращалась из конкретной величины в нечто эфемерное…

Короче, как бы я не старался игнорировать проблемы, что росли быстрее, чем снежный ком на склоне горы, а реальность все равно старательно пинала меня в зад, требуя кардинальных действий и судьбоносных решений. Вот и сейчас, сделав не большой перерыв в работе, я ломал себе голову над извечной проблемой русского интеллигента, формулируемой весьма просто и емко: «куды беч?»! Как бы так исхитриться, чтобы нечего не делать, когда делать надо!? Придумал бы кто-нибудь все за меня…

Вам когда-нибудь говорили: «Будьте осторожны в своих желаниях»? Так вот: будьте осторожны! Чревато это! Ой, как чревато!

***

…Всякому, кто видит меня в первый раз в аудиториях института за кафедрой или в белом халате перебирающего экспонаты в запасниках, приходит в голову одна и та же, совсем не оригинальная мысль: «Что здесь делает этот амбал?» Даже в поле, но в роли руководителя на археологических раскопках, я выгляжу настолько чужеродно, что никто не признает во-мне научного работника, обремененного кроме кандидатской степени изрядным интеллектом и знаниями.

Богатырские рост и стать, а также густые темные кудри и ярко-синие глаза, достались мне от деда по материнской линии, который погиб в Великую отечественную и, будучи артиллеристом, по слухам, мог на руках вытащить из грязи увязшую пушку.

Страсть же к археологии и спокойный, невозмутимый характер – достались мне от отца. Его я тоже, как и деда, никогда не видел «в живую» (разве что в младенчестве), и был знаком с ним только по нескольким фото. Отец, английский лорд , отпрыск одного из приближенных к короне родов, встретил мою мать во время какого-то крупного, международного симпозиума по археологии, где она подрабатывала переводчицей во-время каникул, и влюбился без памяти. Несколько лет он пытался добиться разрешения на брак и переезд мамы в Англию. Но советские чиновники грудью встали за интересы нашего государства, которое понесло бы невосполнимую потерю от перемены гражданства студенточкой третьего курса института иностранных языков!

Отец еще успел меня увидеть и даже потешкать недолго, когда вместо очередного свидания, мама получила известие о его скоропостижной смерти от инсульта. Известие было передано бледным и равнодушным молодым чиновником британского посольства, не имеющим никакой развернутой информации о моем отце.

Маме так и не удалось выяснить никаких подробностей: и англичане, и наши, были жутко рады естественному разрешению назревающего конфликта и жаждали только одного, чтобы их оставили в покое, а на судьбу несчастной невесты-вдовы и ее малыша, всем было глубоко плевать.

Мама не пропала, не спилась и не опустилась. Вырастила меня в любви и достатке и дала мне столько всего, чего и в полных семьях не у всех детей было. Умерла она сравнительно недавно, как и папа – от инсульта, скоропостижно.

Вот в результате такой жизненной драмы и появился я: Ричард Эдгарович Васнецов. Рост – метр девяносто два, вес – восемьдесят семь кг, темный шатен, волосы вьющиеся, глаза синие, высокие скулы, подбородок квадратный, чуть выступающий, с ямочкой, нос тонкий, прямой.

Моя матушка, женщина весьма разумная, будучи матерью – одиночкой, вполне обоснованно опасалась вырастить из меня «маменькиного сынка» и, чтобы этого не произошло, постаралась привить мне любовь к спорту. Так что «пинок», приведший меня в спортивный зал, я получил именно от нее. Ну а дальше все пошло своим чередом: компания приятелей-спортсменов, любимый тренер…

Рост и «косая сажень» в плечах, достались мне от природы. Походив в «качалку» я нарастил на этот остов приличные мышцы. Поскольку качался без фанатизма, то в результате обзавелся отличной фигурой на которой прекрасно сидели любые, даже самые непрезентабельные шмотки производства родного отечества.

В тот же период, пережил увлечение восточными единоборствами, чья философия очень отвечала моей довольно миролюбивой жизненной позиции, а навыки позволяли вполне прилично постоять за себя и дать отпор любому, кто в нем нуждался. А «нуждающихся» хватало, так как любой придурок, мнящий себя крутым, желал самоутвердиться за счет парня моих габаритов, так что и особой альтернативы у меня не было: либо даешь отпор, либо становишься мальчиком для битья для всех, кто в любом здоровяке видит угрозу для своего авторитета.

С того же времени я буквально «фанатею» по холодному оружию, которое близко мне еще и как археологу…

Что еще? Ох ты ж, боже мой! Как же это я про свою любимицу забыл?! Есть у меня еще одна… вернее – «одно» увлечение: лапушка моя – гитара семиструнная! С подросткового возраста. Сначала брынчал на трех «блатных» аккордах, а когда стал постарше и почувствовал вкус к хорошим песням, «раскрутил» маму на частные уроки у настоящего Мастера! Благо дело – задатки у меня имелись неплохие… Да-а, задатки…

После того, как голос прошел «ломку» взросления, у меня обнаружился не только редкий «бархатный» тембр, но и довольно широкий голосовой регистр, настолько перспективный, что мне стали прочить певческую карьеру. Однако… Нет, петь я любил, но заниматься этим профессионально, в качестве работы..? Не-е, не мое это.

К тому же, пока голос еще ломался, я как раз влюбился в одну девушку, которая очень любила танцы, а так как я ее дико ревновал к партнерам, пришлось мне с ней самому на эти ее занятия ходить, а поскольку занятие единоборствами подразумевает не слабое владение телом и пластичность движений, то в ее танцевальную группу я вписался как родной и спустя совсем немного времени, переплюнул в этом деле парней с куда большим опытом, чем мой.

Так что новое увлечение сильно сместило приоритеты А когда на Новый год мы с ней, переодевшись цыганами, «сбатцали цыганочку с выходом», а я, кроме того что танцевал, еще и пел, аккомпанируя себе на гитаре, то кое-кто из моего окружения даже пустил слух о моем цыганском происхождении: дескать – «это в крови». Ну и что теперь? В танцоры подаваться? Не-е-ет уж, увольте!

Полудетская та любовь, к сожалению ли, к счастью ли, ни во что серьезное так и не вылилась, потому что семья моей зазнобы переехала в другой город, а на расстоянии и более зрелые чувства хиреют, что уж говорить о двух юных созданиях чуманеющих от гормонального беспредела? Танцами я еще какое-то время занимался – уж больно компания подобралась хорошая, даже выиграл пару конкурсов, но без любимой партнерши все уже было не то.

Правда еще один подарок я от танцев получил, но совсем другого плана: на последнем из этих конкурсов меня «зацепила» одна из поклонниц, а поскольку девушка, была старше меня и с изрядным сексуальным опытом, то все свое свободное время я с удовольствием стал посвящать новому для меня искусству чувственной любви. Надо сказать, что преуспел я в нем изрядно и к моменту расставания уже и сам мог удивить и побаловать партнершу кое-какими изысками. Расстались мы с ней мирно, вполне удовлетворенные финалом наших отношений, ибо она собиралась сделать выгодную партию, а я, как можно догадаться с учетом моего возраста – продолжить накопление опыта на любовном фронте.

Любимая работа, успех у женщин любого возраста, плюс двушка в «сталинской» пятиэтажке. Вот с таким багажом я встречал свое двадцатипятилетие. Ничего не говорило о том, что спустя каких-то два года, я буду чувствовать себя полным неудачником!

***

Итак. Я сидел за столом в запаснике и растягивая удовольствие, мелкими глотками прихлебывал ароматный кофе. Как ни странно, но это приятное занятие рождало совсем неприятные мысли. Дело в том, что моя матушка, наученная реалиями социализма, постоянно делала и пополняла запасы самых разных продуктов, среди которых было множество упаковок моего любимого напитка – кофе. Эти ее запасы я обнаружил в нашей гигантской кладовке после ее смерти и до сегодняшнего дня с благодарностью потреблял. Но увы! Ничто хорошее не длится вечно: накануне подошел к концу и мамин «стратегический резерв».

И если скорое отсутствие в своем рационе всех остальных продуктов я принимал стоически, то перспектива исчезновения кофе – буквально приводила меня в ужас! Причем наличие или отсутствие денег, в данном случае, особой роли не играло: прилавки были пусты, а как «доставать» что-либо, я не имел ни малейшего понятия!

Погруженный в эти невеселые мысли, я перевел взгляд на ящик, который планировал закончить разбирать до конца рабочего дня. Там, до половины зарывшись в упаковочную стружку, виднелась довольно большая граненая бутыль из темного стекла. Какое-то несоответствие царапнуло сознание. Я присмотрелся: внутри бутыли как будто что-то двигалось. Стоп-стоп! В ту эпоху, к которой принадлежали вещи из этого ящика, еще не умели делать стекло, тем более – прозрачное! Привычный мозг ученого в момент набросал несколько версий возможного объяснения данного факта.

Первая и самая реалистичная: кто-то что-то перепутал и не туда упаковал. Фи! Такую версию я и обдумывать не буду – скучная! Во-вторых, возможно, бутыль не стеклянная, а из какого-то материала только похожего на стекло…

Ничего «в-третьих» я сформулировать не успел, так как в этот момент взял экспонат в руки и поднес его поближе к глазам, чтобы отсвет не мешал разглядывать. То, что я там увидел, довольно сложно описать: представьте себе искры бенгальского огня увеличенные раза в три и погруженные в черные чернила. Чернила глушат их яркий блеск, а огни придают чернилам глубину космоса. При этом – если жидкая составляющая субстанции не вызывает особых вопросов, то природа «бенгальских» огней – совершенно непонятна! Надо ли говорить, что мне жутко захотелось заглянуть в загадочный сосуд?

Я стал внимательно разглядывать длинное горлышко. Как и следовало ожидать – отверстие было залито чем-то напоминающим наш сургуч. В поверхность темно – коричневого, твердого вещества была вдавлена замысловатая печать. Вообще-то есть способ снятия таких нашлепок без уничтожения изображения и, к счастью, я его знаю!

Недолго думая, я освободил стол от бумаг и достал из шкафа спиртовку, острейший нож с тонким лезвием и банальный штопор. Думаете, что подобные действия для ученого несколько легкомысленны и безответственны? Но подумайте сами: что я мог обнаружить в бутыли? Вино, которое из-за прошедших лет приобрело какое то загадочное свойство? Какую-то неведомую жидкость? Куда я мог сунуться со своей находкой? Зная своих коллег уверен, что от меня либо отмахнулись бы, порекомендовав заниматься своим делом, либо высмеяли бы за излишнюю впечатлительность.

Ну а если бы мне все же удалось заинтересовать кого-нибудь из руководства, то меня бы просто отодвинули от интересной темы и я бы узнал о результатах исследований только из их публикаций. Ну уж нет! В конце концов – это я первый обратил внимание на необычный эффект! А если понадобятся анализы, то их и потом можно будет провести. Прокрутив в мозгу все эти аргументы, я успокоился и взялся за выяснение фактов.

Снять печать оказалось легче, чем я думал. Штопор тоже не подвел. Затаив дыхание я наклонил бутыль над чистой колбочкой… Вопреки всем законам физики, жидкость из бутылки выливаться не пожелала. Удивленный я встряхнул сосуд – без результата. Заподозрив розыгрыш я недоуменно попробовал заглянуть во-вовнутрь темной бутыли через узкое горлышко и в следующий момент свалился на пол без сознания.

Приходил в себя медленно и как бы по частям: сначала вернулся слух и начал жутко раздражать звук капающей воды из плохо закрученного крана. Зацепившись за этот звук и за раздражение, сознание сделало следующий шаг: я раскрыл глаза и попытался сесть. Слабость была – непередаваемая! А потом был шок! Нет, не так! Был – ШОК! Чуть в стороне от меня, на полу сидел голый мужик и недоуменно озирался! Мужик – ладно. Голый – тоже не смертельно, но вот то, что из его лысоватого темени росли небольшие, сантиметров по пятнадцать, крученые рожки, вот это было – да! Будь там густая шевелюра – можно было бы предположить варианты, а так, при ясно просвечивающей коже..! Я все же не настолько плохо себя чувствовал, чтобы усомниться в реальности происходящего.

– Мужик, ты кто? – мой ммм… скажем – гость, посмотрел на меня с плохо передаваемым выражением которое, однако, довольно плохо сочеталось с его ммм… обнаженностью.

– Сам-то как думаешь?

Что-то щелкнуло у меня в голове: то ли интуиция, то ли головой сильно ударился, когда на пол приземлялся, то ли еще что-то:

– Джинн? – брякнул я неожиданно для себя самого.

Глаза гостя от удивления едва не вывалились на пол:

– Да-а-а… – протянул он потрясенно, – а ты как сразу-то так догадался?!

***

…Мой джинн (как выяснилось: до тех пор, пока он не исполнит три моих желания, джинн считается моим), в моем рабочем халате, сидел на моем стуле, лопал мои бутерброды с колбасой и сыром и прихлебывал из моей чашки заваренный мной чай. И как я понял, на этом мои проблемы не закончатся.

Я как то посмотрел мульт из серии про Масяню – «Жизнь с котом» называется, так вот это то же самое, только персонаж другой. Она там себе «милого» котика завела, который тут же сел ей на шею, ну а я еще более «милого» нахлебника заполучил, да еще и наделенного ехидным характером по самое «не могу»!

Во-первых: вернуться в бутыль он уже не мог – запас магии, запертый с ним в сосуде, был израсходован на материализацию, а в нашем мире магии почти что совсем не имелось. То что было – на простенький фокус пришлось бы копить целый год. Оставаться в запаснике он не мог – запасник для жизни совсем не годился. Ходить в голом виде он тоже не мог, а ни одна моя вещь ему не подходила. Джинн был маленького роста, имел худые конечности и внушительный отвислый живот, ну и да, рога тоже никуда не делись.

У меня был соблазн пожелать по-быстрому что-нибудь простенькое и отделаться от визитера, но увы, выполнять желания джинн был должен магическим способом. Так и вышло, что оставив его в запаснике ненадолго я, на последние деньги, купил ему на ближайшей стихийной барахолке спортивный костюм, поношенный плащ и кеды. Чтобы спрятать рога пришлось купить что-то вроде мужской панамы – не знаю как такой головной убор называется. Вид у джинна получился чудной, алкашно-бомжеватый, но выбора не было. И поселить мне его предстояло – у себя дома.

Ну что? Кто-нибудь еще хочет выпустить джинна? Я готов уступить!




Глава вторая, в которой герой попадает в "Зазеркалье" и решает, что хотеть не вредно!


…Я сидел в таверне, таращился в темноту за окном и пока джинна где-то носит, пытался как-то так сформулировать желания, чтобы их невозможно было переврать или обернуть против меня же. Знаю я как такое бывает. И читал, и фильмы на подходящую тему смотрел. Только как сформулируешь правильно, если ни о магии, ни о мире в котором я, стараниями джинна, окончательно застрял, мне ничего не известно?

Поздновато, однако, я вспомнил об осторожности. Нет бы до перемещения подумать о чужом негативном опыте, так нет же, попал как кур во щи! Да, да, конечно, я дурак и не следовало доверять незнакомому мужику вылезшему из бутылки, но уж больно мне тогда хотелось избавиться от его общества! Не даром говорят: «Бойтесь своих желаний»!

Тьфу! Черт! Ну и как с такой мыслью прикажете эти самые «желания» загадывать?! Те самые, которых умные люди «бояться» призывают?! Ладно! Была не была! Где наша не пропадала! Двум смертям не бывать… – э-э, стоп, стоп – это кажется уже из другой оперы? Короче, первое – это владение магией. В магическом мире хотелось бы быть во всеоружии.

Дальше – власть. Ну не хочу я быть и здесь просто пешкой! Набылся уже в своем мире, прямо по горлышко! Правда власть – это еще и нехилая ответственность, а оно мне надо? Вроде и нет, но все же если не ты, то тебя… Решено: власть – оставляем.

Ну а что пожелать на третье? Будь на моем месте нормальный мужик, то пожелал бы себе кучу баб… Тока ненормальный я видать? Было у меня в прошлой жизни много женщин, было! И поговорок типа: «Если хочешь жену красивую, умную, хозяйственную, то придется жениться три раза!» в моей коллекции «житейских премудростей» было предостаточно. Бабы были, а счастья почему-то не было… Моральное, (да и физическое, чего уж там отнекиваться?), удовлетворение было. Приятное времяпровождение – тоже, а вот глубинного ощущения счастья, чтобы душа аж пела, такого от обилия женщин я что-то не припоминаю…

Может все же стоит себе что-нибудь в этом духе пожелать? А что? Ведь на то она и магия, чтобы самые несбыточные желания осуществлять? В том мире – не было, а в этом – будет! Во-первых – красивая, чтобы все мужики слюной давились! Фигуристая, со всеми вторичными половыми, чтобы по высшему разряду! Но при этом, чтобы без излишеств и не толстая. Стройная, с маленькой ступней и изящными ручками. Опа! Это что, я себе чутка одноногую не пожелал? Хоть записывай, чтобы какого ляпа не допустить. А что? Это идея! Научный подход никогда не будет лишним.

– Эй! Хозяин! Пера и бумаги не найдется? Мел и доска? Лады, сгодится.

Так, что там дальше у идеальной жены бывает? Ага! Верность! Чтобы кроме меня: ни-ни! В упор других мужиков не замечала. Ласковая, заботливая, добрая… Угу! Уже сейчас от этой патоки диабет заработать можно! Пусть – со стервозинкой, но легкой… Сексуальная и горячая! Но не развратная… Или – развратная? Нет, это понятие с верностью как-то не очень… Хозяйственная… Ну и мать чтобы хорошая была, любящая… Без материнской заботы детям плохо, а я совершенно не хочу, чтобы МОИМ детям плохо было!

Офигеть! Это когда во мне отцовский инстинкт завестись успел? Думал, что его даже в зачаточном состоянии не присутствует, а тут – пожалте! Проснулся и вякает! Впрочем, прав он – дети нужны… в будущем когда-нибудь. А значит и мать им нужна хорошая. Так что – пусть будет, этот пункт тоже оставляю…

Умная… Ага. Зачем мне дура? Но чтобы не умнее меня… Это для ее же блага – кому же понравится, когда тебя кто-то превосходит, особенно – женщины… Блин! Ну ведь наверняка что-то важное забыл! Ага! Вот! Чтобы не шмоточница и чтобы «шопинг» не любила! Ух! Эк я загну-ул! Это же действительно – сказочный персонаж получается. Но… а вот пусть будет! Хочу и все! Мое желание – имею право!

***

Именно в этот момент на скамью напротив плюхнулся «мой» джинн. Видок у него был..!

– Ну, что опять случилось?

Джинн сунул нос в мою кружку и помахал в воздухе рукой подзывая подавальщика. Потом молча указал ему пальцем на мою кружку и сделал из пальцев рожки, видимо обозначающие количество заказанного. Я молча следил за его жестикуляцией. Знал уже, что если этот тип начал общаться через жесты, то с вопросами к нему приставать не стоит. Опустошив половину литровой кружки на одном дыхании и грюкнув ее дном об стол, джинн с силой потер ладонями лицо и наконец заговорил:

– Никого не осталось! Ты представляешь: ни-ко-го! Совсем… Великие маги! Потрясатели мира! Бессмертные! И – никого! Это что же такое жуткое сотворить-то нужно было?!

Я с сочувствием смотрел на этого бедолагу. Не смотря на то, что это он меня сюда затащил и, как выяснилось, безвозвратно, если судить объективно, то его вины в этом и не было…

***

Тогда, прожив в моей квартире чуть больше недели и заполучив что-то вроде наркоманской ломки от магического голодания, он вспомнил, наконец, какой-то редкий способ открытия иномирных каналов передвижения, доступный ему даже в таком плачевном положении, просто потому, что он джинн.

Нет, не «порталов», я не оговорился, а именно «каналов», по которым проходили какие-то там потоки, и эти самые потоки, в идеале, могли перетащить странника из одного мира в другой на минимальных затратах магии. Была, естественно, и оговорка – как же без нее! Перемещаться по этому каналу могли только пары: житель отправляющего мира + житель принимающего.

Когда я заметил ему, что для меня этот путь получится в один конец, так как вряд ли в его мире будут желающие сопроводить меня домой, этот тип посмотрел на меня с таким превосходством, будто доктор наук на студента-двоечника и выдал:

– В моем мире, юноша, великолепные стационарные порталы! Для отправки Вас домой, даже не понадобятся услуги сильного мага, поскольку этими порталами любой служитель кого угодно переправить сможет. Более того – Вы вернетесь назад в тот же день и час, что и отбыли. Сможете прекрасно провести время в моем мире и вернуться к себе так, что Вашего отсутствия здесь даже не заметят. Так что Ваши сомнения абсолютно не обоснованы!

Да-а! Куда только и делось все его высокомерие, когда канал «выплеснул» нас в заданной точке! Вытаращив глаза и отвесив челюсть джинн поворачивался вокруг своей оси и не мог издать ни одного членораздельного звука.

И было от чего: по его словам, мы должны были оказаться в центре дворцового комплекса, в специально отведенном для этих целей месте. Погрешность не могла составить больше пары квадратных метров и опять же – была предусмотрена конструкцией того самого «специального» места.

А по факту – мы стояли на огромной и совершенно дикой равнине, поросшей местами невысоким кустарником, которая с трех сторон простиралась до самого горизонта, а с четвертой – упиралась в высоченную горную гряду со снеговыми вершинами. И ни одной живой души!

Потом мой… гхм… напарник какое-то время постоял с закрытыми глазами и выдал вердикт:

– Нет, ошибки нету! Только где мы оказались я понятия не имею! Даже не уверен, что это мой мир!

– Стой-стой! – мой тренированный мозг ученого тут же уловил противоречие, – ты же говорил, что для перехода из одного мира в другой нужна пара приемщик-передатчик? Значит ни в какой чужой мир тебя занести не могло, а раз этот мир не мой, то третий вариант тут не предусмотрен!

– Какой ты умны-ы-ый, – протянул он ехидно, – может – не может! Факт остается фактом – портала поблизости не наблюдается!

Если этими словами джинн хотел меня огорошить, то преуспел он не сильно: не знаю почему, но сложившейся ситуацией я был расстроен намного меньше, чем он сам. На приключения настроился, что-ли? А может просто был рад, что избавился от писанины в душной комнатенке? Ну или сказался присущий мне чисто национальный пофигизм? Так или иначе, но в ответ на его фразу я улыбнулся вполне искренне.

Прогульнуться по чужому миру немного не по тому плану, что представлялся джинну – такой ли уж это повод для огорчения? Я ведь и так не собирался торопиться с возвращением, раз уж представился случай безнаказанно пофилонить. А дальше? Ну джинн-то из нашего мира выбрался, так неужто меня наш национальный «авось» подведет?! Рано или поздно, так или иначе… Впрочем, говоря по чести, на Земле я не оставил ничего, по чему стоило бы так уж убиваться! Угу. Или кого-то, кто стал бы убиваться обо мне…

– Для начала, хорошо бы к жилью выбраться, – продолжал джинн, – так что двигаем давай, мой ученый друг. До вечера еще неблизко, может к поселению какому выйдем…

Все это время он со странным выражением посматривал на мой рюкзак, который я положил на землю рядом с собой. Поймав его взгляд очередной раз я вопросительно приподнял брови.

– Ну прав ты был! Прав! Это хочешь услышать?!

Я довольно ухмыльнулся и парировал выпад:

– Это не я услышать хотел, а ты хотел – извиниться! Если бы я послушал твои возмущенные вопли, то сейчас у нас ни провианта, ни спальников бы не было. Огонь ты еще может и наколдовал бы, но пока накопил бы свою манну, ходили бы мы голодные, а ведь чуть ли не полдня мне с этой темой мозг выносил!

Джинн мрачно кивнул:

– Верно! Извини! Вы существа практичные и предусмотрительные, а мы – лохи магические!

Это его земное словечко вызвало у меня улыбку, да и не любитель я кого-то в его ошибки носом тыкать.

– Все! Извинения приняты, конфликт исчерпан. Ну что? Куда пойдем, Сусанин?

Джинн недоверчиво на меня покосился, не понимая причины моего благодушия.

– Да без разницы, вообще-то. Я же говорил, что не знаю где мы оказались!

Я с умным видом покивал головой:

– «Если все равно куда идти, то не все ли равно, куда ведет эта дорога?» – и не дожидаясь комментариев на афоризм предложил, – тогда может к горам двинем? А потом вдоль них пойдем, пока на селение не наткнемся? – джинн согласно кивнул головой.

– Но вообще-то – это не горы, а хребет. «Разлучник» его название.

– Разлучник? Что за название для хребта?

– Да есть легенда, как водится, – отмахнулся джинн, – потом расскажу, если еще желание слушать не пропадет.

– Значит местность ты все-таки узнаешь?

– Да как тебе сказать? Хребет этот, весь наш материк на две части делит. Так что если говорить вообще, то да, узнаю, но вот где мы конкретно… – он тяжело вздохнул и безнадежно махнул рукой, – ладно, встретим жителей – сориентируемся!

…Жителей мы встретили только спустя двое суток, которые без моего объемистого рюкзака, мы провели бы ну о-о-очень невесело.

Я вообще-то туризм люблю и путешественник я опытный, даже если не брать в расчет наши выезды «в поле», которые худо-бедно, но обеспечивались централизованно, поэтому только посмеивался удивлению джинна, когда доставал из рюкзака то одну нужную вещь, то другую. А про сколькие он так и не узнал за ненадобностью!

Это ведь только мы, русские, ко всему привычные экстремалы, которые в повседневной жизни проходят такие тренинги по выживанию, что никаким «рембам» не снились, можем прекрасно провести отпуск без гостиниц и мотелей, без туристических автобусов и ресторанов. И что главное – не рискуя при этом ни жизнью, ни здоровьем.

Кстати, больше всего джинна бесила пристегнутая к рюкзаку гитара. В чехле, естественно. Он считал, что даже если я захочу задержаться в их мире на «экскурсию», то и тогда «давать концерты» у меня не будет ни времени, ни необходимости, а значит и тащить с собой настолько громоздкий предмет, нет никакой надобности. Впрочем, про рюкзак он был того же мнения…

Он с таким пылом «наезжал» на меня из-за них, что отстояв рюкзак я едва было не пошел на уступку с моей красавицей. Ну и где бы я сейчас добывал инструмент в этом мирке с непонятными, но скорее всего, отсталыми технологиями?! Зачем бы «добывал»? А что, лишать себя такого удовольствия? Это какое же путешествие без гитары у костра?! Без Высоцкого и без Визбора?! Да и вообще – гитара для туриста – вещь первой необходимости!

Ну так вот: после двух суток движения по совершенно дикой местности и ночевок «под кустом», утром, едва пустившись в путь, мы наткнулись на довольно укатанную дорогу. Следуя своему плану, двинули по ней дальше, к горам и, уже через пару часов, дошли до селения приличных размеров, где в местной таверне джинн оставил меня формулировать желания, а сам убежал на разведку.

***

– Ладно, – вырвал джинн меня из воспоминаний, – а у тебя что? Надумал уже что-нибудь по желаниям? – и попытался заглянуть в мои записи, но я их придвинул поближе к себе да еще и рукой прикрыл: не желаю слушать чью-либо критику, ибо начнется сейчас чисто мужской стеб по поводу жены, да еще и единственной!

– Посоветоваться, ты, я так понимаю, тоже не хочешь? – джинн смотрел на меня и весьма пакостно ухмылялся.

Я упрямо мотнул головой. Советоваться! Скажет тоже! Столько уже всего непредвиденного случилось, с его легкой руки, так еще и желания с ним обсуждать?!

– «Желание клиента – закон!» – процитировал джинн понравившуюся ему рекламную фразу из моей реальности, – пойдем, коли так! Манны я накопил достаточно, так что: «Любой каприз за Ваши деньги!» – ввернул он еще один рекламный слоган и довольно заржал.

***

Идти пришлось недолго. Едва мы вышли за околицу, как мой «напарник» с ужасно гордым видом, демонстративно создал небольшой светящийся шарик и запустил его немного впереди и чуть выше наших голов. Шарик по размеру был как мячик от пинг-понга, но дорогу освещал вполне прилично.

– Вах-вах! Вэлыкий джиннь! – попробовал я сымитировать восточный акцент, (впрочем, без особого успеха), и воздел руки в делано восхищенном жесте.

Джинн хмыкнул не оценив. Уверенно лавируя в зарослях кустов по еда заметной тропинке, он вывел меня к большому пустому и, судя по болтающимся на одной петле воротам, заброшенному сараю. Создав еще пару огоньков он откуда-то достал кинжал с хищно изогнутым лезвием и стал быстро чертить какие-то знаки на утоптанной площадке перед сараем. Выпрямившись, посмотрел мне в глаза с непривычной для него серьезностью:

– Ну что, не передумал? Смотри! Второй попытки не будет!

От его тона мне стало не по себе, но вспомнив собственные аргументы, я мотнул головой и упрямо выпятил подбородок:

– Не передумал!

– Хорошо! Перед тем как произносить желания скажи: «Ручаюсь, что желания мои. Желаю свободной волей и без принуждения!» Запомнил? И не пугайся, мамой заклинаю!

Последнюю фразу он произнес уже привычным мне, иронично-издевательским тоном.

– Давай уже, не тяни! Не из пугливых я, сам знаешь.

Джинн встал в центре площадки между нарисованных им же знаков и подняв руки над головой, вдруг стремительно завертелся на месте. Миг и уже нет невзрачного человечка, а посреди поляны, опираясь на огненный хвост, возвышается метра на три существо с «ликом странным, животным»! Даже рога увеличились в размере и как-то засияли, что ли. Существо посмотрело на меня нечеловеческими глазами с кошачьими, а может змеиными, вытянутыми зрачками, и прогромыхало великолепным рокочущим басом:

– Я слушаю тебя, смертный!

Я опомнился от шока, который все-таки имел место быть и торопливо заговорил:

– Ручаюсь, что желания принадлежат мне и я желаю добровольно и без принуждения! Желание первое: хочу владеть магией! Желание второе: хочу иметь власть! Желание третье: хочу жену, идеально мне подходящую!

– Желания высказаны! – прогрохотал джинн. – Да будет так! – и подняв к небу громадные ручищи, он что было силы хлопнул в ладоши.

Прогремел такой оглушительный гром, что я невольно вжал голову в плечи, правда не сводя с джинна глаз. А он, дико расхохотавшись, взмыл огненным протуберанцем в ночное небо. Через несколько секунд только сиротливо повисшие над площадкой фонарики напоминали о том, что здесь только что произошло…




Глава третья, в которой герой понимает, что ошибался и хотеть бывает вредно!


Не скрою – действо меня проняло всерьез! Пару-тройку минут я простоял просто тупо таращась в небо. Потом, наконец, озаботился: это что, все что ли? Желания исполнены? А почему я ничего не чувствую? И почему нахожусь все на том же месте? Спросите, а чего я ожидал, собственно? Поясню. Может у меня представления о власти устаревшие, но она у меня стойко ассоциируется с дворцом. Пусть не с царским или императорским, но уж хотя бы с королевским или княжеским! Я не прав?

Магию в себе я тоже как-то не ощутил. Напрягся: ощущений – никаких! Копируя жесты джинна, попробовал сотворить хотя бы еще один светящийся шарик. Результат нулевой!

Ну уж жена-то должна была находиться рядом? То есть, пока еще не жена, а просто идеальная женщина… Вот на кой мне, скажите, нужна жена без дворца и без магии? Кормить я ее чем собираюсь?! Рюкзак уже почти пустой, а денег у меня ни копейки! Точнее – ни писета, если исходить из местных реалий. Отрезвленный этой панической мыслью, я начал тревожно озираться, боясь обнаружить поблизости чужую, то есть – не совсем чужую, а еще вернее – совсем не чужую, короче – свою нареченную. Девушки рядом не оказалось, но с огромным удивлением я обнаружил у себя за спиной, верхом на старой бочке, хмурого и нахохленного джинна!

– Гхэм… Эмм… Ты чего здесь? – не сразу смог я выдавить из себя что-то членораздельное.

Ну вот никак я не ожидал увидеть его еще раз. Столько слов было сказано про то, как ему надоели человеческое измерение и человеческое тело! (Это еще при том, что тело джинна, даже в той, человеческой ипостаси, далеко от наших по самой своей сути. Конкретней? Ну вот скажем «мэтеоризьм» или несварение, например, джинну вообще не грозили!) И как он, избавившись от моей компании, вернется в свое измерение, где в персональном «пространственном кармане», который по его же описанию ассоциировался у меня исключительно как персональный рай, предастся всяческим излишествам!

А тут вдруг – на тебе! Опять моего надоевшего общества возжелал! Или дело совсем в другом? Не может (!!!) он от меня избавиться, потому что желаний не выполнил?! (Забегая вперед скажу, что в скором времени мне пришлось здорово устыдиться этой своей мысли!)

Джинн, тем временем, соскочил с бочки и ни слова не говоря двинулся в сторону селения. Огоньки, послушной стайкой полетели за ним, освещая окрестные кусты веселым, почти неоновым светом. За неимением особого выбора я тоже последовал за этой магической компанией.

– Джинн, постой! – мне очень не терпелось озвучить свою последнюю догадку, но ему, как видно, совсем наоборот – общаться со мной совершенно не хотелось.

Однако я проявил настойчивость, догнал его и придержал за плечо:

– Да постой же, джинн!

– Меня Мерхаб зовут, вообще-то! – оглянувшись огорошил меня этот… Этот, в общем.

В очередной раз за сегодняшний вечер я на несколько долгих секунд выпал из реальности: это что сейчас было? Джинн назвал мне свое имя?!?! То самое, что по его же словам, любой джинн всеми силами старается сохранить в тайне?!?! Я чего-то не понимаю?! Насладившись моим изумлением, э-э… Мерхаб… снизошел до пояснений.

– Как ты уже догадался, надеюсь, – в своей излюбленной ехидной манере начал джинн, – имя не истинное. Поскольку желания твои я исполнил… А я их исполнил, – подчеркивая голосом последнее слово продолжил джинн, – то слышать тебя как раньше, я уже не смогу. А поскольку нам предстоит еще какое-то время продолжить общение, – на этом месте он резко замотал головой, как конь отгоняющий овода, – то будет удобнее… и безопаснее, если ты сможешь меня позвать при необходимости. Ну и общаться так намного удобнее, – закончил он уже совсем другим, деловым тоном.

– А что случилось-то? Не объяснишь?

– Объясню, объясню! Куда ж я теперь денусь! – с какой-то непонятной интонацией пробурчал джинн, – вот доберемся сейчас до таверны, закажем комнату, поужинаем хорошенько… И я все! Тебе! Сразу! Объясню! – закончил Мерхаб, пресекая интонацией мои слабые попытки возразить.

«Ладно, чего уж там, больше терпел, а до таверны я уж как-нибудь вытерплю», – подумал я и дальше мы шли уже в молчании.

***

Комнату нам выделили большую и… комфортную (если для этого, скажем честно – отсталого мирка, вообще уместно слово «комфорт»). Довольно просторная, с двумя кроватями, постельным бельем (!?), круглым столом в центре, табуретами вместо лавок и, не поверите, отдельным чуланчиком с «удобствами»! С проблемой этих самых «удобств», надо отдать должное, тут научились справляться намного лучше, чем в русских земных деревнях того же исторического периода, да и, если говорить откровенно, то и более позднего – тоже, не говоря уж про вопиющую антисанитарию и полное бескультурье в этом вопросе, земной «просвещенной» Европы!

***

Освежившись и побрившись, я вышел к накрытому столу и просто чуть не захлебнулся слюной: то, чем я перекусывал в общем зале, ни в какое сравнение не шло с нынешним изобилием!

Центр стола занимало блюдо с великолепным печеным гусем: золотистая корочка на нем местами полопалась от жара и из трещинок поднимались струйки ароматного пара. Рядом стояло другое блюдо, с горкой каких-то мелких птиц, зажаренных, похоже, в кипящем масле. Еще на столе были блюда с ломтями розовой ветчины, исходящими прозрачной «слезой», с большими кусками печеной рыбы, какая-то плошка с мелкой рыбешкой, плавающей в пряном рассоле, глубокая миска с гречневой кашей и такая же, но с чем-то белым, похожим на картофель пюре, два небольших круга сыров, белого и желтого, лежали на деревянных досочках.

На почетном месте возвышались довольно внушительных размеров кувшин и кувшинчик поменьше, с узким горлышком, а с боку, едва умещаясь на перегруженном столе, приткнулись глубокая емкость, похожая на слегка приплюснутую кастрюлю с чеканкой и вычурно изогнутыми ручками, в которой разноцветной горкой высились какие-то овощи, соленые или маринованные, судя по виду, и плетеная корзиночка, где из-под салфетки виднелась целая горка румяных лепешек, заменяющих здесь, как я уже понял, привычный мне хлеб.

– Мы что-то празднуем? – осведомился у Мерхаба, стоящего спиной ко мне и всему этому великолепию.

– А что, по-твоему, нам и отпраздновать нечего? – тут же отреагировал джинн, искоса зыркнув на меня через плечо, – да садись уже, стынет все! – и первый, показывая мне пример, опустился на ближайшую табуретку и сразу отсыпал в свое блюдо приличную порцию жареных пташек.

Меня не надо было просить дважды и вскоре в комнате зазвучали только восторженные вздохи, довольное мычание, хруст разгрызаемых косточек и деликатное причмокивание. Да! Еще про периодическое бульканье и удовлетворенное хеканье не упомянул! Наконец, сыто отвалившись от стола и ковыряясь в зубах изящной, золотой зубочисточкой, подобревший джинн соизволил приступить к объяснениям.

– Не напомнишь, мой ученый друг, сколько раз я тебя предупреждал о необходимости исключительной точности в формулировках?

«Так! Похоже «друг джинн» собирается свалить на меня вину за сорванное исполнение желаний!» – буквально прострелила меня догадка. «Ну уж нет, не выйдет!» – подумал решительно.

– Неоднократно, мой хитроумный друг! – передразнил я его манеру обращаться, – но если ты сейчас рассчитываешь провал своей миссии оправдать этой причиной, то предупреждаю – у тебя ничего не выйдет!

Несколько минут джинн молча, с каким-то непонятным выражением смотрел на меня, а потом глубоко и как-то печально вздохнул:

– Провал миссии говоришь… Да нет… Миссия удалась… – и то ли по непривычной интонации в его голосе, то ли по печали в глазах, я вдруг понял, что это предисловие к очень серьезному разговору.

– Как это удалась? А где же все «пожеланное»? Ну, то, что я загадал?

– Ладно… нужно же и серьезно поговорить когда-то… – пробормотал Мерхаб будто себе под нос и решительно прихлопнул ладонью по столешнице, – хорошо, давай разбираться по порядку! Ты владение магией пожелал? Радуйся – ты ей владеешь! То есть ты теперь такое-же магически одаренное существо, как многие в этом мире, – джинн выставил вперед ладонь, предвидя мои возражения, – только пользоваться магией нужно учиться не один год. Это раз. А два – это то, что для магии манна нужна, а ты ее не то что накапливать, а даже просто задерживать в себе и то не умеешь!

Будто внезапно почувствовав жажду, джинн налил себе полный бокал вина из большого кувшина и залпом осушил его, а потом пояснил мне деловым тоном:

– Это по первому твоему желанию, в которое я вмешиваться не стал. А вот по второму и третьему – вмешался и немного подкорректировал!

И опять выставил ладонь останавливая меня:

– Погоди, поблагодаришь позднее, – на полном серьезе заявил этот тип и пока я возмущенно таращил на него глаза – продолжил:

– Я бы конечно мог тебя закинуть хоть на императорский трон, только что ты стал бы там делать? Дворцы – это далеко не то место, где смог бы задержаться такой прост… э-э… короче: подготовка особая и закалка, я бы сказал, специфическая, нужны, чтобы у власти удержаться. А так, я думаю, ты там и до утра не дожил бы… Желание ты высказал и я особо вмешиваться-то не мог, вот и подправил его так, как сумел, – джинн опять задумчиво помолчал, играя зубочисткой и протянул со вздохом:

– Да-а-а, как сумел… Ты ведь теперь, мой дорогой, живой артефакт – сиречь… как там у вас в археологии? «Искусственно созданный объект, обнаруженный в результате единичного, а иногда и случайного события»? Вот! Будто под тебя это определение писано! Именно, что «искусственно созданный» и точно – «в результате случайного» и абсолютно «единичного» события! Единственный в мире человек, который полностью властен над собственной судьбой. Нет для тебя ни правил, ни ограничений… Ты способен получить все, что захочешь и построить свою жизнь как пожелаешь…

Я огорошено уставился на джинна:

– Если я тебя правильно понял: ни Бог, не дьявол, ни судьба и не рок… – я не договорил – уж больно немыслимым казалось то, что померещилось мне в словах джинна и холодок пробежал по хребту…

– А ты молодец… Нет, правда. Я-то думал, что тебе долго втолковывать придется, а ты сразу – в самую суть! – восхитился мой собеседник. – Верно все. Теперь если все еще будешь хотеть трон, то добудешь его и удержать сможешь… – Мерхаб налил в чарку немного вина, теперь уже из меньшего кувшинчика и, в пару глотков, отправил его себе в желудок.

– Ну и по последнему пункту: тут я вмешаться едва успел! Ты-то не знаешь, но для нашего мира понятие «идеальная жена» – далеко не абстрактное! А поскольку никого из моего временного периода в живых не осталось, то и «идеальных женщин», я думаю, в этом мире больше нет! Так что без моего вмешательства, куковать бы тебе бобылем до конца жизни! Но поскольку я молодец, – джинн скроил самодовольную мину, – то все успел и теперь тебе ни одна… э-э… особа женского пола отказать не сможет! Достаточно будет сказать вслух: «Эта женщина идеальна для меня и я хочу, чтобы она стала моей женой!» И все! Даже будь она обещана, помолвлена, просватана, стоит уже пед алтарем или даже лежит на брачном ложе – все равно ее за тебя отдадут! И ее статус роли тоже не сыграет! Хоть эльфийскую королеву можешь пожелать! Ну а пока ты этих слов не скажешь, то никто в выборе тебя ограничивать не сможет, – на этих словах он похабно подмигнул и мечтательно почмокал, – вай-вай! Боюсь процесс поиска будет до-о-олог!

Ну да! Какому же нормальному мужику может такой «процесс» не понравится!? А если кому и не нравится, то вслух он об этом ни в жисть не признается! Не поймут-с! И только тут, с изрядным опозданием, до меня дошел, наконец, истинный смысл происшедшего…

– Скажи, Мерхаб, а почему ты это все для меня сделал? – джинн будто поперхнулся воздухом и опять, с такой несвойственной ему интонацией, произнес внезапно подсевшим голосом:

– Да черт его знает! Наверное потому, что должен я тебе – по самые уши! Или ты думаешь, что джиннам и благодарность несвойственна? Ты ведь здесь застрял по моей вине, а ни разу меня даже словом не попрекнул… – он еще раз тяжело вздохнул и добавил уже на позитиве, – вот помогу тебе в этом мире нормально освоиться, тогда и отбуду на отдых. Чай больше ждал, еще от пары месяцев меня не убудет!

Я смотрел на него и думал, что все-таки дуракам везет и дурак из нас двоих, отнюдь не он! А я, не смотря на свои научные степени и рациональный склад ума человека двадцать первого века, без доброй воли этого замшелого реликта, был бы в такой глубокой зад… ну, вы поняли, что ничего хорошего меня бы в жизни уже не ждало! Ну на что я, в самом-то деле, в этом суровом средневековье рассчитывать мог?! Даже пусть и с магией? Ага, которой управлять не умею! Или, как он правильно заметил, сколько времени я побыл бы королем, если бы не предусмотрительность джинна? Ну, подойди он к моим желаниям формально? А что это он говорил, про то, что «идеальные женщины» в их мире понимаются буквально? И про полную свободу воли тоже не очень понятно…

– Э-э… Мерхаб, а как же происки и козни Сатаны? Ну, в доброжелательном посыле от Господа я не сомневаюсь, верующий чай, а вот как быть с невмешательством врага рода человеческого?

– «Врага»? Ох и любите вы штампы, а мозгой пошевелить напротив – не любите! Вот с чего вы решили, что тому Сатане такая уж власть дана?! Ты думаешь, что предоставив людям свободу воли и самоустранившись, не вмешиваясь в людские жизни без долгой и горячей мольбы об этом, Господь Бог позволит так поступать всего лишь какому-то архангелу с дурным характером?! Или вообще – мелким бесам?! Да, брось!

А то, что невежественные люди принимают за божественное вмешательство, ничто иное, как работа Законов Божьих! Эти законы срабатывают всегда и совершенно не требуют личного участия Господа. Например? Ну хотя бы то, что всякий предмет тяжелее воздуха, будучи подброшен вверх, всегда упадет вниз… Или что жизнь всегда заканчивается смертью… Даже если кому-то в гордыне или по недомыслию кажется, что они могут перехитрить эти Законы, позднее всегда выясняется, что то была только видимость.

Вот был у нас, в мое время, механикус один… В отличии от магов, которые живут долго и без всяких своих усилий, а если все же приложат к этой теме свои способности и знания, то могут длить свою жизнь почти до бесконечности… ну или «могли», по крайней мере… Так вот – в отличии от них, механикус, лишенный магии, на очень долгую жизнь рассчитывать никак не мог, а очень этого жаждал. И тогда он создал удивительного голема и поместил свой мозг в эту механическую куклу. Взглянув глазами куклы на свое безжизненное тело он воскликнул ликуя: «Я победил! Я мыслю, значит существую!» И только позже понял, что «жить» и «существовать» понятия отнюдь не равнозначные!

Господь не приложил никаких усилий, чтобы покарать неразумного, посягнувшего на его Законы – в том не было ни малой необходимости, ибо дерзкий гордец наказал себя сам! Наказал тем, что мнил своей победой: долгое существование в теле голема, отнюдь не жизнь и даже не ее подобие, но прочувствовать это до конца, можно только на собственном опыте, ну или шкуре, если так понятней.

Конечно, страдая, он думал, что это его настигла кара Божья, но на самом деле – это было лишь еще одним его заблуждением!

– И что же? Теперь выходит, что надо мной никакие законы не властны?

– Ты не понял! Законы Создателя отменить невозможно: если ты будешь настолько глуп, что прыгнешь с высоты на скалы, то разобьешься как и любой смертный, но скажем, если убегая ты пожелаешь избрать путь спасения через прыжок со скалы в воду, то скорее всего, попадешь на глубокое место, сможешь выплыть и спастись. Или если ты перед этим потрудился и освоил формулу левитации, то не упадешь вниз, а воспаришь от своих врагов в поднебесье! И случай тут не встрянет, а правило в котором «кому суждено разбиться, тот не утонет» с тобой не сработает, ибо тебе вообще ничего не «суждено»! Не делай явных глупостей и твои усилия приведут именно к тому результату, к которому ты стремишься. Проведение, в данном случае, не вмешается.

Или, скажем, короли от рождения наделены королевской кровью и правом на трон в той или иной степени. Сядут они на этот трон или нет, зависит не только от их желания, но и от того, как сложатся обстоятельства. Тебе же, во-первых, нет нужды в кровном праве, а во-вторых – судьба твоя не написана, как поступишь, такой результат и получишь! Станешь оспаривать трон – обстоятельства сложатся в твою пользу, пренебрежешь – никто не станет преследовать и навязывать! Но опять же – если попрешь напролом, понадеявшись на слепую удачу, то не взыщи, если кости выпадут не тем числом: все зависит от тебя, удача тоже не в деле!

Если на балу из толпы девиц выберешь одну для танца, то совершенно неизвестно кем она окажется, но только танцевать будет умеючи. А если захочешь жениться, то твоя удача будет зависеть от того, умом или сердцем станешь руководствоваться для достижения цели: захочешь любви – получишь любовь, а не корыстную тварь, умеющую хорошо лгать и претворяться, захочешь соратницу в делах – получишь именно ее, а не тайную сторонницу другого государства, что станет лить воду на его мельницу. Все другие от подобного не застрахованы, ибо судьба и рок идут следом, а ты властен не ошибаться в своем выборе – будь то друзья или любимые.

Единственный закон который остается в силе над тобой даже больше, чем над остальными: полученный результат расхлебывать будешь только сам, свалить его на другого ты не сможешь. Так что все обдумывать и тщательно планировать, перед тем как действовать, тебе потребуется много больше, чем остальным, ибо любое безрассудство потянет за собой череду разочарований… Впрочем – интуицию тоже никто не отменял, но опять же: чем станешь руководствоваться – это только твой выбор.

Мдаа… Мне жутко захотелось почесать в затылке, для стимуляции мыслительного процесса, видимо. Как там у Высоцкого? «Все извилины заплел»? Честно говоря, из его мудрствования я толком ничего не понял. Разве что, если в двух словах, то выглядит так: руководствуйся хоть рассудком, хоть интуицией, но расхлебывать последствия все равно будешь сам. И чего в этом нового? Разве бывает иначе? Ну, у простых смертных, не у королей? По моему – нет!

Ну а короли могут просто кого-то послать зачищать свои ляпы, ну или казнить кого-нибудь за свои ошибки, на что я, даже стань я королем, все равно не пошел бы – ибо подло, а мне для счастья просто необходимо себя уважать!

Конечно хорошо, что судьба моя не написана и рок не вмешается – не надо хоть этого опасаться, но от собственной глупости еще никто никогда и никем застрахован не был! Так что и тут перспектива звучит не особо успокоительно, ибо глупость – понятие растяжимое. Короче – буду жить, а там посмотрим…




Глава четвертая, в которой обстоятельства вносят свои коррективы в планы героя…


…Назавтра, хоть я и проснулся очень рано, но Мерхаба на соседней кровати уже не было. Вот скажите пожалуйста, куда он мог слинять в такую рань?! Я позволил себе недолго понежиться и лежа в кровати вспоминал вчерашний разговор. Скрывать не буду, но намерение джинна задержаться в моей компании – внушало определенный оптимизм и чувство спокойствия, что ли. Как-никак, а теперь у меня будет время на постепенную адаптацию в новых реалиях: случись что – джинн прикроет! То, что Мерхаб «расшифровал» для меня подноготную моих собственных желаний, здорово помогло мне до конца осознать, в какую задницу я едва не влетел. И да, я был ему благодарен и пристыжен за свои беспочвенные подозрения. Хотя-я, как беспочвенные? Это ведь только в моем случае маг нарушил негласное правило, а начни события развиваться по иному сценарию…

Вот что за поганая натура у интеллигентов?! Ну получил пряник – радуйся! Так нет, покопаться в причинах требуется! Если бы, да кабы… Вытравливать надо эту хрень из своей натуры! Так. Что там у нас с напарником на сегодня запланировано? Первым делом – это обучение задерживать в себе манну. Джинн сказал, что для этого необходима концентрация, для которой полезны медитации, а их лучше проводить на пустой желудок. Так что умоюсь, сделаю зарядку и до завтрака займусь медитацией.

Голый по пояс (сверху естественно), сладко потягиваясь я вышел на крыльцо. Прямо напротив меня, только на нижней ступеньке, стояли два пацана и с азартом обстреливали мелкими камешками неуклюже скачущего по двору вороненка. На этот момент ему уже изрядно перепало, так как двигаться себе он помогал только одним крылом, а другое – волочилось по земле обдирая перышки.

Я, как интеллигент, категорически против телесных наказаний! Тем более – для детей! Был… Потому что уже в следующую секунду мои руки, будто без моего участия, обе разом, отвесили паршивцам по увесистому подзатыльнику! Надо отдать им должное, мальчишки не стали разбираться откуда им «прилетело», а взяли с места в карьер и через секунду скрылись за ближайшим сараем.

Почти в тот же момент, вороненок сделал еще один подскок и запрокинув к спине головку, будто сломанная игрушка повалился в пыль. Я подбежал к нему и бережно поднял легонькое тельце. Головка с затянутыми голубыми веками глазами и приоткрытым клювом безжизненно свесилась, но в мою ладонь продолжало неистово колотится маленькое, но упрямое сердечко.

Двумя пальцами я осторожно оттянул поврежденное крыло: как и ожидал – оно было сломано. Края перелома, пропороли тонкую птичью кожицу и торчали чужеродными белыми выступами на фоне его темной плоти. Крови было совсем немного. Аккуратно сложив оба крыла у него на спине, я присел на корточки у пристроенного к колодцу деревянного корыта, из которого поили скот.

Преподняв и придерживая желторотую головку, другой рукой я зачерпнул оттуда немного воды и поднес стекающую с пальцев струйку к приоткрытому клюву. Первые капли просочились в глотку сами собой, но в следующую секунду вороненок встрепенулся и резким взмахом головы вытряхнул воду из горлышка. Он поднял на меня еще мутные после обморока глаза и уже добровольно потянулся за новой порцией воды.

Пил жадно и долго. Мне пришлось несколько раз зачерпывать из корыта воду. Утолив жажду и окончательно придя в себя, малыш, вопреки моим ожиданиям, не стал вырываться из моих рук, а только слегка повозился, устраиваясь удобнее и расслабив лапки улегся горячим брюшком на мою ладонь. Я усмехнулся:

– Умен, подлец! – и погладил вороненка по растрепанной головке.

Он покосился на меня темно-шоколадным глазом с длиннющими, редкими ресницами и приоткрыв клюв издал приглушенный звук, больше похожий на скрежет, чем на карканье. При этом он попытался изобразить движение крыльями, на всех птичьих языках означающее просьбу о пище, но то ли поломанное крыло помешало, то ли он умышленно лишь обозначил жест, но крылышки лишь слегка затрепетали у самых плеч. Не дожидаясь более выраженных движений, я прикрыл его ладонью:

– Ну-ну! Тихонько! Не беспокой травму. Я и так понял, что ты есть просишь.

Вороненок, будто поняв фразу дословно, послушно угомонился и опять прикрыл глаза голубыми веками, а я двинул на поиски джинна.

Мерхаба я нашел в общем зале таверны за каким-то секретным разговором с хозяином. Почему секретным? Да просто стояли они, почти уткнувшись друг в друга головами и разговаривали так тихо, что в двух шагах невозможно было расслышать. Увидев меня в дверном проеме, Мерхаб быстро свернул разговор и пошел мне навстречу.

– Ну что? Готов к занятиям?

– Не совсем, вообще-то, – я показал ему дремлющего у меня на руках вороненка, – Воронушу надо покормить и крыло ему подлечить… – начал было я, но заметив с каким брезгливым выражением смотрит на птенца джинн, осекся на полуслове, – ну и чего ты на этого малыша смотришь как на мерзость какую-то?

– Что? – джинн вздрогнул, будто проснулся, – мерзость и есть! Выбрось его немедленно, помой руки и пойдем заниматься! За сегодня нужно кучу дел переделать, а ты с разной дрянью возишься!

Вот зря он так о вороненке! Я с детства к «братьям нашим меньшим», мягко говоря – неравнодушен! Мама, правда, считала, что я на «всей этой живности помешан» и, до некоторого времени, думала, что путь мне, в дальнейшем, только в ветеринарный институт, но… Еще на уроке биологии в старших классах, я закатил жуткий скандал и мало того, что сам отказался вскрывать лягушку, но и никому из учеников не позволил этого сделать. В ответ на мою вдохновенную речь, наш директор (спасибо ему!) отменил это занятие и позволил мне лично, отнести всех спасенных лягух в ближайший пруд!

После этого случая стало понятно, что ветеринария мне не светит. Но! Любить живность я от этого меньше не стал… Джинн мои пристрастия явно не разделял и поскольку на ближайшее время мы с ним спутники и напарники – с этим что-то надо было делать.

– Извини, дружище, но я что-то тебя не понимаю : ты требуешь что бы здоровый, сильный мужик, отказал в помощи раненому ребенку? – в моем тоне была бездна искреннего недоумения и только легкая нотка укоризны.

– Какой ребенок! – вскинулся джинн, – у тебя просто грязная ворона! А даже если и ребенок, то что? Ты намерен всех несчастных детей собирать? Так это тебе все равно не под силу!

В этом месте я слегка завис: это только у джинов такое представление об этике и морали, или у всего здешнего общества? Прокрутил в уме все имеющиеся в памяти знания на эту тему. Нет, не может такой подход быть повсеместным. В любом обществе есть люди как с похожими взглядами на проблему, так и с кардинально иными!

– Всех не всех, но если прямо у меня на глазах какая-нибудь жуть творится, то что ты мне прикажешь делать – мимо проходить?! А дальше что? Как после этого можно себя нормальным мужиком чувствовать, а не дерьмом полным?!

На этот раз, похоже, завис уже джинн. По крайней мере он пару минут таращил на меня глаза и явно что-то прокручивал в уме.

– Ты хочешь сказать, что поступаешь так всегда и намерен поступать так и в дальнейшем?

– Ну-у-у… Да, вообще-то…

Во взгляде моего напарника появилось какое-то новое выражение:

– А это может оказаться интереснее, чем я думал … – пробормотал он себе под нос и уже по-другому взглянул на вороненка, – ну ладно, коли так. Неси его в комнату, устраивай, корми… что еще ты там собирался..? А потом мой руки и идем заниматься!

– Э-э… Я вообще-то на твою помощь рассчитывал… – Мерхаб недоуменно поднял брови. – У него крыло сломано… Я подумал, что магией его намного проще срастить…

– Увы, мой друг! Тебе посчастливилось подцепить одну из немногих проблем, которую невозможно решить магическим путем, – джинн смотрел на меня с каким-то непонятным торжеством и ожиданием – вороны – чуть ли не единственные существа в этом мире, которые совершенно не поддаются магическому воздействию! Совершенно! А это значит, мой сердобольный друг, что пока крыло срастется и пока он вообще сможет выживать самостоятельно – тебе придется очень и очень повозиться!

Ехидством, от якобы сочувственных слов «моего друга» – несло за версту! Изогнув губы в ироничной усмешке, джинн как будто что-то ждал от меня. Я недоуменно на него покосился и пожал плечами: повозиться, так повозиться. Открыл мне великую истину, понимаешь! Мерхаб, похоже, не дождался от меня той реакции, на которую явно рассчитывал и ироническая гримаса на его лице перетекла в недоуменную. А я, уже не обращая внимания на игру мимики на его лице, полностью переключился на вороненка.

В моем рюкзаке, пока совершенно не тронутый, находился весьма приличный запас антибиотиков, перевязочных средств и прочей медицинской хрени экстренной и не очень, помощи. Так что, не изощряясь с подручными средствами, я смогу быстро и качественно решить проблему с больным крылом. А про то, чтобы покормить и устроить ему временное жилье – это вообще – раз плюнуть!

Однако, повозитьсясе же пришлось изрядно. Самым простым делом оказалось кормление вороненка. Он дисциплинировано открывал клюв всякий раз как я подносил к нему очередную порцию съестного. Счастье великое, что вороны всеядные. Будь по иному, то где бы я для него, скажем, мошек ловил? А так малыш с аппетитом слопал несколько щепоток гречневой каши, пару ломтиков белого сыра и не большое количество сырой говядины. Сытый и довольный он благосклонно поглядывал на меня из большой плетенной корзины, которую я временно приспособил ему вместо клетки, пока сам суетился подготавливая все необходимое для его лечения.

А вот потом началось мученье: Воронуша спокойно не лежал и норовил вырвать крылышко из моих пальцев, а это мешало совместить сломанные косточки. Но так или иначе, а с этой задачей я тоже справился. При помощи зажима пришнуровал на месте перелома, бинтом, сквозь перья, самодельный лубок и обильно присыпав рану стрептоцидом, прикрутил крыло к телу вороненка и вернул его в «корзинное» гнездо.

Теперь можно было вернуться к нарушенным планам. Зарядку в этот день решил не делать: утро уже не было ранним и кругом мелькали постояльцы, здешняя прислуга или местные жители. Поэтому только еще раз умылся, пощупал наклюнувшуюся за ночь щетину и благополучно ее проигнорировал. Затем расстелил посреди комнаты сложенное в несколько раз покрывало и привычно уселся на него в позе сосредоточения.

Мерхаб все это время сидел на своей кровати «по турецки» и наблюдал за моими действиями с совершенно непривычным для него выражением на лице. Я не силен в физиогномике, но казалось, что он смотрит на совершенно незнакомого человека, с которым будет вынужден общаться и сотрудничать какое-то время, и сейчас решает, насколько хлопотным будет предстоящее общение. Внутренне я насторожился: что он там надумает? Остаться со мной джинн решил добровольно, а значит вполне может и передумать…

– М-м-м, и откуда, позволь узнать, у тебя такие познания в магических методиках? – осведомился он, после того как я все подготовил и выжидающе уставился на него в ожидании дальнейших инструкций.

– Это методики моего мира по духовному совершенствованию и к магии не имеют никакого отношения.

– Да? Любопытно… Только ты ошибаешься. Впрочем, это разговор для другого времени, – сам себя перебил джинн, – а сейчас, скажи мне, методикой погружения в себя, ты тоже владеешь? Мне нужно что-то объяснять по теории медитации?

– Не знаю, насколько различны теории наших миров, но по сути – нет, я вполне способен «погрузиться в себя» без посторонней помощи. Меня интересует только то, чего я должен добиться в результате погружения?

– Для начала, попробуй хотя бы просто увидеть манну. Почувствовать как она проходит сквозь тебя… В дальнейшем будем учиться формировать энергетический сосуд для ее сбора… Но это дело не одного занятия… А пока – можешь приступать. Я послежу за тем, что у тебя получится и подскажу если замечу ошибки…

Попытаться увидеть… Что ж, попытаемся… Давненько я не медитировал, но опыт, как говориться, не пропьешь! Все получилось даже проще, чем я рассчитывал. Сознание будто только и ждало, пока я соберусь погрузиться в транс.

Как всегда – привычный мне образ: небольшая пустая комната с толстым, пушистым ковром на полу. Окно высоко, под самым потолком. Стены голубовато-серые. В приглушенном солнечном свете, льющемся из окна, танцуют пылинки. Почему именно это? Без понятия! Ничего подобного в моей реальной жизни никогда не было, но вот возник образ во время первого транса и неизменно возвращался во всех последующих! Здешний я, не совсем я, вернее – не я в своем современном облике. Тут я так и остался подростком. Внешне, по крайней мере.

Оглядываюсь. Та-а-ак! Если вот эти полупрозрачные снежинки свободно кружащиеся по всему пространству – не манна, то я – персидский шах! Присмотрелся. Это только на первый взгляд все пространство заполнено манной равномерно, а на самом деле, внутри нее будто морские течения в толще воды, движутся течения манны. Где-то – реже, где-то – гуще, а где-то совсем еле-еле. Как много ее во мне! Но джинн прав: совсем не задерживается! Свободно втекает со всех сторон и так же свободно вытекает во все стороны!

Мне стало очень досадно. А что если попытаться собрать ее? Сформировать энергетический сосуд? Я представил огромную банку. Такую, какие в моем мире используют под консервацию, но только раз в сто больше. На горлышко этой банищи пристроил еще более громадную воронку и… Манна свободно втекала в мое творение и так же спокойно покидала его… Где-то на грани слышимости раздался ехидный смешок. Я разозлился.

Обошел громадную, стеклянную емкость по кругу: нет, материал вряд ли имеет значение… Сделай я ее хоть из бетона – для манны это не принципиально. Энергетический, говоришь? Я потянулся к своему энергетическому телу и отделил от него тоненький поток. Потянул за эту ниточку одновременно представляя, что она оплетает сосуд, растекается по его стенкам радужной пленкой, а потом опять собирается в ручеек и возвращается назад, в тело, что энергия так и циркулирует по этому дополнительному руслу, подпитывая стенки банки. Совсем другое дело! Попавшая в банку манна уже не «утекала» а стала откладываться у нее на дне. Но воронка свою функцию не выполняла, так как энергетический поток ее не захватывал.

Я еще немного подумал и потянулся еще за одной ниточкой энергии. Дотянув ее до своего сооружения, я оплел им воронку и представил, что этот поток течет в противоположную сторону. Во-о-от! Теперь хорошо! Воронка не только пассивно направляла манну в горлышко банки, но и стала «подсасывать» ее из пространства. Наполнение емкости заметно возросло. Так же, на грани слышимости, я уловил восхищенный вздох с большой порцией удивления и удовлетворенно ухмыльнулся: знай наших!

Подождал некоторое время наблюдая за тем, как увеличивается слой манны на дне банки. Все в порядке – работает без всякого контроля с моей стороны! А Мерхаб утверждал, что придется долго тренироваться, чтобы поддерживать функции сосуда автоматически, не концентрируя на этом внимание. А то уснул – и привет, сосуд испарился, манна разлетелась! Хотя… Может это только пока я здесь? Сосредоточился и вернулся в реальный мир. Не вставая с покрывала прислушался к себе: нет, с сосудом все в порядке. Стоит где поставили, копит манну и в моем контроле не нуждается. Класс! Посмотрел на учителя: сидит скривившись, как среда на пятницу. Ну что еще не так?

– Молодец, хорошо получилось, – выдавил из себя джинн, – только не рассчитывай, что и дальше все с наскока получаться будет! Магией овладевают годами!

– Ну да! Конечно! Бурных аплодисментов я от тебя и не ждал, но похвалить, все же, мог и без такого кислого выражения! – обиделся я. Мерхаб тяжело вздохнул:

– Я тебе добра желаю, а от излишней самоуверенности только вред! И как мне с ней бороться прикажешь, если у тебя с первого раза получился сосуд, какого я и с десятого бы не создал? Да! Мои аплодисменты! Бурные и продолжительные! Только не заносись, ради Вседержителя. Тебе по-любому еще учиться и учиться!

Я довольно заулыбался: приятно, что ни говори!

– Ладно! Я на отработку этого умения полдня планировал отвести, но раз ты такой способный, то попробуем непосредственно в магии потренироваться…

От радости я аж подпрыгнул:

– В магии?! Прямо сейчас?!

Джинн посмотрел на меня со знакомой ехидцей и поинтересовался:

– Мне очень приятен твой энтузиазм, но разве позавтракать сегодня ты не собираешься? На сколько мне известно, из нас троих, только твоя ворона сегодня ела! Да и ей, если судить, что время уже идет к обеду, вполне можно подкрепиться очередной раз…

Я удивленно уставился на свои часы (сутки у нас и в этом мире, к счастью, совпадали): вот это я помедитировал! Времени второй час уже! Да уж! Это уже не завтрак будет… И Воронушу давно пора покормить еще раз. Как он еще терпит, бедный?! Я встал и поднял с пола покрывало.

– Значит – после обеда?!

– Угу. Попросим хозяина одолжить нам коней, отъедем подальше и до заката ты сможешь потренироваться вволю! – в кои-то веки по-доброму улыбнулся джинн моему нетерпению.

– Кстати! А о чем это вы сегодня с хозяином шушукались?

– М-м-м? А! Видишь ли, я собирался тебе предложить отправиться отсюда в столицу. Где как не в большом городе лучше всего получать представление о стране? Только вот хозяин говорит, что там очередной переворот… Смута, сам понимаешь, не лучшее время для визитов. Хотя, можно пока в другую сторону отправиться, а в столицу уже потом, когда там с властью определяться… Короче: недельку еще здесь поживем, поглядим как твое обучение пойдет, а там и подумаем куда лучше отправиться… Ну ладно, пошли обедать уже!




Глава пятая, в которой у героя появляются воодушевляющие перспективы…


Обнадеженный первым успехом с сосудом для манны я рьяно взялся за дело, но овладение магией оказалось делом реально трудным! Еще в первый день мы обнаружили вблизи хребта, защищенную скалами площадку, довольно просторную и совершенно уединенную. Единственный недостаток этого места, как я тогда думал, была его удаленность. Потом я по достоинству оценил именно это качество!

Овладение силой проходило… мягко говоря – неоднозначно. У меня то совсем ничего не получалось, то получалось такое-е-е, что я искренне радовался, что на тренировки мы уезжали так далеко от селения. Пугачевское "…сделать хотел утюг – слон получился вдруг!" меркло на фоне моих творческих изысков. К тому же то, что сегодня получалось с легкостью и не один раз, назавтра могло скрутить кукиш и не даться от слова «совсем»!

В жизни бы не подумал, глядя как в фильмах маги пуляют друг в друга файерболами, что это такое сложное дело. Оказалось, что заклинания нужно не только знать наизусть, но и правильно их произносить. Учить приходилось "на слух", так как специальной литературы тут не было, но я, если честно, особо об этом не жалел.

Ну во-первых, потому что не думаю, что написаны они будут на современном языке, более вероятно, что какими-нибудь древними каракулями, а зная дотошность и вредность джинна, ни в малой степени не сомневаюсь, что он заставил бы меня их учить, а мне и так с местной письменностью мороки хватало!

А во-вторых: ведь все эти бумажные носители (ну или кожаные, пергаментные и еще хрен знает какие – не суть), типа колдовских книг и дневников магов – помогли бы не сильно, даже имей мы их в наличии. Ведь их можно использовать только стационарно. В "полевых" условиях, в бою там, или например, при внезапном нападении, они совершенно не годились! Не скажешь ведь противнику: "Погоди, я найду в книге нужное заклинание"?! Да и таскаться с древними инкунабулами – еще то занятие!

Да и «магичить» с магическими фолиантами нужно оч-чень осторожно! Думаю, на такой «подвиг», даже Мерхаб не со всякой книгой отважился бы. Почему? Да просто магическая книга – это не тот набор листов в твердой или мягкой обложке, к которому мы все привыкли, а своеобразный артефакт, наделенный зачатком рассудка, некоторым диапазоном свободной воли, а зачастую, еще и мерзким характером. Вот попробуйте, скажем, швырнуть такую «книжицу» на стол: в лучшем случае – не откроется, ну а в худшем… У вас хорошая фантазия? Вот и дайте ей волю!

По поводу "знаков силы" – отдельная песня: чтобы их правильно изобразить на пальцах, нужно эти пальцы разрабатывать не слабее, чем у фокусников или карманников! А чуть съехал палец – заклинание либо совсем не получится, либо получится… но будешь сам тому не рад…

Лучше всего у меня обстояли дела с материализацией физических тел. Мерхаб только головой мотал:

– У тебя дар какой-то парадоксальный! Все что у других едва-едва начинает получаться после нескольких лет учебы, а некоторым вообще может не даться – у тебя выходит буквально на два счета! А то, что мои соплеменники считают уровнем начальной школы, тебе – темный лес! Что сложного в заклинаниях? Выучил и пользуйся! Так ты их совсем запомнить не можешь! А знаки? За неделю только три знака усвоил, а что корчишь вместо остальных – стыдно озвучить!

Сам он, своими сухонькими, узловатыми пальцами мог такое изобразить, что я сомневался, в похожести наших суставов: может у джина они и вовсе – одна видимость!

Выматывался я в эти дни до полуневменяемого состояния. Спать уходил сразу же после ужина, но и сны приходили исключительно на тему занятий, так что я и во сне продолжал что-то бормотать и дергать руками. Мерхаб мне ни чего на эту тему не говорил, а самому мне и в голову не приходило, что это может иметь какие-то последствия, пока однажды утром…

***

Проснулся я в то утро от сильнейшего аромата только что сваренного кофе. И не открывая глаз недовольно поморщился: ну сколько можно?! Это уже превращается в навязчивую идею и грозит перерасти в форменное помешательство! Когда подобный фокус случился впервые, я буквально слетел с кровати и толком еще не проснувшись, с надеждой пошарил по сторонам глазами надеясь… А черт его знает, на что я надеялся! Не было в этом мире кофе! Не было! А от того скудного запаса растворимого суррогата, который мне удалось прихватить с собой в путешествие, очень давно не осталось ничего кроме воспоминаний и сожалений.

Из-за того, что и дома мои запасы хорошего кофе подошли к концу, в дорогу с Мерхабом мне удалось достать только пару жалких баночек растворимого, который я, в лучшие времена, вообще за кофе не считал! Сейчас же… О да! Сейчас я был бы рад и счастлив любому: хоть кофейной наркомании вроде как и не существует, но «ломало» меня от этого не меньше. И вот уже несколько дней, вернее ночей, как началась эта пытка несбыточными надеждами: я просыпался от запаха кофе, причем хорошего, крепкого, правильно сваренного в турке на раскаленном песочке..! М-м-м! Мечта! И каждый раз испытывал дикое разочарование, когда не обнаруживал его в нынешней своей реальности. Даже запах, стимулировавший у меня дикое слюноотделение, через несколько секунд после пробуждения истаивал без следа.

Первый звоночек, сигнализирующий о том, что сегодня что-то изменилось, пришел спустя несколько минут, в течении которых я пытался снова погрузиться в сон, вместо того, чтобы как в прошлые разы подхватиться с уютного ложа в тщетной надежде отыскать вожделенный напиток: запах не исчезал, а даже как-будто становился сильнее. Уговаривая себя, но уже опять глупо надеясь на чудо, я все же открыл глаза и покосился в сторону стола, откуда и шел этот упоительный аромат и… Долгожданное чудо действительно случилось!

Еще продолжая сомневаться я медленно встал с кровати и осторожно приблизился к столу. Для чего-то спрятав руки за спиной, я с минуту недоверчиво разглядывал мою любимую фарфоровую чашечку, белую, с тоненькой золотой каймой по краю, из которой было особенно вкусно пить мою любимую "Арабику", стоящую на парном ей блюдце да еще и с лежащей на нем моей любимой чайной ложечкой, украшенной замысловатым вензелем… Угу. Оставленную, как особо хрупкий багаж не пригодный для путешествия в рюкзаке, у меня дома, в настенном кухонном шкафчике!

Добавляя ситуации абсурда, чашку наполнял темный, исходящий ароматным паром напиток, который и стал причиной моего раннего пробуждения. Недоверчиво протянув руку я осторожно коснулся чашки и, поскольку она не исчезла с тихим звоном разбитых надежд, взял ее и осторожно пригубил содержимое. М-м-м! Это что-то! Крепкий, в меру сладкий и горячий кофе, имел только один недостаток – он быстро закончился.

Покрутив в руках пустую чашечку я задумался. Ведь поскольку в этом мире, по крайней мере в той части с которой я успел познакомиться, о кофе никто не знает, а Мерхаб, на мои слезные просьбы посодействовать в этом вопросе, ответил вполне определенным и категоричным отказом, то выходит, что подобного щедрого подарка мне сделать и некому, ну кроме одного единственного человека – меня самого.

Отказывая мне в помощи, джинн руководствовался отнюдь не эгоизмом и глухотой к нуждам страждущего, хотя и этого у него имелось в достатке и даже в избытке, а теорией, в которую свято верил и которую пытался внушить и мне.

По его словам выходило, что могущество магии безгранично только на взгляд малограмотного дилетанта, а на самом деле, она подчиняется тем же законам мироздания, что и все остальное. Например. Ни один маг, без всяких исключений, не может создать из ничего то, чего ранее не существовало. Либо взяв за основу что-либо существующее изменит до неузнаваемости, либо перетащит из какого-нибудь иного измерения или параллельного мира какую-нибудь диковинку, но только не создаст с ноля. Это доступно только богам.

Большинство же магов вообще ничего не создают, а только копируют уже где-то имеющееся – это в лучшем случае, ну а в худшем – переносят необходимое из тех мест, где оно есть на данный момент. Попросту говоря – воруют. Это самый простой и наименее затратный, в плане расхода манны, способ, доступный практически любому магу. Это первое ограничение.

Второе же заключается в личных магических ресурсах мага. Вот например я и Мерхаб. Если мои возможности, как впрочем и у большинства магов, ограничены тем количеством манны, которое я на данный конкретный момент времени успел накопить, то ресурсы Мерхаба более значительны, даже скажем – несравнимо значительней, но и ограничения у него – не чета моим, потому что, по большому счету, каким бы могуществом он не обладал, а является существом подневольным, ибо – джинн! Стоит же его освободить, то есть – избавить от его долга, как и могущества своего он лишится. Хотя, к слову: подобная возможность, вещь скорее чисто теоретическая, чем имеющая шанс на практическое воплощение.

Еще в самом начале нашего знакомства я, пользуясь информацией из малонаучных источников, в просторечии именуемых сказками, благородно поинтересовался, а нет ли возможности его освобождения с помощью одного из моих желаний, на что джинн, не оценив моего порыва, вместо членораздельного ответа неприлично ржал едва ли не пятнадцать минут, а потом заявил, что раньше считал самыми самоуверенными существами джиннов, но теперь понял, что людям они и в ученики не годятся!

Так вот, возвращаясь к вопросу о магии и о могуществе. Создать (скопировать) дом, лодку, доспехи ну и кучу всего из той же оперы, может практически любой маг, но размеры, а так же долговечность – строго дозированы, так как созданные чисто магическим путем, без привлечения подсобных материалов объекты, так называемые магиматы, существуют ровно столько, сколько способен поддерживать своей силой создавший их маг.

Скопированные, ну или украденные с чьей-нибудь кухни продукты, вполне съедобны и после поедания не исчезают бесследно, а перевариваются и утилизируются в соответствии с физиологией и это тоже доступно практически любому, создать же, скажем, бутылку амонтильядо, для мага, который не только не пробовал этого вина, но и не знает о его существовании – дело неподъемное. Ну и как итог: создание хотя бы малюсенького живого организма не под силу ни одному магу! Это тоже прерогатива богов.

К чему я вспоминаю весь этот магический огород (не в смысле овощей, а в смысле «нагорожено»)? Все вышеперечисленное все равно создается или добывается с помощью заклинаний!!! Как объяснил мне Мерхаб, чтобы скопировать или вытащить аж из моего мира такое химически сложное вещество биологического происхождения, да еще без специального заклинания, да еще имеющееся в данном мире в различных вариантах, да еще толком даже не распробовав его на вкус, он… Короче нет, потому что цитирую: "Тратить столько сил на действие с абсолютно непредсказуемым результатом – это не просто глупость, а скорее уже диагноз!"

И как, скажите на милость, я смог создать кофе, абсолютно не зная никаких формул для этого?! «Выдернуть» из родного мира, скажем, ту же чашку с ложкой я, предположим, был способен, (хоть и не факт – расстояние-то космическое), НО(!) она ведь не ждала меня дома наполненная уже готовым кофе! Значит что? А черт его знает! Разбираться надо…




Глава шестая, в которой говорится о проблемах быта и их преодолении.


Разбираясь с особенностями собственной магии я как-то попутно и между делом, но с чувством глубокого удовлетворения, вызвавшим скептическую усмешку на лице Мехраба, освоил несколько приемов из области личной гигиены. Наплевать на скепсис джинна, но мне казалось очень важным уметь то, что способно здорово отравить жизнь при своем отсутствии.

Пардон за многословие, но о некоторых деликатных, я бы даже сказал, интимных, подробностях быта, говорить прямым текстом я не привык. Иными словами: что приходится делать человеку каждый день, или даже несколько раз в день? Да, именно, то самое. К отсутствию туалетной бумаги человеку, выросшему в Советском Союзе, привыкать не приходится – вечный дефицит, но здесь ведь отсутствует и печатная продукция широкого спектра применения в просторечии именуемая «газета»! И как выкручиваться?

В таверне с этой проблемой справлялись довольно просто: в каждом санузле имелось приспособление вроде детской леечки с длинным носиком и стопа суконных салфеток, которые после использования надлежало складывать в специальную корзинку, подвешенную на крюке под полочкой с салфетками.

Способ – вполне себе ничего, но в дороге не идеальный, ибо как и пресловутые лопухи, сильно зависит от сезона. Согласны? А если нет, то можете сами опробовать его на морозе!

О том, чтобы решить этот вопрос я задумывался неоднократно, но как подступиться к его практическому осуществлению – элементарно не представлял! Помог случай. Вернее «помог» в данной ситуации звучит несколько неоднозначно, да и «случай» – определение не точное – скорее происшествие.

Так вот: случилось это «происшествие» во время одной из тренировок. Мне элементарно приспичило. Не страдая лишними комплексами я отошел от места тренировки и даже с некоторым комфортом расположился в кустиках за нагромождением камней, которых в предгорьях было в изобилии. То, что у меня за спиной оказалось довольно большое дерево, я воспринял как еще один плюс в отношении уединенности. И ошибся!

Едва я принял позу орла и поднатужился, как мне, в самом прямом смысле этого слова, на голову свалилась проблема! Она мерзко заорала одновременно вцепляясь мне в скальп острющими когтями. От такого впечатляющего воздействия сразу на два органа чувств, довольно продолжительный физиологический процесс занял от силы секунды три! Причем, как выяснилось – почему-то без сопутствующего обременения, говоря по-простому – подтираться не пришлось!

Поначалу, стремясь поскорее выпутать из волос перепуганного не менее, чем я, крохотного, недель двух от роду, детеныша местной разновидности дикой кошки, я машинально натянул штаны не озаботившись возможными антисанитарными последствиями.

Поскольку звери эти, обладали далеко не ангельским характером, в чем нам пришлось уже убедиться. Правда без летального исхода с чьей бы то стороны. Пока. Мне очень не хотелось нарушать уже наметившуюся добрую традицию взаимного не причинения вреда, которая висела… э-э… на волосах! Поэтому я и торопился вернуть малыша в дупло, из которого он вывалился, не дожидаясь возвращения его родительницы.

Что никаких отрицательных последствий для моих штанов не приключилось, я смог обнаружить несколько позднее, когда отошел от стресса вызванного неожиданным визитом котенка и элементарно вспомнить об этой детали.

Позднее я неоднократно убеждался, что эффект… э-э… скоростной оправки никуда не делся и в лопухах, как впрочем и во всем остальном для этих целей, я больше не нуждаюсь. В том диковатом, полном опасностей мире, в котором мне теперь предстояло жить – подобное было серьезным преимуществом. И не только для гигиены, но и в плане безопасности: ведь при исполнении столь деликатной, но частой, в смысле – повседневной, миссии, человек со спущенными штанами довольно беспомощен.

Пунктом вторым шло умывание, мытье рук по нескольку раз в день, поддержание тела в приемлемом состоянии и наконец – бич большинства мужчин – ежеутреннее бритье (а у некоторых еще и ежевечернее, если щетина «беспредельничает»)! Все эти процедуры не были такими уж актуальными и даже все вместе, были мало сравнимы с пунктом первым, но их устранение и так-то могло очень облегчить повседневный быт, а уж в пути…

Я бриться ненавижу! Из-за этого даже в институте позволял себе небольшую «брутальноую небритость». Однако бороду и усы я ненавижу не меньше, из-за чего даже «в поле» не доводил свое лицо до состояния такой запущенности, когда бритье превращается уже в пытку.

Способ борьбы с этой неприятной особенностью мужского организма я получил так же спонтанно, как и умение делать кофе. Утром подошел к умывальнику, посмотрел на себя в зеркало и раздраженно подумал в адрес щетины: «Да что б ты пропала, зараза!» С силой явно переборщил, потому, что робкие «наклевыши» нащупал на собственной физиономии только к концу четвертого дня, умываясь после занятий. Это было счастье!

Сильнее я радовался только обнаружив, что кофе перестало «являться» мне во сне, а появляется в любую минуту, стоит только внутренне «потянуть» его, как будто чашечка стоит на другом конце стола, а ты подтягиваешь ее потянув за скатерть. Это ощущение пришло на чистой интуиции, а вот чтобы получить кофе в местной таре, я потел не один час. С легкость оно стало мне даваться значительно позже, уже в дороге.

Стоило ли вообще возиться? А это как посмотреть! Таскать с собой целый сервиз из беленьких чашек с блюдцами и килограммы чайных ложек – не очень удобно, а бросать их каждый раз после использования… Нет, не то чтобы жаба душила, но как-то не поднималась рука – вроде как частичка дома… И да – на будущее тоже был определенный задел: не всегда стоит привлекать к себе внимание, а кофе может захотеться в самый неподходящий для его чудесного появления момент. Ну как-то так.

Тогда же, уже в дороге, я довел до совершенства «заклинание чистоты», хотя никаким заклинанием оно и не было и делалось так же при вхождение в определенное внутреннее состояние: закрытые глаза, глубокий вдох, затем будто пускаешь невидимый поток по своему телу, ну как-будто стоишь под теплым водопадом. Точно так же и с руками, только и разницы, что площадь воздействия меньше.

Мехраб от этой моей «самодеятельности» бесился по-страшному! Называл безграмотностью и дилетантством. Утверждал, что подобные манипуляции «сырой силой» рано или поздно сыграют со мной дурную шутку или вообще приведут к необратимому магическому истощению.

Не то, чтобы я ему не верил, но поскольку специфика моего дара оставалась для него загадкой и некоторые вещи до которых я доходил случайно или методом «тыка», он не мог объяснить ни мне, ни себе, хоть и делал «хорошую мину» и многозначительно надувал щеки, то мне приходилось и к его советам относиться критически, а то и с изрядной долей скепсиса, что бесило джинна еще больше.

Мне не хотелось окончательно портить отношения с Мехрабом, но и пренебрегать собственным способом работы с манной и отказываться от наработок, очень облегчившими мне пребывание в этом отсталом мире, я не хотел. Поэтому я предложил ему компромисс – все до чего дошел сам, остается в моем пользовании, но в дальнейшем продолжаю изучать магию классическим способом и не занимаюсь самодеятельностью.

А для себя решил, что совершенствоваться во владении сырой силой я смогу и позже, когда джинн меня покинет. Нужно попытаться взять максимум из тех знаний, которые он захочет мне дать, а все, что можно получить опытным путем – оставить «на потом».




Глава седьмая, в которой герой наконец отправляется в путь.


Как я уже говорил: неделя отведенная Мерхабом нам на адаптацию, пролетела стремительно. Никаких особых дел не возникло и торчать в этом захолустье и дальше – не имело никакого смысла. Так что одним прекрасным теплым и солнечным утром мы впятером, а именно: я, Мерхаб, Воронуша и две лошадки, отправились в путь.

Сам этот «путь» был определен весьма приблизительно, так что я все утро тихонько напевал себе под нос на разные лады: «Ничто нас не собьет с пути – нам по-фигу куда идти!» Джинн, по утрам традиционно пребывающий «не в духе», искоса и с неодобрением на меня поглядывал, но поскольку пел я реально очень тихо, а гитару, которую Мерхаб почему-то совершенно «не переваривал», даже не брал в руки (хоть и очень хотелось, а движение лошадей «шагом» вполне это позволяло), то не находил повода придраться.

Почему ехали так медленно? А дело в том, что лошадки, создания довольно прихотливые и утомляются, в отличии от описанных в шедеврах мировой литературы скачек, когда герой часами летит галопом, довольно быстро. Поэтому «шагом» на них можно уехать намного дальше, чем тем же пресловутым «галопом» или даже «рысью» и хватит их, в таком щадящем режиме, намного дольше! Можно было бы ехать и переменным аллюром, но зачем? Лошадки ведь и на аллюре потеют, а если мы никуда не спешим, то к чему раньше времени вонять лошадиным потом… Кто пробовал, тот знает, что это отнюдь не духи и даже не одеколон! Короче – шагом.

Мерхаб и я ехали на лошадях, а Воронуша предпочитал ехать на мне, ухватившись коготками за одежду на моем плече и подогнув лапки для лучшей устойчивости. Ему до полного излечения еще требовалось некоторое время, но в своей корзинке, которая абсолютно устраивала его в начале нашего знакомства, днем он теперь сидеть категорически отказывался и перебирался туда с моего плеча, только с наступлением сумерек, отужинав предварительно в нашей компании.

Спать вороненок ложился задолго до наступления полной темноты, а просыпался, кстати, совсем не с рассветом, как его вольные сородичи. Я бы сказал даже – далеко не с рассветом, так что я даже подумывал, что с кличкой поторопился, а назвать его следовало, возможно «Сонюшей», поскольку этот мерзавец даже норовил клюнуть меня в палец, если я случайно будил его без того, чтобы немедленно предоставить трапезу. Впрочем, не исключено, что повышенная сонливость – это ни что иное, как реакция организма на серьезную травму.

Свое негодование он демонстрировал так же и когда мы наоборот – садились завтракать не пригласив его к столу. В этом случае хрипло орущий комок перьев шлепался прямо посреди скатерти и трепыхая здоровым крылом начинал метаться от меня к Мерхабу требовательно разевая рот.

Что удивительно, но с некоторых пор джинн уже не только не морщился брезгливо от одного вида вороненка, но и эти его демарши воспринимал снисходительно и с юмором, даже можно сказать, что поощрял его к себе внимание, то и дело отправляя в горластую пасточку нахалюги лакомые кусочки из своей миски. А буквально еще неделю назад, было трудно даже представить, что джинн возьмет в рот что-нибудь, чего перед этим касался вороненок!

Частично, возможно, сказалось то, что еще в таверне, аккуратно замотав Воронуше больное крыло целлофановым пакетом, я его тщательно вымыл в теплой мыльной воде с добавлением отвара полыни, так как опасался паразитов, которые случаются и у птиц. Паразитов не оказалось, но высохнув и старательно пройдясь клювом по всем своим перышкам, питомец приобрел довольно ухоженный вид.

Однако, подозреваю, что на изменение отношения джинна к моему «спасенышу» больше повлияло то, что он убедился в его уме и рассудительности. Сначала Мерхаб просто не верил, что тот поступает разумно и понимает буквально все, что я ему говорю. Однако, став свидетелем нескольких подобных эпизодов, он впервые посмотрел на меня с искренним уважением и пробормотав что-то вроде: «С ума сойти!», начал относиться к Воронуше как к несколько экзотичному, но вполне полноправному члену нашей команды.

Сказать честно: я вздохнул с облегчением. Трудно жить, когда постоянно опасаешься, что кто-то, кого ты взял под свою ответственность, может оказаться за окном или на помойке даже без особой провинности, а просто потому, что твой спутник считает его просто блажью, исчезновения которой ты можешь даже не заметить!

Теперь же, когда в нашей скромной компании наступила почти что идиллия, можно было расслабиться и получать удовольствие от общения. Хотя, про удовольствие – это я пожалуй переборщил, ведь и «почти» сказал подсознательно, именно потому, что переносить джинна в больших дозах, оказалось реально трудно.

Пока мы жили в таверне – это ощущалось не так остро, потому что за исключением времени проводимом за обучением, да еще во-время совместных трапез, мы с Мерхабом особо не соприкасались: он периодически исчезал по своим делам.

Чем он занимался во время отлучек, – то ли пытался найти следы былого могущества, то ли перемещался в свое измерение – мне он не только не докладывал, но и сразу пресек проявления моего любопытства. Хоть было немного обидно, но это так же давало мне право на собственные секреты и время, проведенное по собственному усмотрению.

Так или иначе, но раньше плохое настроение джинн оставлял вне зоны нашего общения, а вот теперь, круглосуточно находясь в моем обществе, он именно на мне и оттачивал свою язвительность, сарказм и ехидство. Только во время обучения он почти не давал им воли – что и говорить, а педагогическая жилка у Мерхаба была сильна.

За прошедшие дни я убедился, что характер джинна только очень-очень корректный человек мог бы назвать плохим, а менее корректный, подобрал бы более сильные определения. Мне иногда казалось, что у него в организме имеется ядовитая железа, которую он стимулирует, тайком от меня поглощая в немереных количествах смесь из горчицы и острого перца, чтобы выплеснуть получившийся продукт на мою бедную голову!

Сначала я больше отмалчивался, но когда заметил, что это не помогает, стал давать себе волю в словесной дуэли – ехать так было веселее, но и утомительнее. Впрочем, я забежал сильно вперед и рассказал то, чего еще не случилось, а на данный момент шел всего первый день нашего пути и мне еще не успела опротиветь однообразная дорога.

Итак, мы с джинном ехали, коняшки нас везли, вороненок сидел у меня на плече, для лучшей устойчивости прижавшись горячим бочком к моей шее, а вокруг все искрилось от еще не испарившейся росы и в кустах вдоль дороги во всю щебетали невидимые в листве птицы.

Настроение, у меня по крайней мере, было благостным и, чтобы оно таким и оставалось, стоило позаботиться о занятии для Мерхаба. Поскольку уроки магии на ходу были пока вне моей квалификации, то следовало придумать какую-нибудь интересную тему для разговора. И тут я вспомнил…

– Мерхаб, а Мерхаб, помнишь ты обещал мне легенду рассказать, про то, почему ваш горный хребет так чудно назвали? Расскажи, а? Все равно делать пока нечего.

Джинн раздраженно зыркнул в мою сторону и скроил такую гримасу, что я уже подумал, что напрасно вообще затронул его: «не буди лихо, пока оно тихо», как говорится. Но он вдруг устремил взгляд поверх деревьев, туда, где вдалеке голубели в утреннем воздухе угрюмые скалы Разлучника, тяжело вздохнул, чуть ли не со всхлипом и заговорил:

– Про Разлучник есть много сказаний, легенд и просто сказок – уж больно он грандиозен и на кого-то давит своим величием, а у кого-то возбуждает интерес и будит фантазию. Кое-что из них – вымысел чистой воды, но есть и другие, которые просто старая-старая информация, сохранившаяся в форме сказаний.

Мне не хочется сейчас пересказывать легенды на тему его возникновения, а если говорить про то, как он мог образоваться в реальности, то скорее всего – это был мощнейший тектонический выброс, спровоцированный каким-то катаклизмом, или даже катастрофой космического масштаба…

Я уже знал, что Мерхаб ни какой-нибудь неграмотный «старик Хотаббыч», но все же такие слова как «тектонический выброс» и «катастрофа космического масштаба» не часто встречались в его лексиконе и я весь превратился в слух: порассуждать на научную тему, было даже интереснее, чем просто послушать легенды.

– Я знаю, что в глубокой древности, еще задолго до моего рождения, наш мир пережил ряд серьезных катаклизмов. На их счет были разные версии, от природного происхождения, до последствий магических войн неведомых цивилизаций. Не знаю кто прав, но вот что остается фактом: на протяжении веков, лик планеты менялся, менялись очертания материков, всплывали и тонули острова, возникали и разрушались архипелаги, но только одна особенность переходила из эпохи в эпоху – этот материк оставался самым большим на планете и его, почти на всем протяжении существования, всегда рассекал этот гигантский хребет. Понимаешь, что это значит?

С ответом спешить я не стал, а глубоко задумался. Вот что это может значить, если мыслить шире, исходя из масштабов цивилизации, а не отдельного индивидуума? Не знаю, нашел бы я ответ так быстро, не будь я по профессии археологом, но факт остается фактом, как любит повторять Мерхаб, догадка пришла мне в голову довольно быстро:

– Если бы я захотел оставить свой след в веках, захотел бы сохранить нечто важное, сокровищницу знаний и культуры, например, – начал я говорить медленно, будто ступая в темноте или по неверному льду, – то устроил бы хранилище именно там, где материк наиболее устойчив к разрушению… – Мерхаб смотрел на меня сосредоточено и испытующе, и я продолжил, – и думаю, что подобная мысль приходила кому-нибудь в каждой из погибших рас и исчезнувших цивилизаций…

Короткая, но яркая, как солнечный луч в грозовой туче, улыбка джинна стала мне наградой…




Глава восьмая, в которой герой доказывает, что есть нечто, что ничего не стоит, но крайне дорого ценится.


Шел шестой или седьмой день настолько однообразного пути, что я сбился со счета. Эйфория и новизна первых дней пути прошли и постепенно накапливалось раздражение даже у меня, а если говорить про джинна, то он уже едва ли не капал ядом на дорогу. Пока правда, еще в переносном смысле, но если ничего не переменится, то не исключаю, что это случится и в прямом!

До чего же противное существо человек… эм-м… ну и джинн тоже! Вместо того, чтобы радоваться, что едем без происшествий, мы медленно, но верно зверели от рутины.

Довольно долго мы ехали по вполне приличной дороге, когда она практически уперлась в каменный завал. Почему «практически»? Да потому, что в этом месте когда-то сошел чудовищный камнепад и на сегодняшний день, в этом беспорядочном нагромождении громадных камней, была расчищена только довольно узенькая тропинка.

Не заглубляясь я подозрительно заглянул в эту каменную щель… Ничего себе дорожка! Мало того, что конные по ней могли ехать только по-одному всаднику в ряд, так еще при этом, беспорядочно сваленные по сторонам камни, местами нависали бы у них едва ли не над головой – если покатятся, так и не увернешься!

С другой стороны, вплотную к завалу, подступали стволы вековых деревьев обширного лесного массива, если судить по тому, что он уходил в сторону на сколько «хватало глаз», а «необширные» леса мне здесь еще не попадались. Заглубляясь в лес тоже уходила довольно широкая дорога, как подозреваю – обход камнепада, но она была подозрительно запущенной и, похоже, совсем не пользовалась спросом. Гм-м… Ну и в чем здесь подвох? Намного удлиняет путь? Не знаю, но спешить нам особо некуда и по мне, она все же предпочтительней того каменного лабиринта, что вел насквозь…

Джинн внимательно, но молча наблюдал за мной и заговорил только когда я уже было совсем собрался предложить объезд.

– Ну что, мой ученый друг? По твоему выразительному лицу я уже понял, что подсказал тебе здравый смысл, но это очень подходящий случай, чтобы испытать твою интуицию. Что подсказывает тебе она? Какой путь тут более опасен? – джинн смотрел на меня хитро прищурив левый глаз и кривя губы в своей коронной ехидной усмешке.

– Интуиция? Ну что ж… – и я добросовестно попытался разбудить свою интуицию.

Эта дама с трудом продрала заспанные глаза, заглянула в жуткую, каменную щель, зябко поежилась и безоговорочно ткнула пальцем в сторону лесной дороги. Я пожал плечами:

– В данном, конкретном случае, моя интуиция полностью согласна с моим здравым смыслом! – озвучил я джинну свой вердикт.

Он издевательски заржал, а потом сообщил делано-доверительным тоном:

– Я не очень высокого мнения о твоем здравом смысле, но выходит, что о твоей интуиции, я должен думать еще хуже! Безопаснее – тропинка! – выдал он свою точку зрения таким безапелляционным тоном, что чувство протеста и волна негодования затопили во мне всякое уважение к его способностям и я уже просто не мог подчиниться его авторитету!

– Я не ставлю под сомнение твои способности… В целом… Но в данном случае, думаю, что ты ошибаешься! – выделив голосом «в целом» и «в данном», ответил я так же с издевательски преувеличенным почтением.

Мерхаба мое упрямство взбесило не меньше, чем меня, только что, его пренебрежение. Ведь не первый же день знакомы и у него уже был повод проникнуться уважением если не к моим способностям, то хотя бы к человеческим качествам, но ведь нет! Мне снова и снова приходится доказывать, что я стою не так мало, как он себе воображает! Или ему бы хотелось…

Раздражительность и дурной нрав джинна то и дело «показывали зубки» и вызывали язвительные пикировки между нами. Возможно он уже жалел, что поддавшись чувству благодарности, взвалил на себя квест по моей адаптации, а возможно он просто развлекался таким образом за мой счет…

– Ну что же, раз ты так в себе уверен, то может и ответственность за последствия на себя возьмешь?

Подавил в себе раздражение Мерхаб и опять вернулся к своему язвительному тону. Ответственность? Вот же гад! "Весовые" категории-то у нас несравнимы и в случае ошибки я просто костей могу не собрать, тогда как ему, по большому счету, ничего и не угрожает. Но и терпеть его выпады мне изрядно надоело! А, была не была!

– Конечно, мой язвительный друг! Раз уж ты оставляешь выбор за мной, то будет справедливо и ответственность за этот выбор возложить на меня, – излишне многословно ответил я в его цветистой восточной манере.

Джинн только хмыкнул, пожал плечами и пробормотав:

– Да будет так, – первым направил своего коня на лесную дорогу.

***

…Мы ехали уже не менее получаса, когда по правую руку от нас открылась довольно большая поляна, похожая на след от давнего пожара, только – только, всего пару-тройку лет, как начавшего зарастать душистым разнотравьем. В глубине леса, с противоположной от нас стороны этой поляны, в данный момент раздавался нарастающий шум, как будто не особо заботясь о дороге, по лесу передвигалось какое-то очень крупное животное. Мерхаб искоса бросил на меня ехидный взгляд:

– Ну что ж? Кажется мы сейчас узнаем, по какой причине эта дорога совсем не пользуется популярностью! Ты готов, мой упрямый друг?

Я с напускным безразличием пожал плечами. «Угу… Узнаем… Но до чего же не хочется признавать его правоту! Впрочем, куда я спешу? Может еще и не придется!» Ждать, действительно, долго не пришлось: ломая довольно внушительный подлесок как человек ломал бы, скажем, речной тростник, взвалив на одно плечо внушительную дубину, вырезанную из цельного ствола уже не молодого дуба, а другой рукой игриво покачивая целую тушу крупного оленя, к нам приближался великан…





Конец ознакомительного фрагмента. Получить полную версию книги.


Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию (https://www.litres.ru/elena-vladimirovna-arhipova/tret-ya-sila-i/) на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.



Многие, скажем так, излишне романтичные граждане мечтают что-нибудь получить "на халяву" - джина, например, освободить из бутылки и чтобы он обязательно исполнил три их желания! Даже тайком продумывают, как лучше их сформулировать. А еще лучше - вообще стать обладателем волшебной лампы! Лично я, если о чем-то таком и мечтал, то в далеком детстве, и когда случайно выпустил джина, то привалившему мне "счастью" был совсем не рад, а наоборот - захотел от него поскорее избавиться, забыв про то, что с желаниями, любыми, надо быть очень осторожным...

Как скачать книгу - "ТРЕТЬЯ СИЛА – I" в fb2, ePub, txt и других форматах?

  1. Нажмите на кнопку "полная версия" справа от обложки книги на версии сайта для ПК или под обложкой на мобюильной версии сайта
    Полная версия книги
  2. Купите книгу на литресе по кнопке со скриншота
    Пример кнопки для покупки книги
    Если книга "ТРЕТЬЯ СИЛА – I" доступна в бесплатно то будет вот такая кнопка
    Пример кнопки, если книга бесплатная
  3. Выполните вход в личный кабинет на сайте ЛитРес с вашим логином и паролем.
  4. В правом верхнем углу сайта нажмите «Мои книги» и перейдите в подраздел «Мои».
  5. Нажмите на обложку книги -"ТРЕТЬЯ СИЛА – I", чтобы скачать книгу для телефона или на ПК.
    Аудиокнига - «ТРЕТЬЯ СИЛА – I»
  6. В разделе «Скачать в виде файла» нажмите на нужный вам формат файла:

    Для чтения на телефоне подойдут следующие форматы (при клике на формат вы можете сразу скачать бесплатно фрагмент книги "ТРЕТЬЯ СИЛА – I" для ознакомления):

    • FB2 - Для телефонов, планшетов на Android, электронных книг (кроме Kindle) и других программ
    • EPUB - подходит для устройств на ios (iPhone, iPad, Mac) и большинства приложений для чтения

    Для чтения на компьютере подходят форматы:

    • TXT - можно открыть на любом компьютере в текстовом редакторе
    • RTF - также можно открыть на любом ПК
    • A4 PDF - открывается в программе Adobe Reader

    Другие форматы:

    • MOBI - подходит для электронных книг Kindle и Android-приложений
    • IOS.EPUB - идеально подойдет для iPhone и iPad
    • A6 PDF - оптимизирован и подойдет для смартфонов
    • FB3 - более развитый формат FB2

  7. Сохраните файл на свой компьютер или телефоне.

Рекомендуем

Последние отзывы
Оставьте отзыв к любой книге и его увидят десятки тысяч людей!
  • константин:
    12.08.2022
  • Добавить комментарий

    Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *