Книга - Девушка с красными волосами

a
A

Девушка с красными волосами
Сергей Валерьевич Мельников


А что ты будешь делать, если узнаешь, что через какие-нибудь полчаса случится непоправимое? Спрячешься? Попытаешься убежать? Откупоришь игристое? Мы схватили кота и прыгнули в машину. Дальше была гонка по ночному шоссе, закончившаяся печально почти для всех. Рыжий кот Беня спасся, и даже нашёл новую хозяйку. Ну а нам вечная память.Содержит нецензурную брань.





Сергей Мельников

Девушка с красными волосами





Последний день, мой и человечества


Переписка в телеграм:

Сергей "Мельник", [20:31]



Привет, видел?



"ВВС США подняли в небо четыре самолета системы управления коммуникациями при ядерной войне. Уже несколько дней в небе кружат сразу четыре самолета управления коммуникациями…"



Иван Директор, [20:32]



Неудобно читать, за рулём



А, в курсе



Забей



И че



Сергей "Мельник", [20:34]



Да ниче. Похоже ядерная война скоро начнётся



Иван Директор, [20:35]



%)



Я тебе позвоню, не сс.... До метро успеете добежать



Сергей "Мельник", [20:37]



Тебя Байден предупредит?



Иван Директор, [20:39]



Есть кому. Добавь меня в не беспокоить



Сергей "Мельник", [20:41]



Мы не пойдём в метро. Возьмём кота, сядем в машину и рванём на выезд из города. Сколько успеем, столько проедем



Иван Директор, [20:42]



С дуба рухнул? До мкада не доедешь. Перебирайтесь за город, тогда будет шанс

– Да дай же ты пройти! Встал на проходе.

Я посторонился. Дородная дама в мелких кудёрышках попыталась протолкнуться между мной и стеллажом с консервами, но тщетно. Хоть в профиль, хоть в анфас она едва влезала в проход. К огромной груди, нежно, как младенца, женщина прижимала затянутую в пластик упаковку сахара, пачек двадцать. От напряжения лицо её цветом напоминало варёную свёклу. Я сдал назад. С трясущейся от ярости губой женщина ринулась к кассам. Во втором зале стоял жуткий гам. Толпа пенсионерок разрывала такие же упаковки, выгребая столько, сколько смогут унести.

– Куры! – Сплюнул стоящий рядом ханурик и нырнул в алкогольный отдел.

Я взял корзину, положил туда несколько банок рыбных и мясных консервов, накидал хлебцов. Набрал жену:

– Солнышко, я в Дикси, домой что-нибудь надо?

– Ничего не надо. Стой. Чай возьми себе, кончился. Что там за вопли?

– Зомби-апокалипсис. Восставшие бабки терзают труп сахарной промышленности.

– Ясно. Я скоро буду. Целую, люблю. Коту дашь?

Я улыбнулся:

– Конечно дам, я ещё жить хочу. Я тоже тебя люблю.

Я отбился и посмотрел на беснующуюся толпу. Чай был где-то там, за сахарной бойней. Подступы к кассам тоже были перекрыты женщинами с одинаковыми пакетами в руках. Лариса, знакомый кассир, заметила меня и махнула рукой. Она скосила глаза на вход в алкогольный отдел. Я подхватил две пятилитровые баклажки с водой и прошмыгнул туда. Выложил покупки на ленту дополнительной кассы.

– Трудный день? – спросил я у неё

Лариса закатила глаза.

– Можете себе представить? – ответила она. – Сахара на складе полно. Третий раз сегодня привозят. Стоит разгрузить, влетает эта стая. С ума посходили.

– Так ввели бы ограничение. Больше двух в одни руки не давать.

Лариса вздохнула:

– Ввели, на кассе висит. Они целый день дежурят. Одни и те же, берут по несколько раз, пока не кончится. И опять ждут. Как зомби на карусели.

Я усмехнулся. У меня такая же картинка в глазах.

– Я одну видел, она целую упаковку тащила.

Лариса покосилась на проход в соседний зал, ответила негромко:

– Не всем можно отказать. Вам, кстати, сахар не нужен? Мы одну упаковку для себя отложили, пару пачек могу продать.

Я задумался и мотнул головой:

– Не, есть ещё, спасибо.

– Ну как знаете. 1564 рубля. Товары по акции?

Я улыбнулся:

– Скорейшего отдыха от этого дурдома.

В этот момент за стеной раздался истошный вопль:

– Ты мне лишнюю пачку пробил! Жульё! Понаехали тут, совести нет совсем! Пригрели на груди…

Что-то забубнил, оправдываясь, новенький кассир, молодой пацан из Средней Азии. Женский голос продолжал вопить, к нему присоединились другие. Из подсобки выбежал директор магазина, кинулся на помощь.

Лариса подняла на меня глаза и тяжело вздохнула:

– Ещё два часа.

За углом магазина я сгрузил консервы и хлебцы в багажник машины. Домой вошёл с пустыми руками, зачем жену беспокоить.



***



Переписка с директором не выходила у меня из головы. Мы лежали в постели, её головка на моём плече. Мой маленький уютный, только мой мирок, в который я так спешил каждый вечер после работы и из которого я так неохотно уезжал по утрам. Я рассеянно смотрел на экран телевизора и собирался с силами. Мне нужно было задать этот вопрос. Открыть рот – как распахнуть окно из тёплой комнаты в суровую зиму. Но я это сделал.

– Солнышко, чисто теоретически, если бы началась ядерная война, ты предпочла бы сразу… или спрятаться и долгие годы жить в бомбоубежище?

Я пытался говорить безразлично, но голос предательски дрогнул. Лена вскинулась, посмотрела мне в глаза:

– Почему ты спрашиваешь?

Я не хотел её пугать.

– Есть задумка книги. – соврал я. – Про ядерный апокалипсис. Обдумываю мотивацию героев.

Она посверлила меня взглядом ещё несколько секунд, пытаясь понять, вру я или нет. Потом успокоилась и снова умостилась на моём плече.

– Я бы предпочла, чтобы это произошло во сне. Чтобы я ничего не успела понять. Раз и всё.

Через минуту она спала, а я не мог. Тихонько поцеловал любимую макушку и высвободил руку. Лена пробормотала:

– Спокойной ночи, солнышко

и перевернулась на другой бок.

Тихонько выскользнув из-под одеяла, я вышел на кухню. Впервые за два года, как я бросил, мне нестерпимо захотелось курить. Телефон чирикнул новым сообщением в телегу:



Иван Директор, [22:31]

Приезжайте к нам на дачу, от Москвы далеко. Побухаем

Сергей Мельник, [22:32]

Хреновая идея, наши друг друга терпеть не могут

Иван Директор, [22:32]

Да и ..й с ними. Малые будут рады. Бери Ленку и приезжайте. Я тебе серьёзно говорю. Тут безопаснее.

Сергей "Мельник", [22:33]

А кота я куда дену? Не, как будет – так будет

Иван Директор, [22:35]

Ля ты крыса. Ну и сиди в своей Москве, пока всё ....ой не накроется

Сергей "Мельник", [22:36]

Спокойной ночи, завязывай бухать

Иван Директор, [22:36]



У меня появилась стойкая уверенность: этой ночью всё кончится. Может, посадить Ленку и кота в машину, да рвануть подальше из Москвы? Я почти решился её разбудить. Но это так глупо… Вдруг ничего не будет, а нам утром на работу? Из-за чего паника? Из-за каких-то непонятных манёвров американских ВВС, которые они даже не скрывают?.. Я вернулся в кровать, обнял жену и заснул. В 4 утра зазвонил телефон.

Звонил Ваня, весёлый и бухой в дымину. Он прокричал в трубку:

– Началось! Валите, куда успеете!

В фоне канючили его девчонки и доносились отрывистые реплики жены, собирающей вещи. Я схватился за грудь, в ней кружилась чёрная воронка, вытягивая жизнь.

– Удачи нам всем! – выдавил я из себя и отбился.



***



Ванин звонок разбудил Лену. Она сидела в кровати, испуганно моргая глазами. Я вцепился ей в плечи, затряс. Голова болталась, как у тряпичной куклы, брови над зажмуренными глазами встали домиком.

– Ну ты же… – всхлипнула она спросонья. Сонный котёнок, которого выдернули из тёплой постельки. Я порывисто сжал её в приступе нежности и, как смог твёрдо, сказал:

– Ядерная война. Лови Беню.

Лена открыла глаза наконец, посмотрела в мои. Недоверие быстро сменилось ужасом.

– Не шучу – ответил я на незаданный вопрос. – Бегом! – и кинулся набивать сумку. Навьючил камеру, ноут.

С балкона вопли кота, шипение, голос Лены с паническими нотками:

– Твою мать! Беня! Не могу его в переноску запихнуть!

Распахиваю окно кухни, вырываю свободной рукой рыжую заразу, прижимаю к груди. Беня в панике, выворачивается. Полосует меня по щеке отросшими когтями. Я ору от боли, и от панического желания ускорить все процессы, вырваться из квартиры на воздух:

– Пальто! Быстро, бежим!

Лечу в прихожую, распахиваю дверь ногой, больше нечем. Дверь с треском врезается в стену. Мы опять забыли её запереть на ночь. Обвешанный сумками, прижав вырывающегося кота единственной свободной рукой, я запинаюсь в проходе. Моя полупарализованная нога спотыкается о порог, я чуть не лечу на плитку коридора, Беня вырывается, пытается зашмыгнуть в квартиру, я кидаю сумку перед его носом, но удержать равновесие уже не могу, врезаюсь в дверь квартиры напротив.

В этот момент Лена, в пальто поверх пижамы и в домашних тапочках, перепрыгивает порог, подхватывает перепуганного кота на руки. Бенька таращит глаза, уши прижаты, на морде полное непонимание происходящего. Хоть верещать перестал, уже хлеб. Лена смотрит на меня:

– Господи, камера зачем?

– Не знаю, – вздыхаю, – жалко

Жена качает головой: ты безнадёжен. Мчимся по коридору, Лена распахивает железную дверь тамбура. И я думаю: какого чёрта? Набираю полную грудь воздуха и ору, что есть мочи:

– Ядерная война! Спасайтесь!

Мы, через ступеньку, несёмся вниз по лестнице, к чёрту лифт, и я молюсь только о том, чтобы на этот раз не споткнуться. Над нами, на нашем этаже хлопают двери. Уже не до них.

Бежим к машине. Лена обзванивает родных, друзей. Разговаривать некогда, поэтому просто бросает в трубку:

"Ядерная война, прячьтесь, некогда объяснять, просто поверьте!"

Отбивается и звонит следующему. Спам звонки, которые впервые в истории, может, спасут чью-то жизнь. Я кидаю сумки в багажник, завожу, Лена рядом, набирает очередной номер. Я рукой закрываю телефон и задаю самый важный вопрос:

– Едем из Москвы, сколько успеем, или как крысы будем годами прятаться в вонючем подземелье?



"Я протестую, Ваша Честь, наводящий вопрос!"



"Протест отклонён! Свидетель, отвечайте!"

Я бессовестно манипулирую, я не хочу в метро.

Лена смотрит на меня, её красивые серые глаза наполняются слезами.

– Из Москвы – выдавливает она и плотину прорывает.

Я жму на газ, выкатываюсь на пустую Краснобогатырскую, налево, к Преображенке. На совершенно пустой площади впервые нарушаю правила, выворачиваю с визгом сразу на Большую Черкизовскую. Там камера, но какая теперь разница?

Я поверил Ване сразу и безоговорочно, сам не знаю почему. Что-то висело в воздухе уже не первый день. Как тревожные чёрные точки на краю зрения. Скосишь глаз – они скачком в сторону, видишь, а разглядеть не можешь. Но они есть, и от них мороз по коже.

Летим по трассе в сторону Щёлковского шоссе. В голове иррациональная мысль, что стоит только выскочить за пределы МКАДа и мы спасены. Будто МКАД не дорога, а крепостная стена, которая оставит все ужасы ядерного взрыва в своих пределах, не даст им вырваться наружу.

Москву жалко. За прошедшие семь лет я полюбил этот сумасшедший город. Людей жалко. Нас жалко. Всех жалко. Жалкая человеческая натура. Жалкое человечество, не заслужившее право быть.



"А тем кто сам, добровольно, падает в ад,



Добрые ангелы не причинят



Никакого вреда



Никогда…"

Решил меня утешить из динамиков Самойлов. Верю.

Я набираю сестру:



"Привет, Улька!"



"Эм-м привет. Ты знаешь, сколько сейчас времени?"



"Некогда. Ядерная война, Уль, беги"



"Ты что там куришь?"



"Я серьёзно. Поверь"



[Тишина. Тихий голос]



"Даже если так, куда я побегу с моими коленями?"



[Да, на Новый Год я катал её по Ялте на коляске. Ходила она с большим трудом: повредила ноги в горах.]



"Спустись в подвал. Ты всё ещё на Фиоленте?"



"Да… За окном море. Открою вино, всё равно не засну больше. Спасибо что позвонил, берегите себя. Целую, братик"



"Целую, сестричка. Может вас не тронут…"



"Севастополь? Базу флота? Шутишь? Ладно, давай, не отвлекайся"



Отбилась. Лучше бы она ничего не знала. Если вдуматься, начинать ядерную войну в 4 часа – это высшее проявление гуманизма. Большинство даже не успеет проснуться.

В этот момент взревела сирена впереди, там, где стадион "Локомотив". Сразу взвыла ещё одна, за спиной, со стороны НИИДАРа. В предрассветных сумерках начали зажигаться окна в домах. Сирены не стихали.

Мы мчались по пустой широкой улице, но я уже видел, как от высоток у дороги люди бегут к машинам. У пересечения с СВХ я бросил взгляд налево. Через автостоянку к метро спешили люди, кто-то с сумками, кто-то с пустыми руками, но все мчались на пределе сил. Их жизнь продолжится, наша скорей всего нет. Я сжал кисть жены, улыбнулся ей ободряюще:

– Впереди съезд. Можем спуститься в метро, если хочешь.

Лена прикусила губу, через секунду помотала головой:

– Хорошо едем.

Она слабо улыбнулась мне. Слёзы ещё текли по щекам, но голос звучал спокойно. Я похлопал её по руке и вдавил педаль газа до упора.



***



Два часа до рассвета. Вчера вечером, когда я начал писать этот рассказ, я посмотрел, когда взойдёт солнце. Пытаясь добиться реализма, я не подозревал, что вымысел станет реальностью. За два часа до рассвета погасли фонари.

Мы мчимся так быстро, как можем. Насколько позволяет мой микроскопический водительский опыт. Секция за секцией отрубается освещение впереди, синхронно гаснут окна в домах, и трасса погружается в абсолютную тьму. Только полустертая местами разметка позволяет сохранять направление.

Касание отбойника на такой скорости смертельно опасно. А снижение скорости? Дикая гонка с неизвестными временными рамками. Главный приз – жизнь, но это не точно. Поэтому не снимаю ногу с педали и молюсь форду всеблагому, чтобы не подвёл, потому что не верю ни в бога, ни в чёрта. Форд пока не подводит, мчится в темноте, в вое сирен, на восток, довольно рыча мотором.

– Светомаскировка – говорит Лена негромко.

Стрелка спидометра перевалила за 150, рев моего маломощного движка без труда пробивает шумку.

– Что? – кричу я, – не понял.

– Светомаскировка. – Лена тоже повышает голос. – Помнишь, в детстве в Севастополе? Ревели сирены и мы завешивали окна одеялами. Сидели при свечах, даже телевизор нельзя было включать.

Я усмехнулся:

– Да, помню. У нас во дворе говорили, что тем, кто нарушит режим светомаскировки, солдаты стреляют в окно из автоматов. Только сейчас какой в ней смысл? Ракете плевать, есть свет или нету.

Из меня рвётся наружу нервный смех, и веселья в нём ни капли. Возбуждение бурлит в груди, вырываясь наружу странными звуками и я похож на сумасшедшего. Я уже готов к любому исходу, лишь бы скорее. Нервная система пошла вразнос и вопила, что долго не продержится.

Я глянул на жену: она сидит спокойно, глядя вперёд, только закушенная губа выдает ее состояние. Почувствовав мой взгляд она попыталась улыбнуться. В глазах кипят слёзы.

– Прости, ты же знаешь, что я рёва.

Я сжимаю ее руку, улыбаюсь в ответ:

– Я знаю, что нет.

Правой рукой Лена прижимает к груди перепуганного Беньку. Он громко мяучит без перерыва с того момента, как скорость превысила 150 км/ч. Хорошо, не пытается вырваться. Обезумевший кот в салоне страшное дело. Было уже, когда перевозили его из Южного Бутово на Преображенку.

А если бы мы остались там? Рванули бы на юг. Сейчас были бы уже далеко от центра. Вот тебе дивное преимущество жизни в замкадье, которое не приходит в голову риэлторам.



"Когда начнётся ядерная война, вам будет гораздо проще спастись, чем жителям каких-нибудь патриков. Подумайте, как они будут вам завидовать. Недолго…"

Сзади горят белые пятна. Нас нагоняет целая кавалькада. Первым пролетает чёрный гелик. Слепит меня дальняком в зеркала, сейчас на всех плевать Важно только своё: ты сам и те, кто с тобой. Он обгоняет резко, рывком, чуть не цепляя бортом переднее крыло. За ним ещё несколько машин, все внедорожники, для каждой я все равно что стою. Кто-то, проезжая, сигналит. Не беженцы от ядерного взрыва, а свадебный кортеж. Я тоже жму сигнал.

Лена бьёт меня кулачком в плечо:

– Зачем?

– Да не знаю, какая уже разница? Просто так.

Вырвал бы болтливый свой язык. Зачем напоминать? Может ничего ещё не будет. Может это учения? И каждый раз, когда я думаю, что параною, реальность подкидывает очередное доказательство. Где-то вдалеке, где уменьшаются красные точки стопов обогнавших нас внедорожников, вверх рвутся ярко-белые штрихи. Бесшумно уходят в небо, за кромку лобового стекла, перечёркивая последнюю надежду.

– Это что?

– Противоракеты.

– Значит, точно?

– Теперь точно.

Я сжимаю её коленку.

– Ничего не будет. Самые мощные системы ПВО и ПРО вокруг столицы. Считай, что над нами непроницаемый купол.

– Ну да, – парирует жена ехидно, – и поэтому мы сейчас мчимся непонятно куда с перепуганным котом на бешеной скорости. Мы с трассы не слетим?

Я замотал головой в ответ. Это было бы слишком злой шуткой.

Трасса больше не была пустой. Одна за другой нас обгоняли машины с более мощными двигателями. Они пролетали с рёвом своих многолитровых моторов, подтверждая максиму "Мощность=безопасность". Я попробовал добавить газу. Руль ещё больше отяжелел, рулежка стала неуверенной. Я понял, что малейшая оплошность, и мы улетим. Сбросил до 130.

Слева на обгон пошла фура, пошла неуверенно.

Она то удалялась от меня, то приближалась, чуть не касаясь бортом. Во время очередного сближения мне пришлось уйти вправо, и я чуть не врезался в отбойник. Чтобы отцепиться от неадеквата, я скинул скорость. Фура по чуть-чуть пошла вперёд, но её все больше вело вправо, в мою полосу. Впереди показался съезд на МКАД, сзади подпирала другая машина, свет слепил. Все плевали на правила, на окружающих, мчались на дальнем свете. Меня выдавливали на МКАД, куда мне точно было не надо. В этот момент меня охватило бешенство. Я заорал:

– Бухой, что ли?

Когда я вжал педаль в пол, я рычал громче мотора. Машина подумала полсекунды и прыгнула вперёд. Я пролетел между кабиной и отбойником, чиркнул по нему бортом, Меня бросило влево, почти под бампер фуры, к моему счастью, его тоже повело от меня, и сомнений в том, что водила мертвецки пьян уже не осталось. Я готов был праздновать освобождение, когда слева послышался нарастающий рёв мотора, и страшный удар сотряс корпус машины.

Я крутил руль, жал тормоз, но машина стала абсолютно неуправляемой. Фары впереди осветили панель с логотипом Газпрома, раздался удар в пол. Машина подлетела и рухнула. С бешеным воем Беня вывернулся из рук жены. На её расцарапанной щеке выступила кровь. Кот забился куда-то между сиденьями и испуганно мяукал.

– Кажется, приехали, – протянула Лена, с трудом расцепляя пальцы, схватившиеся за ручку двери.

***

Лобовое стекло полностью засыпало. Со скрипом елозят дворники, сметая снег. Как раз вовремя, чтобы увидеть в паре сотен метров впереди, как перевернувшаяся фура перегородила Щёлковское шоссе, а прочие счастливчики, не притормаживая, огибают её по встречке. Я хотел выбраться за МКАД? Выбрался. Вон он, прямо у меня за спиной, ночной полёт закончен.

Промятая дверь со скрипом, но открылась, с трудом сдвинув пласт снега. Беглого осмотра хватило, чтобы понять: это конечная. Я нагнулся в проём:

– Солнышко, не хочешь выйти размяться?

Лена посмотрела на меня с сомнением:

– Нет, не хочу.

Я втянул полную грудь воздуха и залез в машину. Никотина бы втянуть, да нету. Здоровье всё равно уже не понадобится. Странно, но меня совершенно отпустило напряжение. Больше некуда бежать, не надо спешить, нет причин переживать. Работа, банки, обязы: ничего больше нет. Даже ТО форду больше не надо делать. Губы сами растянулись в улыбке. Крыша течёт, да и хрен с ней. Я нагнулся к жене, она с удивлением посмотрела мне в глаза:

– Что с тобой?

– На работу сегодня не надо.

Я улыбаюсь ещё шире, ловлю её губы. Вы пробовали целоваться, когда рот до ушей? Это очень весело. Лена смотрит мне в глаза с недоумением, но в зрачках уже загораются искры. Или это отражается пламя стартующих противоракет?

Марк Олмонд затягивает свою приторную "A lover spurned".

Я потянулся к кнопке пропустить трек и передумал. Не самая худшая музыка проводить привычный мир. Всё разрушающая обида отлично описывает и причины, и следствие.

– Бенька – шепчет мне Лена

– Что Бенька?

– Он просто кот, он же ни в чём не виноват.

– Давай отпустим. Вдруг забьётся в какую-нибудь дыру и выживет.

Я обернулся. Наш рыжик лежал на заднем сидении, сунув нос под лапы. Уши поджаты, глаза косят на нас или в лобовое стекло, не разберёшь. Я потянулся к задней двери, открыл её.

– Захочет – убежит.

Беня сиганул из машины сразу. Возник перед капотом. Прижав уши, пузом по снегу метнулся куда-то в сторону трассы и исчез в дренажной трубе. Я хлопнул ладонью по лбу.

– Щас, сек. – я кинулся к багажнику. В свете салонной лампы увидел испуганное лицо жены:

– Ты куда?

Я вытащил мешок с кормом, пятилитровку воды, поволок к трубе, крича:

– Беня домашний, как он без корма?

Сунул в трубу открытый пакет "Monge". Опрокинул на бок баклажку. Больше ничего сделать для него не могу. В трубе абсолютная темнота, мне очень хочется ещё раз увидеть его наглую рыжую морду, но там тихо и темно, и даже зрачки в темноте не светятся. Пока не засвербило в носу, нырнул в машину. Лена обняла меня за шею:

– Не уходи больше, пожалуйста.

– Не уйду, – отвечаю, собирая губами её слёзы, – больше никогда не уйду.

По трассе с рёвом несутся машины, но у нас и мысли нет вылезть на обочину с протянутой рукой. Никто не успеет среагировать, остановиться, да и не будет этого делать. Сейчас своя жизнь высшая ценность для каждого. На востоке штрихи расчёркивают небо. Я снова ловлю мягкие губы жены, она запрокидывает голову, обнимает меня за шею. Я никогда не любил её сильнее, чем сейчас.

За нашими спинами разгорается заря. Заря на западе? Значит и так бывает.

Краем глаза я вижу, как на краю дороги появляется грузная фигура. Мужик в пуховике и кепке шатается, сплёвывает на землю. Смотрит в сторону Москвы. Не из-за него ли мы сейчас застряли в кювете? В его чёрном силуэте постепенно проявляются детали. В лучах нового солнца он перестаёт шататься, замирает. Он становится плоским, как двухмерная фотография, но я больше не хочу тратить на него секунды своей жизни.

Заря разгорается, свет всё ярче, он проникает даже через закрытые веки. Тепло ласкает наши лица, ласково и нежно. Как тепло от костра холодной ночью. Костёр всё ближе, свет заливает всё. Я сквозь закрытые глаза вижу лицо своей жены. Чётко, ярко, без полутонов, оно останется таким навсегда. В это мгновение время срывается с паузы, детали тонут в самой чистой и честной белизне и я думаю:

– Хорошо, что мы не крысы.

***

Темно и жарко, хлопает под порывами ветра железо, уныло, с одной и той же частотой и амплитудой. Бэнн-бэнн-бэнн. Резкий запах гари. Рыжий кот с подпаленными усами высунул мордочку из отнорка: слева совсем темно, справа в туннель проникает слабый свет.

Ползком на брюхе, на полусогнутых лапах он крадётся к светлому пятну, огибает спёкшийся пакет с кормом. Выход засыпало землёй, остался всего маленький промежуток у верхнего края. Кот заработал лапами. Дёргаясь и мяукая то ли от страха, то ли от боли, он протискивается в дыру.

Коту неуютно. Он привык к дому, к ограниченным пространствам с потолком над головой. К людям, которые насыпают ему еду. Иногда тот-кто-кормит брал его на руки, чего он на самом деле не любил, и поднимал к огонькам наверху, под потолок, а он бил лапами по висящим между огоньками игрушкам: большому ключу и птице с вытаращенными глазами. Игрушки качались, но не падали, он смотрел на них сузившимися зрачками под глупое сюсюканье мужчины и женщины из его дома.

Сейчас кормить некому, потолка нет, небо прижимает к земле. Слева, чуть дальше кот видит строение с пустыми проёмами, усыпанными стеклом и мусором. Перед ним высокая башня, в её подножие крышей врезался обгоревший форд. Кот по широкой дуге прошмыгивает мимо воняющей горелой химией машины, и втискивается в дыру под завалом. Над головой появилась крыша, стало легче.

В этот момент посыпалась щебенка, кто-то чертыхнулся. На кота упала тень. Он прижал уши, не зная: убежать или остаться. Внутрь спрыгнул человек. Лицо плотно замотано тряпкой. Разочарованным взглядом человек обвёл заваленное обломками помещение, и тут заметил кота.

– Киса. – раздался звонкий девичий голос – ты как здесь оказалась? Хорошенькая какая.

Девушка села на корточки, осторожно протянула руку. Кот прижал уши, но с места не сдвинулся. Провела рукой по шёрстке. Кот раздражённо дёрнул спиной.

– У ты какая, с характером, – с улыбкой сказала она. – Пить хочешь?

Достала бутылочку с мордашкой "hello, kitty", налила в пробку воды. Когда пробка опустела, налила ещё. В кошачьем брюхе громко заиграли свирели. Девушка рассмеялась:

– Ты голодная. Пошли поищем, сзади подсобка, может там что-то осталось.

Она подхватила кота на руки:

– Ага, ты у нас не киса, а кот. Буду звать тебя Рыжик. Не против? А я Аня. Я тут работала. Раньше, до вот этого всего…

Кот не возражал, у него не было имени. Девушка с Рыжиком на руках выбралась из полуразрушенного магазина АЗС Газпромнефть. Сильный ветер гнал тучи на запад.




Спасайся сама


За штабелем бутылей с омывайкой, за холодным стеклом фасада стояла машина с зажжёнными фарами. Стояла странно, Аня не могла понять, как можно было припарковать машину, чтобы фары освещали снег во впадине между шоссейной насыпью и асфальтированной площадкой АЗС.

За несколько минут до этого гулкий звук удара и душераздирающий скрежет вырвали её из глубокой фазы сна. Она подскочила. Кожа щеки приклеилась к коже обивки дивана и теперь горела огнём, а сердце колотилось где-то под горлом. Аня прислушалась. Больше никаких необычных звуков, только шум моторов несущихся по шоссе машин. Она была одна на закрытой и тёмной заправке, и ей было страшно. Делать здесь нечего, если только кто-то не решил ограбить магазин.

Аня на цыпочках прокралась к столу директора, подсвечивая фонариком телефона, нашарила в ящике брелок с тревожной кнопкой.

Гулко хлопнула автомобильная дверца. От неожиданности девушка присела, замерла неподвижно. Снова громкий хлопок закрывающейся двери. Она приоткрыла дверь в зал, выглянула наружу. Половина магазина тускло подсвечивалась фарами машины, уже на излёте, половина тонула в глубокой тени от стелы.

Аня перебежала, пригибаясь, к стеклянной стене и присела за выстроенными бутылями с омывайкой. Она сжимала в мокрой от пота ладони брелок, но пока не решалась нажать кнопку. За ложный вызов вычтут из её и так небольшой зарплаты. Сердце колотилось, отбивая доли секунд, снаружи ничего не происходило.

Открылась водительская дверь, в салоне загорелся свет, неясный силуэт метнулся назад, за машину. На пассажирском сидении сидела женщина. Из-за расстояния деталей не было видно, но Аня поняла, что именно во всем этом было неправильным. Машина вылетела с трассы, скорей всего вывернула бордюр, сбила въездной знак и заглохла в слежавшемся сугробе. Свет фар с трудом пробивался сквозь снег, тускло подсвечивая заправку. Они попали в аварию, им нужна помощь. От сердца отлегло. Надо вызвать помощь. Выходить наружу плохая идея, она одна, и неизвестно, что за люди вылетели с шоссе на её закрытую заправку.

Хлопнула дверь багажника. Мужчина с каким-то мешком и баклажкой воды подбежал к насыпи, сунул ношу в дренажную трубу и почти сразу вернулся в машину. Свет погас.

Аня достала телефон. На заблокированном экране висела смс:

"RSCHS. Воздушная тревога. Угроза ракетной атаки. Жителям города рекомендуется покинуть места проживания и следовать к ближайшему бомбоубежищу. Расположение бомбоубежищ можно посмотреть на Яндекс.картах, в приложениях и на сайтах "Госуслуги" и "Mos.ru"

В горле пересохло. Аню охватила паника. Да, последнее время было много разговоров, что вот-вот начнётся ядерная война, что большой шкаф громко падает и прочее бла-бла-бла, но кто воспримет это серьёзно? Тема для щекочущих нервы разговоров, не более. Но вот смска от РСЧС, из тех, коорые никто не читает, красноречиво свидетельствует о том, что шутки кончились. Аня посмотрела на время и похолодела.

СМС пришла полчаса назад. Вот он, привычный мир за окном: задолбавшая сине-белая заправка, билборд с бесполезной социалкой, тёмные контуры многоэтажек вдали. Ни одного светящегося окна. Значит, да? Значит, всё? Её жизнь закончилась, а даже если нет, она никогда уже не будет прежней? Анина любимая фраза по поводу и без повода вдруг растеряла весь сарказм и ударила молотом по натянутым нервам. Железы, наконец. впрыснули в кровь адреналин, Аня подпрыгнула, кинулась к входной двери, провернула торчащий ключ. Как же повезло, что связка осталась в замке.

Она вылетела на асфальтированную площадку, заметалась. Закричала, что есть мочи, размахивая руками. Сидящие в машине люди её не замечали. За спиной раздалось шипение. Аня развернулась подняла глаза в небо. Куда-то вверх, на перехват, неслись огни ракет. Зрелище завораживало. Аня с трудом заставила себя сосредоточиться. Цистерны с топливом пусты, газа тоже нет. Не вариант, всегда на дне остаётся топливо, она просто задохнётся парами бензина.

За магазином в землю врыта ещё одна цистерна, пожарный резервуар с технической водой. Аня кинулась за угол. Даже сейчас, спасая свою жизнь, она не могла выкинуть из головы потерпевших аварию людей в белой легковушке, но инстинкт самосохранения не дал ей вытащить их из машины. В такой момент можно составить компанию на тот свет, но не спасти, как ни больно.

Аня подбежала к люку за крашенной в белое рабицей, потянула скобу, немного глубже она увидела круглый выпуклый люк. С трудом отжала фиксатор, потащила крышку вверх. С трудом, но тяжелый люк открылся. Подсветила фонариком.

От уровня воды до верха было около метра, от люка справа вглубь уходила небольшая лесенка. Аня спустила ноги в отверстие. Нащупала ступеньку над водой, утвердилась. Оставлять телефон не хотелось, мочить тоже. Аня аккуратно прихватила его зубами, уцепилась левой рукой за верхнюю перекладину лестницы, правой нащупала скобу на внутренней части люка, потянула на себя. Удержать тяжёлую крышку одной рукой не получилось. Под конец она грохнула в обод со всей дури.

В железной бочке звуковой удар оглушил, Ане показалось, что у неё лопнули перепонки. Наступившая тишина звенела громче колокольного набата. Аня обхватила обеими руками железную лестницу, крепко, вжалась в неё изо всех сил. Где-то в сантиметре от задних карманов джинсов плескалась вода. Мокнуть Ане совсем не хотелось, а висеть в метре сухого пространства между водой и сводом резервуара было тяжело.

Через несколько секунд Аня ощутила вибрацию. Лестницу, на которой она висела трясло всё сильнее, внизу заплескалась вода, захлёстывая дырявые кеды. Зимние ботинки остались в директорском кабинете, и Аня сильно пожалела, что не переобулась. Тряска усиливалась. Под зубами хрустнуло стекло. Почему-то этот звук окончательно добил девушку, в глазах закипели слёзы.

"Дисплей на этот телефон такой дорогой, с её зарплатой запредельно дорогой, месяц на дошиках сидеть."

Глупыми и неуместными мыслями мозг спасал себя от невыносимого кошмара, творящегося вокруг.

Цистерна уже ходила ходуном, сварные швы скрипели. Мощный кинетический удар чуть не смял железную бочку. Вода девятым валом пронеслась по окружности стен, оторвала перепуганную девчонку от лестницы, закрутила в водовороте. Аня лишилась опоры, ушла на дно, забарахталась, не понимая уже, где верх, где низ. От удара воздух из лёгких выбило, запылало в груди. В кромешной темноте, где вода смешалась с воздухом в равных пропорциях, девушка запаниковала.





Конец ознакомительного фрагмента. Получить полную версию книги.


Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию (https://www.litres.ru/sergey-valerevich-melnikov/devushka-s-krasnymi-volosami/) на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.



А что ты будешь делать, если узнаешь, что через какие-нибудь полчаса случится непоправимое? Спрячешься? Попытаешься убежать? Откупоришь игристое? Мы схватили кота и прыгнули в машину. Дальше была гонка по ночному шоссе, закончившаяся печально почти для всех. Рыжий кот Беня спасся, и даже нашёл новую хозяйку. Ну а нам вечная память.Содержит нецензурную брань.

Как скачать книгу - "Девушка с красными волосами" в fb2, ePub, txt и других форматах?

  1. Нажмите на кнопку "полная версия" справа от обложки книги на версии сайта для ПК или под обложкой на мобюильной версии сайта
    Полная версия книги
  2. Купите книгу на литресе по кнопке со скриншота
    Пример кнопки для покупки книги
    Если книга "Девушка с красными волосами" доступна в бесплатно то будет вот такая кнопка
    Пример кнопки, если книга бесплатная
  3. Выполните вход в личный кабинет на сайте ЛитРес с вашим логином и паролем.
  4. В правом верхнем углу сайта нажмите «Мои книги» и перейдите в подраздел «Мои».
  5. Нажмите на обложку книги -"Девушка с красными волосами", чтобы скачать книгу для телефона или на ПК.
    Аудиокнига - «Девушка с красными волосами»
  6. В разделе «Скачать в виде файла» нажмите на нужный вам формат файла:

    Для чтения на телефоне подойдут следующие форматы (при клике на формат вы можете сразу скачать бесплатно фрагмент книги "Девушка с красными волосами" для ознакомления):

    • FB2 - Для телефонов, планшетов на Android, электронных книг (кроме Kindle) и других программ
    • EPUB - подходит для устройств на ios (iPhone, iPad, Mac) и большинства приложений для чтения

    Для чтения на компьютере подходят форматы:

    • TXT - можно открыть на любом компьютере в текстовом редакторе
    • RTF - также можно открыть на любом ПК
    • A4 PDF - открывается в программе Adobe Reader

    Другие форматы:

    • MOBI - подходит для электронных книг Kindle и Android-приложений
    • IOS.EPUB - идеально подойдет для iPhone и iPad
    • A6 PDF - оптимизирован и подойдет для смартфонов
    • FB3 - более развитый формат FB2

  7. Сохраните файл на свой компьютер или телефоне.

Аудиокниги автора

Рекомендуем

Последние отзывы
Оставьте отзыв к любой книге и его увидят десятки тысяч людей!
  • константин:
    12.08.2022
  • Добавить комментарий

    Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *