Книга - Тебя предупреждали…

a
A

Тебя предупреждали…
Лориэн Лоуренс


Сшиватели #1
Куинн уже жалеет – почти жалеет! – о том, что однажды пригляделась к своим соседям повнимательнее. Она живёт в маленьком городе на берегу моря, на улице с аккуратными домами и прекрасными розами. Ходит в школу, занимается бегом и совершенно не жаждет становиться главной героиней триллера. Но, похоже, этого уже не миновать… Ведь её соседи через дорогу скрывают какую-то зловещую тайну. Они кажутся обычными старичками только на первый взгляд! Девочка уверена: они не люди. Они тоже следят за ней! И непременно попробуют от неё избавиться…

Атмосферный триллер для подростков, который порадует ценителей жанра ужасов. Книга получила лестный отзыв самого Стивена Кинга!

Перед вами первая книга серии.








Лориэн Лоуренс

Тебя предупреждали…


Моему папе, которого мне с каждым днём не хватает всё сильнее.

Как бы мне хотелось, чтобы он это прочитал!



Lorien Lawrence

FRIGHT WATCH (Book #1)

Copyright © 2020 Lorien Lawrence

First published in the English language in 2020. by Amulet Books, an imprint of ABRAMS, New York. ORIGINAL ENGLISH TITLE: THE STITCHERS

All rights reserved in all countries by Harry N. Abrams, Inc.



© Дёмина А.В., перевод на русский язык, 2023

© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2023




Глава 1


Если я что-то и знаю наверняка, так это что Майк Уоррен всегда опаздывает.

«Спокойно, – написал он. – Я уже иду».

Я тяжело вздохнула, будто он мог слышать меня из своего дома, который практически опирался на мой – так близко они стояли. Снаружи наши дома были, можно сказать, идентичны, только в окне гостиной моего торчал пёс. Старые глаза Билли смотрели с немым укором: «Почему ты больше не берёшь меня с собой?» Я слабо улыбнулась ему и отвернулась, уставившись на улицу Гуди-лэйн.

– Готова? – спросил незаметно подошедший Майк, изрядно меня испугав. Опустив козырёк бейсболки «Янкиз»[1 - Один из бейсбольных клубов Нью-Йорка. (Здесь и далее – примечания переводчика и редактора.)] на глаза, он наградил меня одной из своих коронных самонадеянных ухмылок и подбросил ладонью мои затянутые в хвост волосы.

– Ты хоть когда-нибудь придёшь вовремя? – спросила я, перебрасывая волосы на плечо, где он бы до них не дотянулся. – Уже тридцать пять минут седьмого.

– Ого, Паркер. Целых пять минут!

– Да. На целых. Пять. Минут. Позже.

– Что тут скажешь… Мне хотелось выспаться. Говорят, полезно для кожи и всё такое. Звучит знакомо? – вскинул он бровь, и я вспыхнула. Майк заметил и засмеялся. – Шучу! Не будь такой серьёзной.

Я бросила на него уничижительный взгляд и побежала на месте:

– Ты разогрелся?

– Издеваешься? На улице уже под девяносто[2 - 90° по Фаренгейту равно ?32 °C.] градусов.

– Тогда побежали. Они не выйдут.

– Наверняка выйдут. Они выходят каждое утро.

Я махнула рукой в сторону пустых лужаек по другую сторону дороги:

– Смотри сам. Никого нет.

И тут одна из входных дверей отворилась. Майк тихо присвистнул:

– Я же говорил. Вот и мисс Беа!

Я проследила за его взглядом и увидела нашу соседку из дома напротив, неторопливо выплывающую из дома в изящных туфельках на шпильке. Её лицо, как всегда, покрывал толстый слой макияжа, будто она собралась на премьеру старого фильма, хотя на часах было лишь полседьмого утра: красные губы, румяные щёки, похожие на паучьи лапки ресницы и гладкая, как пластик, кожа – и это при том, что, предположительно, она старше моей бабушки Джейн. Многослойное золотое ожерелье отбрасывало блики на длинное изумрудное платье. Чёрные волосы были убраны в элегантный узел на макушке.

– Доброе утро, мисс Беа, – заулыбался и помахал ей Майк.

Мисс Беа изогнула нарисованную карандашом бровь и прорычала:

– Что в нём доброго?

– Солнышко светит, – не смутился Майк и для большей выразительности поднял лицо к небу. – Облачка такие пушистые…

– Не перегибай палку, – прошипела я. – Ты ведёшь себя слишком подозрительно.

– Но ей нравится, – шепнул он в ответ. И снова закричал в сторону мисс Беа: – Ваши розы сегодня особенно прекрасны!

Прежде чем она собралась ответить, на свои ухоженные лужайки вышли остальные соседи. Как и мисс Беа, все они были одеты – а скорее приодеты – в некомфортные на вид старомодные костюмы и платья, на их коже не было ни единого изъяна, и все они одинаково хмурились. Майк приветливо им замахал, но они, занятые своими розами и лейками, проигнорировали его. За те две недели, что мы с Майком вели наше расследование, они ещё ни разу не изменили своим утренним привычкам.

– Не пялься на них. Сделай вид, что разминаешься, – прошептала я и сама нагнулась вперёд. В икрах знакомо закололо.

Майк тоже нагнулся, и наши головы оказались примерно на одном уровне.

– Заметила что-нибудь новое? – спросил он.

Я взглянула на старичков – так мы называли наших соседей.

– Отсюда плохо видно, – призналась я. – Но у мисс Эттвуд нос стал острее и чуть искривился. Как у ведьм из мультиков. Видишь?

Майк, не разгибаясь, повернул голову:

– Ага. Теперь присмотрись к доктору Смиту. Сегодня он машет своей лейкой куда энергичнее, чем неделю назад. Похоже, плечо его больше не беспокоит.

– Вижу.

Выпрямившись, я начала разминать мышцы спины и сделала знак Майку присоединиться. Билли заскрёб когтями по окну и жалобно заскулил.

«Прости, дружище, но на улице слишком жарко».

Билли затих, будто каким-то образом прочёл мои мысли, и его глаза, и так потерявшие живость со смертью папы в прошлом году, печально потускнели.

Это папа первым заподозрил, что со старичками что-то не так.

«Вам не кажется, что они какие-то странные? – часто спрашивал он нас с мамой за ужином. – Они будто совсем не стареют. То есть они старые, но недостаточно старые, если вы понимаете, о чём я».

«Оставь их в покое, Джеймс, – вздыхала мама. – Никому не понравится жить через дорогу от назойливого полицейского».

«А как насчёт назойливой дочери полицейского?» – с улыбкой ерошил он мне волосы.

И мы с ним со смехом продолжали строить теории под осуждающим взглядом мамы. Вначале наши предположения были просты: ботокс, титановые протезы, пластические операции. Лишь многим позже возникли и сверхъестественные идеи: привидения, фонтаны молодости, магия…

«Вы оба пересмотрели ужастиков», – закатывая глаза, укоряла нас мама.

Но папа лишь подмигивал мне и шептал:

«Ничего, мы ей докажем!»

Глядя через дорогу, я размышляла над мамиными словами.

– Может, они пришельцы? – прошептала я.

Майк удивлённо покосился на меня:

– Ну ты загнула.

– Ничего не загнула! – не отступила я. – Ты сам сказал, что они слишком странные, чтобы быть людьми.

– Я не имел в виду буквально. Может, они что-то принимают. Ты что, рекламу не смотришь? От лекарств каких только побочных эффектов не бывает.

Я помотала головой:

– Нет, дело не в пилюлях. Тут что-то намного серьёзнее.

Майк старался всему найти научное объяснение. Там, где я рассматривала версии привидений и гулей[3 - Монстр, которого разные источники описывают по-разному. Может быть оборотнем, а может – ожившим мертвецом.], он предполагал врачебные ошибки и экспериментальные препараты. Поэтому поначалу я не хотела привлекать его к расследованию.

Вообще-то после смерти папы я и не собиралась заниматься ничем подобным. В течение нескольких месяцев я не могла смеяться, бегать или выдвигать теории. Не могла даже думать о старичках – это была папина фишка, а его больше не было. Без него следить за ними казалось бессмысленной и мучительной затеей.

Лишь две недели назад я наконец позволила себе снова задуматься о соседях – и то потому, что Майк поднял эту тему.

«Мисс Беа опять изменилась, – заметил он по дороге из школы. – И мисс Эттвуд как-то странно хромает». На его обычно самонадеянном лице был искренний интерес, и глаза под козырьком любимой бейсболки «Янкиз» искрились любопытством.

В моём мозгу будто щёлкнул тумблер. «Папа бы этого хотел, – подумалось мне. – Он бы хотел, чтобы мы вывели их на чистую воду». И уже от одной этой мысли я почувствовала себя ближе к нему, будто он на самом деле никогда меня не покидал.

Плечи Майка внезапно напряглись.

– Что такое? – спросила я.

– Я не вижу мистера Брауна, – друг, сосредоточенно щурясь, глядел на противоположную сторону дороги.

– Он… Погоди. И правда. Где он?

– Учтём и это тоже. Нам пора! Они начинают на нас поглядывать.

Несмотря на жару, меня пробрал холод. Даже не поворачивая головы в сторону соседей, я чувствовала на себе их взгляды.

Майк опустил козырёк на лицо:

– Через пруд или нет?

Я посмотрела в конец улицы, где за тёмной чащей скрывался пруд Гуди:

– Не через пруд.

Майк ухмыльнулся:

– Трусишка.

– Кто бы говорил!

– Конечно-конечно, Куинн Паркер. Побежали уже.

И он первым рванул по улице. Негодуя про себя, я побежала следом. На углу он развернулся и рьяно замахал старичкам:

– Хорошего дня!

Те в ответ лишь сердито уставились на нас и заскрипели зубами. Мы с Майком невольно поёжились.

– Бежим! – поторопила я, и мы со всех ног помчались прочь.




Глава 2


Когда я вернулась, мама, в кои-то веки оказавшаяся дома, настояла на том, чтобы подвезти меня до школы.

Я выглянула в окно: Майк ждал на углу. Мы обычно шли в школу вместе и по дороге обменивались версиями, а перед самой средней школой «Роки Хилл» расходились, чтобы не попасться на глаза друзьям. Никто не должен знать, чем мы занимаемся. Папины попытки убедить других взрослых ему поверить ни к чему не привели, а ведь он был полицейским. Страшно представить, что подумали бы люди, узнав о нашем расследовании.

– Да всё нормально, я дойду, – отказалась я, хватая с кухонного стола рюкзак. Мне хотелось обсудить с Майком старичков, заняться выдвижением гипотез, к чему постоянно призывает нас миссис Кэри на уроках естествознания.

Мама взяла ключи и убрала свой мобильный в один из карманов голубой медсестринской формы:

– Глупости, Куинн. До моей смены в полдевятого ещё полно времени.

Она бросила Билли собачье лакомство. Тот лишь слегка приподнял голову со своей потёртой лежанки, задвинутой на то место, где раньше всегда стояли папины кроссовки.

Я нахмурилась, но, помахав Билли на прощание, вышла за мамой на пустую улицу.

Там стало ещё жарче, чем час назад, и я про себя застонала, представив всю прелесть послеполуденной тренировки на школьном стадионе.

Словно прочитав мои мысли, мама сказала:

– Пей сегодня побольше воды! К нам привезли нескольких ребят с обезвоживанием, потому что они мало пили. Особенно на тренировке.

– Знаю, – отозвалась я и посмотрела на Майка, взглядом прося у него прощения.

Мама это заметила и помахала ему:

– Привет, Майкл! Хочешь, подбросим тебя до школы?

У меня запылали щёки. Майк обворожительно улыбнулся из-под козырька неизменной бейсболки:

– Доброе утро, миссис Паркер! Спасибо большое за предложение, но я прогуляюсь.

– Уверен? – спросила мама.

– Он уверен, – вмешалась я. – Поехали.

– Я уверен, – подтвердил Майк.

– Ну ладно, – кивнула мама. – Слушай, я уже сто лет не видела твою маму. Передавай ей от меня привет.

– Обязательно, миссис Паркер. – Майк приподнял козырёк, как какой-нибудь ковбой. – Хорошего дня. – Его взгляд на секунду сместился на меня, прежде чем я села в машину.

– Хороший мальчик. – Мама повернула ключ зажигания. – Я заметила, вы вместе бегаете по утрам? В школе вы тоже общаетесь?

– Нет, – выпалила я и отвернулась к окну.

– Я рада, что тебе снова есть с кем бегать, раз папы больше… ну… – Она кашлянула и продолжила: – И бедный Билли. Его артрит прогрессирует. С ним уже особо не побегаешь.

– Билли прекрасно себя чувствует, – отрезала я и включила радио, специально прибавив громкость. Хотела дать понять, что у меня нет настроения болтать.

Когда мы проезжали мимо, Майк нам махнул. Я коснулась стекла и произнесла одними губами: «Поговорим позже».

Мы были уже на повороте, когда входная дверь Браунов открылась. Я затаила дыхание, и прежде чем мама свернула с нашей Гуди-лэйн на Мэйн-стрит, мне удалось различить белый кед мистера Брауна.

Дрожащими от волнения пальцами я набрала сообщение Майку: «Ты смотришь?»

Ответ не заставил себя ждать: «А то!»

Жалея, что меня с ним нет, я откинулась на спинку кресла. Мама выключила радио и, не замечая моего разочарования, снова заговорила:

– …и бабушка Джейн сказала, что, возможно, заглянет вечером…

Я встрепенулась:

– Правда? Она что-нибудь приготовит?

Мама округлила глаза:

– А то ты не знаешь свою бабушку. Когда она не приносила с собой еды?

На сердце сразу стало тепло. Никто не готовит лучше бабушки Джейн. Никто.

– Ты вернёшься к ужину? – спросила я.

– Нет. У меня двенадцатичасовая смена, если только не удастся с кем-нибудь поменяться. – Такой ответ не стал неожиданностью. После папиной смерти мама начала пропадать в больнице. – Прости, солнышко, – повернувшись ко мне, добавила она, после того как припарковалась перед школой.

– Всё нормально, – буркнула я.

– А давай завтра куда-нибудь сходим поужинать? Например, в твою любимую «Кучина Белла Нонна»?

– Можно, – бросила я, выходя из машины.

Влившись в поток семиклассников, я вошла в среднюю школу «Роки Хилл» и немедленно поймала взгляд Зои, стоящей у своего шкафчика. Она в панике мне замахала.

– Слава богу, ты здесь! – Она умоляюще уставилась на меня зелёными глазами. – Я забыла вчера сделать домашку по математике. Дашь списать? Миссис Пульезе грозилась позвонить домой, а папа сказал, что заберёт у меня телефон, если ему опять позвонят из школы…

Я достала из рюкзака нужную тетрадь и отдала Зое.

– Хочешь прийти ко мне на ужин? – предложила я, убирая в шкафчик одни учебники и беря из него другие. – Мама сказала, что, возможно, зайдёт бабушка Джейн.

– А она что-то приготовит?

– Наверняка.

– Тогда точно приду! Спасибо! Встретимся после твоей тренировки.

Мы проболтали до самого звонка. Я заметила Майка в коридоре за секунду до того, как наш классный руководитель мистер Фегин закрыл дверь кабинета, и печально вздохнула, потому что теперь нам не удастся поговорить до самой тренировки. Во время неё хотя бы будет шанс выкроить минуту-другую, чтобы Майк смог рассказать мне о мистере Брауне. Но сначала предстоит отсидеть уроки.

Учиться в «Роки Хилл» в это время года – настоящая каторга. До летних каникул всего месяц, и даже учителя уже все дёрганые и беспокойные.

– Ну когда же каникулы! – простонала за обедом Зоя. – Честное слово, я думала, что грохнусь в обморок на английском! Там так воняло. – Она разобрала свой сэндвич, снова сложила и, откусив, принялась жевать с открытым ртом. На хлебе остались розовые полосы от её блеска для губ.

– Да уж, – поморщилась я. – Что это был за запах?

Кэйли, сидящая напротив, задумчиво посмотрела на нас:

– Мне это напомнило вонь от ног, смешанную с копчёной говядиной и одним из этих сыров с плесенью.

Наша подруга Лекс опустила сэндвич:

– Я тут вообще-то ем.

Я откусила от своего: сыр чеддер и ломтики солёных огурцов, моё любимое сочетание. В детстве мне так готовил сэндвичи папа. Теперь я сама их себе делаю, потому что у мамы вечно не хватает времени, но хотя ингредиенты все те же, бутерброды кажутся не такими вкусными по сравнению с папиными.

– Давайте поговорим о чём-нибудь другом, – предложила Лекс. – Например, о нашем бассейне! Мы наконец залили его в выходные. Я собираюсь всё лето бултыхаться и загорать!

– Загар вреден, – серьёзно сказала Кэйли.

– Нет, если мазаться солнцезащитным кремом.

– Всё равно…

– Говори что хочешь, Кэй, но ты же сама будешь приходить ко мне каждый день и проситься поплавать.

– Нет. Я буду бегать. – Кэйли повернулась ко мне. – Ты ведь тоже, да, Куинн?

– Определённо. Мне нужно улучшить время перед отборочными в следующем году.

Мы с Кэйли дали друг другу пять через стол:

– Да! Будем тренироваться вместе.

Лекс и Зоя переглянулись:

– Нормальные люди наслаждаются каникулами.

Я бросила в Лекс ломтиком солёного огурца, и она с взвизгом отбила его на пол. Мы все захохотали.

Внезапно Зоя навалилась грудью на стол, звякнув своими бесчисленными разноцветными браслетами.

– Майк опять на тебя смотрит. Я же говорила, что он в тебя втюрился! – Она взглядом указала на стол мальчиков справа от нас. Кэйли, Лекс и я выпрямились и постарались незаметно посмотреть в ту сторону.

– Точно, – хихикнув, прошептала Лекс. – Он смотрит прямо на тебя!

Я уронила сэндвич и дёрнула себя за волосы, безуспешно борясь с залившей щёки и шею краской. В кафетерии вдруг стало невыносимо шумно.

– Перестаньте, девчонки, – пробормотала я. – Ничего он на меня не смотрит. Мы с ним даже не дружим!

– Это не значит, что ты ему не нравишься, – возразила Зоя.

– Я ему не нравлюсь.

Лекс усмехнулась:

– Тогда почему он каждый день пялится на тебя на обеде?

Я быстро покосилась вбок: Майк действительно смотрел на меня, но это был не пылкий взор влюблённого, а скорее самодовольный взгляд «у нас есть общий секрет». Но серьёзно – он что, не может вообще на меня не смотреть?! Придётся позже на него наорать. Нельзя, чтобы другие узнали, чем мы занимаемся. Нас попросту не поймут, а чужое вмешательство может загубить всё расследование.

К счастью, подошедшая к столику Майка миссис Хёрд спасла нас от взглядов и хихиканья.

– Мистер Уоррен, – прогремела она, – мне кажется, в помещении и так достаточно жарко. Пожалуйста, снимите бейсболку!

– Но миссис Хёрд…

– Сейчас же.

Зазвенел звонок, и мы все от неожиданности подскочили. Я успела заметить, как Майк, убегая от миссис Хёрд, вздохнул с облегчением.

– Куинн, подождёшь меня на велопарковке после тренировки? – попросила Зоя. – Я останусь после уроков порисовать, и тогда мы вместе поедем к тебе домой на скейтбордах. Твой стоит в моём шкафчике с тех пор, как ты мне его одолжила.

– Давай. Увидимся позже.

Мы разошлись к нашим шкафчикам. Но стоило мне повернуться, как я тут же уткнулась лицом в плечо Майка.

– Ай! Смотри, куда идёшь! – воскликнула я, вспыхнув.

Он засмеялся:

– Но это же ты на меня налетела.

– Зачем ты за мной ходишь? – зашипела я. – Все поймут, что что-то не так! Нельзя, чтобы нас видели вместе, забыл?

– Расслабься, Паркер. Никто не слышит, о чём мы говорим. А если кто-нибудь спросит – скажем, что мы говорили о тренировке.

Я с беспокойством посмотрела по сторонам, но, убедившись, что подруг нигде не видно, успокоилась.

– Ладно, в чём дело?

Майк прислонился к моему шкафчику и наклонился ко мне:

– Я видел мистера Брауна!

– И?

– Он бегал спринт туда-обратно по улице. Причём, не шучу, очень быстро бегал. Как молния появлялся из ниоткуда!

– Но как такое возможно?! Ещё вчера он хромал и едва мог спуститься с крыльца в сад. – Я представила мистера Брауна и его бледные костлявые ноги: все в старческих пятнах и такие худые, что удивительно, как они под ним не ломаются. – Опиши: как именно он бегал?

Майк нахмурился:

– Я же сказал – как мы с тобой бегаем после школы. Паркер, я тебе говорю: он очень быстро бегал.

– Но как?! – повторила я громче, чем хотела. И тут же съёжилась под взглядами других ребят.

Майк прижал палец к губам:

– Позже поговорим. По дороге домой после тренировки.

Я помотала головой:

– Не могу. Мы договорились с Зоей, что она придёт ко мне.

– Ладно. Тогда завтра утром. В полседьмого. – Он нахально улыбнулся. – Обещаю в этот раз не опаздывать!

Тут прозвенел второй звонок, и ответить я не успела. Майк махнул на прощание и унёсся по коридору, пропустив мимо ушей угрозы миссис Пульезе оставить его после уроков.

Я не видела его до самой тренировки, которую всё равно сократили из-за жары. Тренер вместо бега задал нам упражнения на силу и выносливость и развёл девочек и мальчиков по разным концам стадиона, так что шанса поговорить с Майком мне не представилось.

После тренировки я забрала из шкафчика рюкзак и, как мы и условились, встретилась с Зоей у стоянки велосипедов. Она вся – с головы до ног в разноцветных кедах – была перемазана блестящей золотой краской, светло-русые волосы спутались, на лице застыло выражение муки.

– Что с тобой? – ужаснулась я.

– Мы немного не поладили с краской, но, кажется, в итоге я всё-таки победила. В лепёшку расшибусь, но получу эту итоговую «А»[4 - В школах США оценки обозначаются буквами. «А» соответствует нашей пятёрке, а «F» – двойке.]. – Она отдала мне мой скейтборд, и мы покатились ко мне. – Как тренировка?

– Как обычно. Скорее бы вытянуться на диване.

– Я так тебя понимаю! Твоя мама дома?

– Вряд ли. Она сказала, у неё двенадцатичасовая смена.

– А на мороженое можно рассчитывать?

Я скорчила гримасу:

– Сначала спроси, когда она вообще в последний раз покупала мороженое. Она едва помнит марку моих любимых хлопьев.

– Приходи ко мне с ночёвкой на выходные? Я попрошу папу приготовить оладьи. С посыпкой, или шоколадной крошкой, или ещё с чем-нибудь…

– Я подумаю, – ответила я. Папа готовил мне оладьи с кондитерской посыпкой. Когда я была маленькой, он называл их «оладьями для принцессы», потому что они казались мне такими красивыми и сказочными. Когда мамина смена выпадала на выходной, он всегда жарил их с запасом, и оставшиеся после завтрака я относила ей в больницу.

– Смотри! А ты говорила! – Зоя кивнула на мамину машину на подъездной дороге.

Я пожала плечами, и мы зашли в дом.

– Привет, девочки, – выглянула мама из кухни. На ней всё ещё была форма, и Билли тёрся головой о её ноги.

– Ты уже пришла или только уходишь? – спросила я, скидывая кроссовки.

– И тебе здравствуй. – Она нахмурилась. – Я сегодня дома. Мария взяла мои дополнительные часы, и теперь я хоть смогу поужинать дома. И бабушка Джейн звонила. У неё сегодня очень важная партия в бридж, поэтому она придёт завтра. Придётся нам перенести поход в «Кучина Делла Нонна».

– Ничего страшного.

Она потянулась и устало моргнула тёмными глазами:

– Хочешь первая в душ или я пойду?

Я взлохматила Билли шерсть:

– Я первая.

После летних тренировок мне всегда хочется в буквальном смысле из кожи вон вылезти из-за мерзкого пота. Я побежала наверх и быстро приняла душ.

К тому моменту, когда я спустилась, Зоя и мама уже включили их любимое танцевальное шоу и организовали на кофейном столике перед диваном что-то вроде мини-обеда из салата и подогретой китайской еды навынос. Повар из мамы никудышный, но, пока был жив папа, она хотя бы пыталась готовить: непропечённая лазанья, пережаренный стейк – не важно. Раньше я любила семейные ужины. Папа приходил домой после работы взбудораженный, рассказывал нам, как прошёл день, и делился новыми теориями насчёт старичков. Теперь же наши с мамой ужины обычно ограничивались парой бутербродов.

– Как прошёл твой день, солнышко? – спросила мама.

– Нормально, – отозвалась я, плюхаясь рядом с ней на кучу подушек. Билли вальяжно развалился на моих ступнях. – Получила «А» за тест по математике.

– Молодец. Слава богу, ты унаследовала способности к математике от отца. Мне она совершенно не давалась!

Зоя наморщила лоб:

– Но разве медсестры не должны хорошо считать, миссис П?

– Угу. – Мама взмахнула вилкой. – Поэтому я зубрила её как проклятая.

Я подцепила палочками ролл, сунула половину маслянистого цилиндра в рот и проглотила почти не жуя. Убедившись, что мама не смотрит, я бросила Билли кусочек, и он благодарно умял его в один присест. Зоя возбуждённо трещала о танцорах, которые, по её мнению, должны пройти в следующий тур. Мама сказала, что ей нравится танцор, «делающий такие завитушные прыжки». «Завитушные» – слово-сигнал, что она устала. В такие моменты она становилась страшно предсказуемой. Сейчас она задаст ещё пару-другую вопросов о делах в школе, затем пойдёт в душ и заснёт на диване, пока я буду досматривать шоу.

– Ты сделала домашнее задание? – как по заказу спросила она.

– Сделаю, как передача закончится.

– Мне никаких разрешений подписывать не надо?

– Нет.

– Как тренировка?

– Жарко.

– Ты много пила?

– Ага. – Для большей достоверности я подняла свою пластиковую бутылку и драматично ею взмахнула.

Мама встала:

– Я в душ. Приберитесь во время рекламы!

Мы с Зоей устроились на диване, скрестив ноги и обняв подушки, смеялись и кричали в телевизор, жевали обрывки листьев салата и комки жареного риса и смотрели, как Билли подбирает оброненные на пол кусочки. Проводить время с Зоей было так же естественно, как дышать. Она была моей опорой после смерти папы. Всю первую неделю, когда я рыдала каждую ночь, пока не засыпала от изнеможения, она держала меня за руку, хотя мы едва помещались на моей односпальной кровати. Но даже вернувшись в свою просторную комнату на другом конце города, она ежедневно звонила, проверяла, всё ли со мной в порядке.

– Мне, наверное, стоит пойти в танцовщицы, – задумчиво произнесла подруга под конец серии, когда её любимый танцор покинул шоу.

– Я думала, для этого нужно быть грациозной.

Она бросила в меня подушкой:

– Я могу быть грациозной.

Я засмеялась: Зоя из тех людей, которые не сумеют почистить банан, не поскользнувшись на шкурке. Она вскочила, выключила телевизор и попыталась изобразить несколько па, но в итоге сдалась и замерла посреди гостиной. Какое-то время мы молча смотрели на чёрный экран.

– Всё ещё надеешься стать танцовщицей?

– Нет. Думаю о том, что с минуты на минуту за мной приедет мама.

– Хочешь, подождём её снаружи?

Зоя застонала и в притворном бессилии упала животом на спинку дивана:

– Можно. Там, наверное, уже не так жарко.

Мы поставили тарелки в посудомойку, крикнули маме, что идём на улицу, и с пакетом сока направились к двери. Билли встретил нас в прихожей, и я прицепила к его ошейнику поводок.

– Я же обещала, что в следующий раз возьму тебя с собой, – шепнула я псу, и он по-собачьи улыбнулся.

Мы вышли на крыльцо. Зоя ошиблась: прохладнее не стало.

– Ну почему мы должны идти завтра в школу! – простонала она. – Разве нет закона, запрещающего учиться в такую жару?

Я заметила, что подруга в одиночку выдула почти весь сок, и закричала на неё. Смеясь, она отскочила в сторону. Не считая нас, на улице никого не было. Ни единого признака жизни в домах напротив. Мне стало жутковато, а ведь ещё даже не до конца стемнело. Хотя, с другой стороны, Гуди-лэйн всегда производила немного зловещее впечатление.

Я бросила любопытный взгляд на дома старичков. Мисс Беа сегодня утром, когда поливала розы, напоминала пластмассовый манекен, какие стоят в магазинах. Потом я вспомнила рассказ Майка о мистере Брауне, о том, что тот очень быстро бегал…

– Как думаешь, давно старички тут живут? – спросила я.

Зоя села на верхнюю ступеньку крыльца и жестом предложила к ней присоединиться.

– Вечность. Помнишь, когда вы только сюда переехали, мы играли в сыщиков? Следили за ними из окна вашей гостиной, ходили за ними по округе. Кажется, мы назывались «Частное бюро расследований К и З».

– Точно! Как я могла забыть! Стоило нам к ним подкрасться – ты вечно начинала смеяться и выдавала нас.

– Помнишь тот раз, с мисс Беа и мисс Эттвуд? Когда они шли к пруду как чемпионы по скоростной ходьбе? Мы тогда пошли за ними, но мисс Беа услышала моё хихиканье, развернулась и как закричит: «Бу-у-у!»

Я кивнула:

– И мы побежали домой.

– Ага. И после этого прикрыли нашу детективную лавочку.

Я улыбнулась воспоминаниям, но затем подумала о нашем с Майком секрете, о своём новом расследовании, и в животе заворочался комок вины. Какая-то часть меня хотела всё рассказать Зое, но я обещала Майку хранить тайну. Не говоря уж о том, что одно дело играть в сыщиков, когда тебе семь, и совсем другое – когда тебе тринадцать. Но что, если…

Я поймала взгляд Зои и осторожно спросила:

– А если серьёзно: тебе не кажется, что с ними что-то не так?

Зоя изогнула бровь:

– Хочешь снова открыть то дело? Вернуть К и З в строй?

Она фыркнула и в голос захохотала. Её смех разнёсся по тёмной улице.

У меня упало сердце. Я получила ответ. Я не могу рассказать лучшей подруге о расследовании. Ни сейчас. Ни когда-либо ещё.

– Ты всё ещё ломаешь голову из-за своих соседей? – спросила она.

– Нет, – солгала я.

Зоя посмотрела по сторонам:

– Кстати, а где все? На вашей улице так тихо… Невольно хочется говорить шёпотом.

– Не знаю. Здесь всегда так по вечерам.

– Думаешь, Майк дома?

– Откуда мне знать?

– Просто в последнее время, сколько я у тебя была, ни разу не видела машины его родителей.

Я пожала плечами:

– Я тоже их редко вижу. Майк сказал, его папу повысили. Теперь он президент в университете. Его мама тоже там работает.

Зоя присвистнула:

– Ничего себе!

– Угу. По словам Майка, это целое событие, потому что его папа стал первым темнокожим, возглавившим колледж.

– Круто, – оценила Зоя. И хитро улыбнулась. – Вы с ним разговаривали на тренировке?

– Нет, тренер сегодня поставил мальчиков и девочек заниматься отдельно.

– Вот он, наверное, расстроился!

Прежде чем я успела возразить, из-за поворота показался свет фар, и вскоре Зоина мама припарковалась у нашего дома.

– Привет, девочки! – улыбнулась она. – Зоя, ты готова?

– Наверное, – буркнула Зоя, поднимаясь и подхватывая рюкзак и скейтборд. – До завтра, Куинн!

Она села на пассажирское сиденье, автомобиль тронулся, и Зоя помахала мне из окна.

Я осталась стоять на крыльце и смотрела им вслед, пока на улице снова не стало темно и тихо. Билли заскулил, намекая, что хочет вернуться в прохладу дома, туда, где светло и безопасно.

– Бу-у-у! – Из-за куста слева от меня выскочила тёмная фигура, и я заорала.

Билли громко залаял. Чудовище со смехом выбралось на свет.

– Майк! – прорычала я и ринулась к нему, готовая его придушить.

Он захохотал ещё пуще, даже слёзы на глазах выступили:

– Ты бы видела своё лицо!

– Фас его, Билли!

Но Билли обрадовался Майку: бешено завиляв хвостом, пёс сбил нашего соседа с ног и облизал ему щёки. Глядя на них, шутливо борющихся в траве, я невольно улыбнулась.

– Ладно, хватит. Пошли домой, дружище, – позвала я Билли.

Майк торопливо вскочил и надвинул козырёк на глаза:

– Погоди, ты ведь собиралась пойти с ним гулять?

– Уже нет, – помотала я головой, спускаясь по ступенькам, чтобы подобрать поводок.

– Да ладно, ну чего ты! Прости. Идём, я составлю вам компанию. – Не дожидаясь ответа, он взял в одну руку поводок, а другой подхватил забытый пакет с соком.

– Эй, это моё!

Майк с улыбкой отпил через трубочку.

– Мама говорит, что у меня нехватка витамина С.

– Она наверняка имела в виду, что тебе надо есть апельсины и грейпфруты, а не пить сок из пакетов.

Майк пожал плечами и отдал мне пакет. Разумеется, уже пустой. Он засмеялся:

– Расслабься, Паркер. Я куплю тебе другой сок.

– Пошли уже.

– Да я только за. – Помолчав, он спросил: – Ну и какова твоя последняя теория насчёт мистера Брауна?

Задумавшись, я сделала глубокий вдох. На ум вдруг пришёл фильм, который мы когда-то смотрели с папой. Кожа главного героя там тоже напоминала пластик, и он был бессмертен.

– Вампиры? – предположила я. – Они ведь живут вечно, верно? Прямо как старички.

– Ты же знаешь, Паркер, это ненаучно. И потом, старички спокойно выходят на улицу при свете дня.

Я пожала плечами:

– Дневные вампиры.

– Это ещё что такое?

– Вампиры, которым не страшен дневной свет. Всё просто.

Майк засмеялся:

– Ну ты выдумала.

– Они есть! Погугли.

– Нет, говорю тебе, Паркер: тут что-то медицинское, какие-то процедуры или ещё что-то.

– Дневные вампиры. Вот увидишь!

Пройдя мимо разноцветных старых домов, принадлежащих мисс Беа, мистеру и миссис Браун, мисс Эттвуд, доктору и миссис Смит и мистеру Маршаллу, мы незаметно дошли до конца нашей короткой улицы. Прежде чем я осознала, где мы, ноги уже привели нас к пруду. Мы резко остановились у бордюра, и Билли тут же натянул поводок, призывая нас идти назад, подальше от тёмной воды.

– Скажи, сегодня тут жутковато? – прошептала я.

– Тут всегда жутковато.

Обычно по вечерам мы здесь не ходим. У пруда Гуди нехорошая репутация: в шестидесятых здесь утонула девушка по имени Мэри Хов. Говорят, её дух так и остался в здешних водах, неупокоенный. Наверняка это просто глупая городская легенда, но мы всё равно не смели подойти ближе. Билли глухо зарычал, и одновременно с этим я заметила рябь на поверхности пруда.

– Ты это видел? – указала я на воду.

В том месте, где волна стихла, от воды, будто дымовой сигнал, начал подниматься туман. Я шагнула ближе к пруду. Майк опять засмеялся и тоном самоуверенного всезнайки заявил:

– Это просто лягушка, Паркер. Их в этом пруду миллионы. – Внезапно его лицо помрачнело, он вытянул перед собой руки, скрючив пальцы, как когти, и насмешливо протянул: – Или это привидение!

Я пихнула его и нахмурилась:

– Не беси.

– Ничего не могу с собой поделать. Мама говорит, это мой дар.

Я снова уставилась на воду и пару секунд наблюдала за ней, затаив дыхание: а вдруг туман снова появится?

– Думаешь, Мэри Хов правда здесь умерла? – спросила я.

– Нет. Это всё выдумки.

– Если это выдумки, может, подойдёшь и коснёшься воды?

Майк заметно напрягся:

– Я сто раз её касался.

– Ну так сделай это снова.

– Сама и коснись.

– Ну уж нет. Мне хватает честности признаться, что я боюсь. Это ты у нас не веришь в привидений.

– Я ничего не боюсь! – И Майк забил себя в грудь кулаками.

Мы оба расхохотались.

– Так и знала, что ты не осмелишься, – подначила я. – А строишь из себя!

– Ой, да ладно тебе, Паркер. Вечно ты стараешься доказать, что я не прав.

– Потому что это легче лёгкого!

Он поморщился:

– Посмотрим, как ты запоёшь, когда я докажу, что ты ошибаешься насчёт старичков.

От одного упоминания нашего расследования меня пробрала дрожь:

– Пойдём отсюда. – Я забрала у него поводок Билли. – У меня уже ноги отваливаются.

Мы потащились назад. На краю тупика Майк изобразил, что ведёт воображаемый мяч, и подпрыгнул, чтобы забросить его в невидимую корзину, но споткнулся о собственные ноги и чуть не грохнулся.

– Вау! – прокомментировала я. – Предлагаю сконцентрироваться на беге.

К моему удивлению, Майк засмеялся. К этому моменту мы оба уже дошли до той точки изнеможения, когда любая мелочь кажется уморительной. Так мы и шли, хихикая, опьянённые усталостью и влажностью.

И тут Билли замер и басовито зарычал.

– Что такое, дружище?

На улице что-то изменилось. Я не сразу поняла, что именно, но потом меня осенило: в выходящих на дорогу окнах первых этажей домов старичков горел свет. И в каждом было по лицу.

– Они на нас смотрят?

Я кивнула:

– Ага.

И действительно: взгляды наших соседей впились в нас. Их глазницы казались пустыми, как у скелетов, рты были открыты и искривлены в немом крике. Я заставила себя помахать им, хотя рука будто налилась свинцом. Майк последовал моему примеру, но выглядел не менее встревоженным, чем я. Никто из соседей не помахал нам в ответ.

– Думаешь, они нас видят? – прошептала я.

– Не знаю. Может, и нет.

Мы снова замахали, уже энергичнее, но опять ноль реакции. Соседи, не закрывая ртов, продолжали пожирать нас глазами. Билли залаял… а он никогда не лаял просто так. Я поёжилась, и мы с Майком, не сговариваясь, прибавили шагу. Мы не оглядывались до самого моего крыльца.

– Заходи, – сказал мне Майк. – Я подожду.

– Со мной всё будет нормально, – прошипела я. – Только запереться не забудь. Иди уже!

Забежав с Билли в дом, я захлопнула дверь и дрожащими пальцами повернула замок, причём не один раз, а два, на всякий случай.

– Солнышко, это ты? – донёсся от дивана мамин голос. – Я опять заснула?

После секундной заминки я ответила:

– Да, мам, это я.

Билли безмолвным стражем стоял у входной двери. Я осторожно выглянула из окна, проверяя, успел ли Майк перебежать через подъездную дорогу к своему дому. И с облегчением обнаружила, что улица пуста, а окна в домах старичков снова темны. Лишь оторвавшись от стекла, я вспомнила о необходимости дышать.




Глава 3


Мне страшно не хотелось выходить из дома следующим утром. Но я сглотнула комок в горле, запила его «Гаторадом»[5 - Спортивный газированный напиток, помогающий восстановить потерянную во время тренировки жидкость.] и прицепила поводок к ошейнику Билли. Пёс без особой охоты спустился за мной по ступенькам и тихо зарычал, когда мы оба посмотрели через дорогу. Но там всё было тихо.

Вдруг кто-то схватил меня за плечо. От неожиданности у меня чуть сердце не выпрыгнуло. Вскрикнув, я развернулась. Майк захохотал и, схватившись за живот, согнулся пополам:

– Ха! И опять ты попалась, Паркер! Тебя так просто напугать!

Я стиснула кулаки, борясь с острым желанием ему врезать:

– Да что с тобой такое! Это не смешно!

– А по мне, так даже очень. Два раза подряд! Вот это я понимаю! – Его звонкий смех был единственным звуком, нарушающим тишину улицы. – О, привет, дружище. – И он нагнулся, чтобы погладить Билли.

Нахмурившись, я повернулась к Майку спиной и, возмущённо пыхтя, побежала на месте. Щёки горели.

Майк пихнул меня ногой:

– Не притворяйся, что не рада меня видеть! Я даже пришёл пораньше. Сейчас только двадцать минут седьмого.

Я пихнула его в ответ и скорчила гримасу:

– Думаю, нам стоит разделиться и побежать разными маршрутами, чтобы проследить за старичками.

– Разделиться? – удивился он. – С чего вдруг? Боишься, я тебя обгоню?

– Не в этой жизни.

Майк надвинул бейсболку на глаза:

– Для начала тебе нужно от меня не отстать.

Я сорвалась с места, не дожидаясь, когда он будет готов. Старина Билли грациозной тенью бежал рядом. Признаю, это было нечестно, но Майк всё равно быстро нас нагнал.

– Вот так, значит? – спросил он. Я его проигнорировала. Он обошёл меня и, развернувшись, побежал спиной вперёд. – Смирись: тебе никогда не светит бегать так же быстро, как я!

Когда он снова отвернулся, я сдёрнула с его головы бейсболку и победно помахала ею в воздухе:

– Прости, что ты там говорил? Кто кого быстрее?

– Эй! Отдай!

Я стала бегать полукружьями туда-сюда, не давая Майку отобрать трофей:

– Теперь это моя бейсболка!

Должно быть, мы шумели громче, чем мне казалось, потому что внезапно позади кто-то кашлянул. Развернувшись, я увидела стоящую на своём крыльце мисс Беа и сразу же съёжилась при виде её неприветливой улыбки.

– Вы понимаете, что ещё очень рано? – процедила она.

– Простите, мисс Беа, – тихо сказала я, не выпуская бейсболки Майка. Наша соседка, как всегда, была тщательно накрашена, текстурой её кожа напоминала пластик, из которого была сделана лейка в её руках.

Майк сбавил шаг:

– Да пожалуйста, носи на здоровье! Она всё равно не самая моя любимая. – Если его коллекция бейсболок чему-то и уступает, то разве что коллекции кристаллов бабушки Джейн.

– Так и сделаю, – решила я. Бейсболка была мне велика, но я всё равно её надела. Интересно, что бы сказала Зоя, увидев меня сейчас дурачащейся посреди улицы с Майком Уорреном?

– Так вот, – приятель встал рядом со мной, раскачиваясь взад-вперёд, – насчёт вчерашнего. Это было странно, согласись?

– Они привидения. Я всю ночь об этом думала. Это единственное логичное объяснение.

– В привидениях нет ничего логичного, Паркер. Их не бывает. Как и вампиров, и пришельцев…

Моей коже вдруг стало горячо. Я повернулась к нему:

– Тогда как ты объяснишь вчерашнее?

Он пожал плечами:

– Оптическая иллюзия.

– Чего?

– Ну, знаешь, что такое оптические иллюзии? Когда мозг придаёт особое значение преломлению света…

– Всё, достаточно! – замахала я на него, обрывая ненужные подробности. – Я и забыла, что ты наш местный «Билл Най, парень-учёный»[6 - Bill Nye, the Science Guy – популярная в США образовательная телепрограмма.].

– С фактами не поспоришь, Паркер.

– У тебя нет никаких фактов, Майк. Только теории.

Он обиженно замолчал, и мы отвернулись к противоположной стороне дороги. Другие старички уже вышли из своих домов – все, кроме мистера Брауна.

Майк тоже это заметил и тихо сказал:

– Вчера мистер Браун вышел поздно. Если мы хотим его застать, давай побежим сейчас, а потом подождём его, разминаясь у вас на подъездной?

– Хорошая мысль, – согласилась я.

Мы помахали на прощание хмурой мисс Беа и побежали в сторону пруда. Я быстро переключилась в то особое состояние сознания, когда думаешь лишь о дыхании, земле под ногами, своём теле… но такая сосредоточенность продержалась недолго. Пробегая мимо водоёма, я краем глаза заметила какое-то оранжевое свечение на его поверхности.

«Что это? – подумала я, сощурившись в ту сторону. – Рыба?»

Я замедлила шаг, но свет уже померк.

– Бежим, – поторопил Майк. – Здесь слишком грязно. Лучше потренируем спринт по дороге.

Мы сделали ещё круг. Вернувшись на Гуди-лэйн, мы уже хотели сделать рывок из одного конца улицы в другой, когда внезапно позади нас послышались шаги. Громкие и быстрые – «топ-топ-топ-топтоптоп», – они приближались, определённо ускоряясь.

– Паркер, берегись! – дёрнул меня в сторону Майк.

И как раз вовремя.

В следующую секунду я уже смотрела из его объятий на худую спину восьмидесяти-с-чем-то-летнего мистера Брауна.

– Вы не одни на дороге! – обернувшись, крикнул он и помчался дальше.

Билли едва горло себе не надорвал в лае, и Майку пришлось удерживать пса за поводок, чтобы он не рванул вдогонку за соседом.

– Ты в порядке? – спросил Майк.

Я ничего не ответила, не в силах оторвать взгляд от удаляющегося мистера Брауна. Ещё два дня назад он с трудом выходил из дома.

– Ничего себе, – переведя дух, пробормотал Майк и погладил Билли по голове, успокаивая пса. – Он что, где-то новые ноги раздобыл?

– Может, так и есть, – наполовину шутя, наполовину серьёзно заметила я, указав на его забинтованную правую икру.

Майк проследил за моим взглядом:

– Помнишь, неделю назад мисс Беа ходила с забинтованным лицом?

Ещё бы. В прошлый понедельник соседка вышла из дома, как обычно, ровно в полседьмого утра в вечернем платье и с лейкой в руке. Но вместо привычного макияжа я увидела толстый слой бинтов, сделавших её похожей на мумию. Мумию в дизайнерских туфлях на шпильках и с аккуратным пучком на макушке…

Но уже на следующий день бинты исчезли, и лицо пожилой дамы снова выглядело идеальным. Слишком идеальным.

– Думаешь, они после операции? – спросил Майк.

Я пожала плечами, продолжая наблюдать за мистером Брауном. Он как раз сворачивал к пруду, когда его бинт зацепился за ветки куста и сполз, открыв небольшой участок кожи.

И тогда я увидела его: шрам. Ровно посреди икры, формой напоминающий штат Флорида и размером с клей-карандаш.

– Ого, Паркер, ты чего?

Я обнаружила себя сидящей на земле. Голова кружилась, перед глазами всё плыло.

– Я…

– Тебе нужно попить. – Майк выглядел встревоженным. Он осторожно снял с моей головы бейсболку и смахнул со лба чёлку. – Это из-за жары?

Я дёрнула плечами.

– Неудивительно, ты же со мной бегала, – слабо улыбнувшись, пошутил он и помог мне подняться.

– Со мной всё нормально. Мне просто нужно позавтракать, – солгала я.

В действительности же я думала о папе. Мой папа был заядлым бегуном, спринтером в колледже. Во время наших утренних пробежек он всегда держался впереди, и я постоянно смотрела на его ноги. На его шрам.

Он получил его на работе. Его укусила собака, и пришлось наложить двенадцать швов. Шрам вышел необычной формы – похожий на Флориду. Увидеть точно такой же на чужой ноге стало шоком.

Майк окинул меня внимательным взглядом:

– В чём дело? Это как-то связано с мистером Брауном?

Я помотала головой:

– Нет, мне просто нужно поесть. Всё хорошо. Я могу идти.

В подтверждение своих слов я шагнула назад, мягко высвобождаясь из его рук. Но он всё равно держался рядом, пока мы не подошли к моему крыльцу. Я взглянула на дома напротив, почти уверенная, что соседи снова за нами наблюдают. В памяти всплыли их напоминающие черепа лица в окнах вчера вечером, и я поёжилась.

– Спасибо за пробежку, – пробормотала я, беря у Майка поводок Билли.

– Ты точно в порядке?

– Точно. Иди домой, Майк.

– В школу пойдём вместе?

– Давай. Встретимся на углу.

– Договорились. – Майк надел свою бейсболку и направился к себе.

Зайдя в дом, я закрыла дверь, отцепила поводок от ошейника Билли и на нетвёрдых ногах поднялась к себе. Достав обувную коробку с коллекцией старых семейных фотографий, я села на кровати и начала сортировать их, раскладывая в неровные кучки. Вскоре я обнаружила искомое – пляжный снимок папы в его любимых шортах с акулами. Я сняла его смотрящим на волны, в полный рост, и на фотографии отчётливо были видны его икры и на одной из них – шрам, похожий на Флориду.

Я убрала снимок в рюкзак, а остальные сложила назад в коробку. В школу я собиралась на автомате, не в состоянии думать ни о чём, кроме шрама. Но я убеждала себя, что мне почудилось. В полвосьмого я попрощалась с Билли, схватила яблоко и рюкзак и пошла к двери. Майк уже ждал меня на улице.

Я пригладила волосы, чуть задержавшись перед зеркалом.

– Выглядишь лучше, – прокомментировал он. – Но всё-таки съешь яблоко, пока опять в обморок не грохнулась.

– Ничего я не грохалась.

– Почти грохнулась, – поправился Майк. – Смирись, Паркер. Я практически спас тебе жизнь.

Он наградил меня своей коронной самодовольной ухмылкой, но моё внимание уже переключилось на дома напротив.

Старички занимались своими обычными делами: кто-то возился в саду, кто-то, сидя на веранде, пил чай или читал газету. Майк пихнул меня локтем и указал на мистера Брауна, разминающегося перед своим крыльцом. Его жена подметала тротуар.

– Классно бегаете, мистер Браун! – крикнул Майк.

Как же мне хотелось его треснуть! Но вместо этого пришлось откусить от яблока, чтобы занять рот.

Все старички вдруг замерли, как фигурки в музыкальной шкатулке, у которой кончился завод.

Мистер Браун широко улыбнулся:

– Неплохо, да? Я бы и старику Паркеру дал фору.

Я застыла с яблоком в зубах. Мистер Браун продолжал улыбаться. В отличие от Майка.

– Без обид, но до мистера Паркера вам далеко, – сказал он и сделал шаг вперёд, будто хотел закрыть меня собой. Лишь тогда я ощутила, как быстро бьётся моё сердце.

– Вам никуда не нужно идти, дорогуши? – К нам плавной поступью направилась мисс Беа, оставляя в мокрой траве дырки от шпилек. Её ярко-красные напомаженные губы тоже улыбались, но глаза были по-змеиному холодны. Острые скулы делали её похожей на скелет, и мне снова вспомнился вчерашний вечер и пустые лица соседей в окнах.

Внезапно мои руки и ноги окатило холодными брызгами. Мисс Беа вскрикнула.

– Ох, прости, Беа, – подал голос со своей лужайки мистер Маршалл, не совладавший со струёй из поливочного шланга.

Мисс Беа досталось больше всех: её шёлковое платье лавандового цвета потемнело до сливового.

– Ты! Идиот! – закричала она.

– Прости! – повторил мистер Маршалл. – Вентиль сорвало. – Он посмотрел на нас с Майком, стряхивающих воду с рюкзаков. – Всё нормально, ребята?

Я обратила внимание, что его тон был мягче, чем у других старичков, даже когда те старались вести себя вежливо. И его взгляд казался теплее. Добрее. Это заставило меня внутренне напрячься. Я ему не доверяла.

– Всё хорошо, – отмахнулся Майк. – Идём, Паркер. Нам пора.

Он повёл меня по тротуару. Мисс Беа, на ходу одёргивая облепивший кожу мокрый шёлк платья, побрела по лужайке назад к дому. Остальные старички, сочувственно причитая, поспешили к ней. Мистер Браун наклонился, чтобы подобрать её шарф, и я не удержалась и ещё раз взглянула на его ногу. Но он успел поправить бинты.

– Вот же кучка чудиков, – пробормотал Майк, когда мы свернули с улицы.

– Да, с ними определённо что-то не так. – Мы переглянулись. – И наша задача – выяснить, что именно.




Глава 4


Но даже в школе голова не желала работать. Майк нашёл меня в коридоре перед первым уроком и поинтересовался, как я себя чувствую. Я ответила, что всё нормально, старательно не замечая его беспокойства.

Зоя, конечно же, не могла не обратить на такое внимания:

– Что это сейчас было?

– Ничего, – быстро ответила я. – Идём, а то опоздаем.

– Подумаешь! – не поддалась она. И округлила глаза: – Что-то случилось? Между вами что-то есть?

– Между нами ничего нет! – Я ускорила шаг.

Но Зою не так просто сбить с мысли. Даже когда мы вошли в класс и сели за наши парты в углу, она продолжила:

– Ты уж извини, но между вами определённо что-то происходит.

– Мы просто обсуждали кое-что насчёт тренировки, – солгала я, не глядя ей в глаза. – Ничего особенного. Ерунда.

Зоя недолго смотрела на меня, затем пожала плечами:

– Ладно.

Не уверена, что она мне поверила, – но хотя бы оставила эту тему.

Прозвенел звонок, и мисс Пеннелл начала урок. Темой было стихотворение Лэнгстона Хьюза[7 - Джеймс Меерсер Лэнгстон Хьюз (1902–1967) – афроамериканский поэт, прозаик и драматург, первооткрыватель «джазовой поэзии».], но я при всём желании не смогла бы ответить, какое именно, потому что мыслями была за милю от школы – на Гуди-лэйн. Интересно, что сейчас делает мистер Браун. Он сегодня работает?

Они с женой заведовали похоронным бюро «Феникс». Единственным в нашем городе. Считалось, что его семья владеет им уже несколько поколений, и «Феникс», как и сами Брауны, был своего рода местным символом. Мама воспользовалась их услугами, когда хоронили папу, хотя бабушка Джейн умоляла её обратиться куда-нибудь ещё. Но мама сказала, что у неё нет сил «прицениваться», и прощание с папой прошло в «Фениксе».

На взгляд постороннего, «Феникс» ничем не отличался от любого другого похоронного бюро. В нём было несколько залов на выбор, но все они с их приглушённой цветовой гаммой и декоративными растениями выглядели одинаково. Маме миссис Браун показалась приятной, но лично мне Брауны никогда не нравились.

Миссис Браун молчалива, но когда всё-таки открывает рот, то чаще всего чтобы сделать замечание, например, «Тебе пора постричься!». Они с мисс Беа лучшие подруги. Если уж на то пошло, все старички близко общаются. Когда они не на работе или не спешат по каким-то делам, они везде ходят вместе, и хотя в городе их любят, гостей у них никогда не бывает. Ну, не считая того раза с бабушкой Джейн… Я сделала себе мысленную пометку расспросить её о деталях того визита в следующий же раз, когда её увижу, – возможно, уже этим вечером.

А что она сама думает о старичках? Ведь сколько бы мы с папой их ни обсуждали, бабушка никогда не присоединялась к разговору.

Мой мозг, вдохновлённый многими часами просиживания в интернете, лихорадочно перебирал возможные объяснения – начиная от привидений и пришельцев и заканчивая дневными вампирами.

Но что, если Майк прав и все странности можно объяснить как-то просто и вполне научно?

Может, я просто не выспалась этим утром и мои глаза увидели то, чего на самом деле нет? Может, мистер Браун бежал вовсе не так быстро, как нам с Майком показалось, потому что мы дурачились и сами бежали медленнее, чем обычно? Может, я ошиблась с формой шрама? Если он вообще есть.

А может, именно так всё и было.

Теория Майка об операциях не объясняла внезапно пробудившегося в мистере Брауне таланта к бегу, учитывая, что ещё на прошлой неделе он едва мог ходить. И она не объясняла, почему его ноги были копией папиных. И это не говоря о неестественно гладком лице мисс Беа – как такое может быть, что сегодня оно забинтовано, а завтра снова без единого изъяна?

Если постараться, я могла припомнить и другие странности, связанные со старичками. Например, что мисс Эттвуд стала казаться ниже, чем была месяц назад, или что доктор Смит каждую субботу заносит из машины в гараж большие коробки с неизвестным содержимым. И почему никто не знает точно, сколько им лет? И как они все оказались на одной улице?

Я начала подпрыгивать на стуле: мне хотелось обсудить с Майком все события этого утра, но сегодня у нас был только один совместный урок, естествознание, и миссис Кэри включила документальный фильм о теле человека, поэтому пришлось терпеть до самой тренировки.

– Нам нужно поговорить, – шепнула я ему на стадионе. Бросив красноречивый взгляд на свои кроссовки, я нагнулась, чтобы поправить шнурки. Майк вышел из круга друзей, нагнулся и сделал вид, будто завязывает свои.

– В чём дело, Паркер?

– Мы странно выглядим?

– Ты – может быть. Я – точно нет.

– Будь серьёзней, – призвала я. – Мы правда видели то, что мы видели? Мистер Браун на самом деле бегал спринт?

С лица Майка сошла улыбка:

– Он определённо бегал спринт. Будет тебе, Паркер. Ты прекрасно знаешь, что с ними что-то не так. Нам осталось лишь выяснить, что именно. Я ставлю на какую-нибудь экспериментальную операцию для стариков…

Ответить я не успела.

– Паркер! Уоррен! – гаркнул тренер. – Вернитесь к своим командам! Никто часами шнурки не завязывает!

Мы одновременно вскочили и в процессе стукнулись головами.

– Ай!

– Угх!

– Смотри, куда головой машешь!..

– Это ты смотри…

– Паркер! Уоррен! Хватит дурака валять, клоуны! За работу! – взревел тренер.

Мы с Майком переглянулись и разошлись каждый в свою сторону.

Тренер поставил меня в пару с Джесс, лучшей в нашей команде. Это из-за неё я вставала ни свет ни заря каждое утро и бегала перед школой. Она мне нравилась, но я всё равно хотела её обогнать, и мы обе рассчитывали в следующем году стать капитаном команды. Мы нормально общались, но друзьями я бы нас не назвала. Думаю, для этого в нас обеих был слишком силён дух соперничества.

– Слушайте меня внимательно, – начал тренер. – Я хочу засечь ваше время на стоярдовой[8 - Английский ярд равен 0,9144 метра.] дистанции.

Угх! Я ненавидела спринт, и после утра мои ноги все ещё походили на желе.

– Но тренер, вы же говорили, мы сегодня будем работать на выносливость, – сказала я. Прозвучало это намного более жалко, чем мне бы того хотелось.

Тренер сердито посмотрел на меня:

– Что такое, Куинн? Хочешь сказать, ты не можешь? Я правильно тебя понял?

– Нет, тренер. Я могу. – У тренера было правило: всякое «не могу» наказывалось серией отжиманий прямо на дорожке.

По моему носу скатилась капля пота. Тренер нахмурил густые брови и кивнул:

– Так-то лучше. А теперь займите позиции – я подам сигнал.

Мы с Джесс пошли к стартовой линии. От меня не укрылось, что она тоже не в восторге от этого задания.

– На старт!

Мы встали на низкий старт. Я заставила себя дышать ровно и размеренно, не думать ни о чём постороннем и не обращать внимания на подбадривания ребят из команды. Особенно на зычный голос Майка, выкрикивающий моё имя.

– Внимание! Марш!

Нас встретил густой как кисель горячий воздух. Я впереди! «У меня получится, – подумала я. – Я смогу её сделать!» Но уже через пару шагов меня ослепил мой же пот: глаза защипало, дыхание перехватило, и в следующий миг я уже увидела икры обогнавшей меня Джесс. Мне вспомнились мистер Браун. И папа. И знакомый шрам в виде Флориды, мелькавший перед моими глазами каждое утро, когда мы бегали вместе по Гуди-лэйн…

«Соберись, Куинн!» – мысленно призвала я.

Но всё было бесполезно, словно я на беговой дорожке топчусь на одном месте. Я старалась изо всех сил, но лишь сильнее отставала.

А затем все закончилось.

Я сидела на земле. Джесс и тренер склонились надо мной.

– Ты в порядке? – с беспокойством спросил тренер. Из-за слепящего солнца над нами его лицо было похоже на чёрное пятно. – Куинн?

Перед глазами всё плыло. Я словно парила в облаках. Качалась в лодке. Или на круизном лайнере. Была где угодно, но не здесь.

Кто-то сунул мне в руку бутылку с водой, и я на автомате жадно отпила. В памяти всплыли мамины слова: «К нам привезли нескольких ребят с обезвоживанием, потому что они мало пили». Слушая указания тренера, я сделала несколько глубоких вдохов и выдохов, прерывая их глотками воды.

– Никогда не видел её такой, – сказал он кому-то.

Его помощник спросил, нужно ли позвать медсестру. Или «Скорую».

Я тут же замотала головой:

– Со мной всё хорошо.

– Куинн.

К парящим вокруг лицам наконец вернулись чёткие очертания. Тренер, его помощник, Кэйли и Джесс смотрели на меня сверху вниз. Остальные члены команды наблюдали с небольшого расстояния.

– Она в порядке, тренер? – вышел вперёд Майк.

– Будет, – ответил тренер. – Майк, проводи её домой, но сначала зайдите в медкабинет, пусть медсестра посмотрит.

Майк кивнул и помог мне встать на ноги:

– Пошли, Паркер. Пора домой.

Из-за головокружения мне пришлось держаться за него весь подъём на холм к школе. Мы шли под хор ахов и охов глазевших на нас ребят.

– Прости, – пробормотала я наверху, стараясь не смотреть ему в глаза.

– Сегодня всё равно слишком жарко, чтобы бегать, – отозвался Майк. – Давай найдём медсестру и доставим тебя домой.

– Не нужно. Я ещё попью, и всё пройдёт.

– Вот в медкабинете и попьёшь. Я не хочу, чтобы тренер потом на меня орал, что я тебя туда не сводил.

– Ладно. Как скажешь.

Я позволила ему увести меня в кабинет миссис Рашолл, где мы просидели двадцать минут в ледяной прохладе кондиционированного воздуха, попивая воду и жуя апельсиновые дольки, пока медсестра проверяла мои жизненные показатели. В итоге она признала меня способной дойти до дома с Майком, но прежде позвонила маме и погрузилась в бесконечное обсуждение опасности обезвоживания.

Наконец мы в молчании отправились домой.

Заметив на подъездной дороге ярко-синюю машину бабушки Джейн, я почувствовала неимоверное облегчение.

– Пахнет вкусно, – прокомментировал Майк, шумно принюхиваясь.

– Да, – улыбнулась я. – Моя бабушка готовит как никто другой.

Он посмотрел на меня:

– Ты точно в порядке, Паркер?

– Да, думаю, мне просто нужно было охладиться в комнате с кондиционером.

Майк открыл было рот, чтобы ответить, но его прервал знакомый голос:

– Не загораживайте дорогу!

Порыв душного ветра принёс с собой знакомое «топ-топ-топ».

Мы с Майком развернулись как раз вовремя, чтобы увидеть промчавшегося мимо нас на дикой скорости мистера Брауна. На нём были красные беговые шорты до колен, не скрывающие загорелых и мускулистых ног, выглядящих слишком молодо для его возраста. Он остановился в нескольких футах от нас и как ни в чём не бывало приступил к серии выпадов.

Сощурившись, я уставилась на знакомый до боли шрам, по какой-то причине уже не закрытый бинтами. Сейчас я стояла намного ближе, чем утром, и смогла разглядеть каждый его изгиб и край, а ещё – заметить в верхней части левой икры скопление маленьких коричневых веснушек в форме Малой Медведицы.

– Во даёт старикан! – восхищённо выдохнул Майк.

– Мой папа всегда делал выпады, – пробормотала я, борясь с вернувшимся головокружением.

– Я помню.

Мне было приятно, что он помнит.

– Просто поражаюсь, – добавил Майк, наблюдая за мистером Брауном, который начал прыгать из стороны в сторону и трясти руками, как боксёр перед важным боем. – Думаешь, он что-то принимает? Как ему это удаётся?

Что-то было не так. Этот шрам, веснушки, быстрый бег, слегка загнутые пальцы на ногах, загорелая кожа… Всё это порождало странное ощущение знакомой неправильности, и у меня от неё раскалывалась голова. Я закрыла глаза, затем снова взглянула на ноги мистера Брауна и опять зажмурилась, и так несколько раз. Наконец я расстегнула рюкзак, поводила рукой внутри и, нащупав найденный утром пляжный снимок, сунула его под нос Майку:

– Смотри.

Майк засмеялся:

– Классные шорты с акулами, мистер Паркер. – И вдруг он резко перестал улыбаться. Его коричневые глаза округлились. Подняв козырёк бейсболки, он взял фотографию, и его взгляд заметался между ней и мистером Брауном. Он ахнул: – Это что?!

– Да.

– Но этого не может…

– Я знаю. Но взгляни сам.

– Должно быть какое-то логичное объяснение, – выдохнул Майк.

– Объяснение есть, – сказала я, забирая у него снимок. – Только оно не логичное.




Глава 5


– Вот и ты! – вскричала бабушка Джейн, когда я вбежала в дом. – Моя дорогая девочка! Иди сюда, брось скорее этот тяжёлый рюкзак! Я приготовила твой любимый куриный пирог.

Я была вся мокрая от пота, но всё равно обхватила её руками и вдохнула полной грудью знакомый аромат лаванды и розмарина – спасибо домашним маслам, которые она регулярно наносит на свою морщинистую кожу и густую гриву седых волос.

Билли ткнулся холодным носом мне в ноги, напоминая о себе.

– Мама дома? – спросила я и, наклонившись, почесала ему шею.

– Прости, дорогая. Её вызвали, так что придётся тебе довольствоваться компанией одной старушки. – Она улыбнулась Билли. – И, конечно же, Билли. Хороший мальчик. – Она похлопала его по голове и кивнула в сторону кухни: – Идём, солнышко. Давай поедим, пока не остыло. Я оставила пирог греться в духовке.

Одного запаха куриного пирога бабушки Джейн было достаточно, чтобы стереть все воспоминания о сегодняшнем дне. Опустившись без сил на стул, я смотрела, как бабушка кружит в безмятежном танце по кухне под тихий перезвон своих многочисленных браслетов и бус. На боковом столе горела свеча, ещё одно её творение. Бабушка Джейн сама сушила травы, а потом развешивала сухие пучки над нашим кухонным окном. Зачем – я точно не знаю, потому что в готовке она их никогда не использует. Думаю, в прошлом маму это раздражало, но сейчас благодаря им дом казался теплее, будто бабушка всегда была здесь, пусть даже лишь мысленно.

Она достала из духовки золотисто-коричневый пирог, полный густой кремовой начинки, порезала его и под громкий аккомпанемент моего желудка поставила передо мной тарелку с огромной порцией.

– Бон аппетит! – с улыбкой пожелала она, тоже садясь за стол.

Я откусила и блаженно застонала:

– Объедение!

Бабушка довольно засмеялась:

– Ешь давай. Добавки будет много. – Она бросила кусок теста Билли, и его глаза засверкали, чего не было со смерти папы. Бабушка повернулась ко мне и улыбнулась. – Ну, рассказывай. Как дела в школе? Как тренировки? Всё-всё.

– У нас скоро соревнование со школой Бедфорда.

– Да? Значит, пора мне опять наделать табличек с блёстками. – Она посерьёзнела. – Ты мне напомнила: что сегодня случилось? Твоей маме позвонил тренер, и она попросила меня проверить, как ты. Что-то насчёт того, что ты потеряла сознание?

Собираясь откусить, я застыла с открытым ртом:

– Я не теряла сознание. – И добавила под её тяжёлым взглядом: – У меня просто закружилась голова.

– Из-за жары или чего-то ещё?

– Из-за жары, – солгала я. – Точно из-за жары.

– Ты достаточно пьёшь? – Бабушка прищурилась. – Может, стоит побеседовать с вашим тренером? Он что, не даёт вам передышек?

– Да всё он даёт! Видимо, сегодня я просто мало пила.

Бабушка потянулась через стол и смахнула с моих глаз чёлку. В этот момент я ощутила себя в абсолютной безопасности, уверенная, что могу всё-всё ей рассказать.

– Можно тебя кое о чём спросить?

– Конечно, дорогая.

– Что случилось, когда ты была у мисс Беа дома?

Она выпрямила спину и поморщилась:

– Нам обязательно говорить о ней?

Я пожала плечами:

– Просто я никогда не видела, чтобы к ней кто-нибудь ходил. Ты, должно быть, особенная.

Это вернуло ей улыбку:

– Ещё бы. И ты всегда должна об этом помнить.

– Так что случилось? Какая она? Что у неё за дом?

Бабушка снова поморщилась и тронула свисающий с шеи зелёный кристалл:

– Дом у неё такой же безвкусный, как она сама.

– Но что между вами произошло?

– Ничего, – пожала она плечами. – Она просто странная, вот и всё.

– В каком смысле «странная»?

– Ой… помешанная на молодости. Всё спрашивала меня: «Вы не хотите стать моложе?» или «Никогда не думали, как было бы чудесно, если бы можно было получить апгрейд своего тела?». Я сразу поняла, что она пригласила меня, только чтобы что-нибудь продать. Какой-нибудь супердорогущий крем из своего магазина, наверное. Кто её знает.

Я так и разинула рот в ожидании подробностей:

– Так она сказала в итоге, чего от тебя хотела?

– Я не стала дожидаться. И знаешь что? Твой папа был прав! С этой Беа и остальными точно что-то не так. – Она махнула рукой, закрывая тему. – Но я не хочу тратить время на этих старых зануд. Как насчёт отрезать ещё по кусочку, и я расскажу тебе, как на прошлой неделе обыграла всех в бридж?

Хотя у меня оставалась ещё куча вопросов, я их проглотила. Бабушка положила мне на тарелку ещё пирога, и мы до заката проговорили о самых обычных вещах.

– Обними бабулю на прощание, – распахнула она руки.

Я стиснула её в объятиях. Постояв так недолго, бабушка отстранилась и заглянула мне в глаза:

– Береги себя, поняла, милая? Ты должна быть осторожна.

Её слова отозвались в моей душе, и на краю сознания мелькнула мысль: а что, если она говорит не только о тренировках?

– Я буду осторожна, – пообещала я.

Она прижала ладонь к моей щеке, и в этом жесте было столько тепла и нежности, что я почти растаяла.



– Прости, что пропустила ужин, – сказала мама следующим утром, протягивая мне питательный батончик. – Бабушка Джейн просто превзошла себя с этим пирогом. Ещё никогда у неё не получалось настолько вкусно, правда? Я не удержалась от двойной добавки.

– Да, обожаю, когда она для нас готовит. – Я убрала батончик в рюкзак. – Ты сегодня вечером дома?

– Прости, дорогая. Я в этом месяце взяла несколько дополнительных смен.

Я ничего не ответила, но чувствовала на себе её взгляд, пока завязывала шнурки.

– Давай подвезу тебя до школы? – предложила мама. – Остановимся у булочной, и я куплю тебе пончик?

– Нет, спасибо, – быстро отказалась я.

Это была папина фишка: после утренней пробежки мы недолго следили за старичками, а затем он по дороге в школу покупал мне в булочной пончик с шоколадной помадкой. От мысли возобновить этот ритуал без него меня замутило.

Мама мягко провела рукой по моим забранным в хвост волосам:

– Может, всё-таки тебя подвезти? А о пончике забудем.

– Давай, – кивнула я и, помахав на прощание Билли, направилась к двери.

У выхода мама вспомнила, что забыла свой рабочий бейдж, и убежала за ним. Я осталась у машины и, прислонившись к пассажирской двери, подставила лицо солнцу.

– Зря ты не пользуешься солнцезащитным кремом, – донёсся голос с другой стороны дороги. – Продлевает молодость.

Мой взгляд скользнул в ту сторону, и я с удивлением уставилась на мисс Беа. Она стояла на своём крыльце и смотрела прямо на меня. На ней было красное платье с конической юбкой и туфли на шпильках, а шею, словно змея, в несколько слоёв обвивала толстая золотая цепочка.

– Здравствуйте, мисс Беа, – кротко поздоровалась я.

Склонив голову набок, она искусственно улыбнулась и неторопливо, размеренным шагом подошла ко мне.

– Готова спорить, ты никогда им не мажешься, – сказала она. – Или всё-таки да?

Я качнула головой вверх-вниз, как болванчик, и встала прямо, чтобы казаться увереннее:

– Пользуюсь. Но не когда иду в школу.

– Ну разумеется. Дети никогда не ценят своей молодости, – процедила она, и в её словах было столько злобы, что они сердитыми осами повисли в воздухе. – Вы её не заслуживаете.

На секунду солнечные лучи упали на её лицо под каким-то особенным углом, высветив нечто неуловимо ужасное.

– Прости, Куинни, я готова! – крикнула мама, нарушив напряжённое молчание, и от облегчения у меня едва не подкосились колени. Заперев дверь, она сбежала по ступенькам. – Доброе утро, мисс Беа.

Та вернулась к себе на лужайку и, стерев с лица все намёки на скрытую враждебность, невинно улыбнулась маме:

– Доброе утро, дорогая! Я как раз говорила твоей дочери, какой красавицей она стала. – Она подмигнула мне, и я шагнула ближе к машине.

Мама открыла двери и бросила на заднее сиденье сумку.

– Правда же? Вся в отца. Вам, должно быть, так тяжело, – проворковала мисс Беа. Казалось, её голос просто сочится мёдом.

У мамы ушла секунда, чтобы опомниться, а потом она сменила тему:

– У вас и в этом году чудесные розы. В чём ваш секрет? Мои, похоже, даже цвести не собираются.

Мисс Беа повела плечом:

– Я всегда умела найти общий язык с природой.

– Везёт вам! Ну, мы поехали. Хорошего дня.

– И вам тоже, дорогая. До свидания, Куинн, ещё увидимся, – улыбнулась она мне.

Но я ничего не ответила и села в машину. Мама, заведя двигатель, укоризненно вздохнула:

– Это было грубо. Мисс Беа с тобой попрощалась, Куинн.

– И? – не смутилась я. – Она вредная и всегда была такой.

Мама вывела машину с подъездной дороги на проезжую часть:

– Это неправда. Она приятная женщина.

– Ой, да ладно, мам! Признай: она странная! Как и все старички.

– Сколько раз я просила их так не называть!

Я промолчала. Мама шумно выдохнула и расслабила пальцы на руле. За этим последовали вопросы о школе и тренировках. Я отвечала односложно: её попытки поддержать разговор не могли отвлечь меня от миллиона вопросов, клубящихся в голове.

– Пока, – буркнула я, когда мы остановились у школы, и уже хотела вылезти из машины, но мама удержала меня, потянув за рукав:

– Солнышко, я…

– Что?

Она не сразу продолжила, а когда заговорила, в её голосе слышалась грусть:

– Ты помнишь, что ты сегодня ужинаешь одна?

– Не страшно. Я доем что оставила бабушка Джейн.

Мама закусила губу:

– Обещаю: я возьму выходной в ближайшие дни. Проведём с тобой время. Только ты и я.

Мне хотелось сказать, что мы и так всегда теперь будем только вдвоём, но её глаза были такими печальными, что у меня комок встал в горле.

– Ладно, мам. Буду ждать. – Я мягко высвободила руку и открыла дверь. – Позже увидимся.

– Пока, солнышко.

Я не поднимала головы весь путь до своего шкафчика. Зоя меня уже ждала:

– Рассказывай!

Я мысленно собралась, но виду не показала:

– Что?

– Мне тут птички напели, что Майк Уоррен провожал тебя вчера домой после тренировки.

– И? Он живёт в соседнем доме. По сути, он сам себя домой провожал.

– Мне это описывали не так.

– Кто? Кэйли? Лекс? Джесс?

– Мне сказали, ты потеряла сознание и он отнёс тебя в школу на своих сильных руках…

– Перестань, Зоя! Ничего такого не было! Я не теряла сознание.

– Но он проводил тебя до дома?

Я закрыла дверцу шкафчика:

– Типа того.

– Так я и знала! – взвизгнула Зоя. Схватив мою сумку, она принялась в ней рыться, и прежде чем я успела её остановить, с победным криком выудила мой телефон: – Ага!

– Зоя!

Но было уже поздно. Она нашла что искала: переписку с Майком. Вот же глупость! Надо было мне поставить пароль на телефон или записать Майка «тетя Салли» или ещё как-нибудь – но нет же, вон оно, чёрным по белому, имя «Майк Уоррен» в контактах в дополнение к двум новым сообщениям, которые я ещё не успела прочесть. В итоге всю дорогу к классу мне пришлось выслушивать причитания Зои:

– Нет, ну что это такое: ты нравишься парню, а я узнаю об этом от кого-то другого! Почему ты мне ничего не сказала?! Я же твоя лучшая подруга! Или это уже ничего не значит?

Ответить я не успела: к нам подошёл Майк, и, учитывая обстоятельства, я не знала, радоваться его появлению или проклинать. Не подозревая о моих проблемах, он кивнул нам обеим.

– Привет, Паркер. Зоя. – Та выжидающе уставилась на него круглыми глазами. Майк повернулся ко мне: – Паркер, можно тебя на секунду?

Зоя продолжала смотреть. Сгорая со стыда и очень надеясь, что по мне этого не видно, я промямлила:

– Да, конечно. Увидимся после обеда, Зоя!

И мы с Майком убежали в противоположный конец коридора.

– Чего это с ней? – спросил он.

– С Зоей? Ничего, всё нормально.

Он улыбнулся:

– Я ей нравлюсь, да? Она постоянно смотрит на меня во время обеда.

Я захохотала.

Майк нахмурился:

– Что смешного?

– Ты думаешь… – От смеха я не могла договорить, и на нас стали странно поглядывать. – Ты думаешь, что ты ей…

– Будет тебе, Паркер. – Он сверкнул белозубой улыбкой. – Я что, настолько плох?

– Ну, ты сам это сказал.

– Эй!

– Вообще-то она думает, что мы с тобой встречаемся. – Фыркнув, я взглянула на него, готовая рассмеяться снова.

Но он лишь моргнул:

– Это ты ей так сказала?

Я почувствовала поднимающуюся по шее и щекам волну жара:

– Нет! С чего мне ей это говорить?

Он шагнул ближе:

– Подумай сама, Паркер. Это идеальное прикрытие.

– Прикрытие?

– Да. Это бы объяснило, почему мы всё время вместе. Вместо того чтобы отрицать, нам нужно, наоборот, всем говорить, что мы встречаемся.

У меня резко пересохло в горле, но я всё же с трудом прокряхтела:

– Встречаемся? В смысле встречаемся как встречаемся?

И вот теперь засмеялся Майк:

– А как ещё можно встречаться?

В коридоре определённо было слишком много народу: мне стало невыносимо душно и хотелось броситься наутёк. Но он был прав. По крайней мере, частично: своей ложью мы хотя бы отвлечём всех от нашего расследования.

– Ладно, – кивнула я, не глядя ему в глаза. – Хорошо, давай. Но только до тех пор, пока не выясним, что с нашими соседями. Я ещё никогда не обманывала Зою.

– Такая маленькая ложь, – протянул он.

– Не такая уж и маленькая!

Он пожал плечами и придвинулся с явным намерением положить руку мне на плечо. Но я увернулась:

– Что ты делаешь?!

– Притворяюсь твоим парнем.

– Не сейчас, – отрезала я. – Дай мне хотя бы свыкнуться с этой мыслью!

– Как скажешь, Паркер. А теперь послушай – мне нужно кое-что тебе рассказать.

Я притихла. Он наклонился ко мне, и мы прислонились к ряду незанятых шкафчиков.

– Как прошло утро? – шёпотом спросила я. – Ты бегал?

– Да, один, большое спасибо, кстати.

– Я не виновата, – возразила я. – Мама из-за вчерашнего меня не пустила.

– Без разницы. Не важно. Я видел нашего старичка. Ты была права. Смотри сама. – Он протянул мне свой мобильный, и я ахнула, увидев снимок ноги мистера Брауна сзади. Шрам! – Он опять нёсся как угорелый, – продолжил Майк. – Ну, я и попытался его перегнать. Но не тут-то было.

– Но он же ходячая древность! – выдохнула я.

– О чём я и говорю. Но в какой-то момент старикан остановился, чтобы завязать шнурки, и тогда мне удалось его сфоткать. Он заметил, что я стою позади, и спросил, что мне нужно.

– О боже! И что ты ответил?

– Спросил, откуда у него шрам.

Как же я злилась в тот момент на маму за то, что она не отпустила меня этим утром на пробежку!

– И?

– Он посмотрел так, будто хочет мне голову оторвать. Но всё же ответил. Сказал, что его укусила собака.

Меня словно окатило ледяной водой:

– Врёшь.

– Он так сказал, а потом опять побежал. Я хотел его нагнать, но бесполезно.

Прозвенел первый звонок, но я не сдвинулась с места.

– Паркер! – позвал Майк. – Урок начинается. Ну же, шевелись!

В памяти всплыло воспоминание: как-то раз после ужина я помогала папе дотащить мусорные мешки до обочины. На нём были лишь старые беговые шорты. Мистер Браун тоже выносил мусор, только целую гору, то ли пять, то ли шесть мешков. Я ещё подумала, как-то многовато для семьи из двух человек. Папа заговорил с ним о чём-то, как он всегда делал, если натыкался на кого-то из старичков. Я помню, они оба хромали, и папе почему-то показалось это ужасно смешным. Мистер Браун пожаловался на артрит, а папа рассказал, как его укусила собака.

Я схватила Майка за руку и сжала:

– Мистер Браун знает, что случилось с моим папой! Как ты не понимаешь?! Именно так папа получил свой шрам!

Майк широко распахнул глаза.

– Поговорим после школы, – выпалил он и пулей метнулся по коридору, не дожидаясь второго звонка.



Естественно, Зоя прямо на уроке продолжила расспрашивать меня о Майке. Стоило мисс Пеннелл отвернуться к доске, как мне на парту прилетела затейливо сложенная записка:



Скажи честно: вы с Майком Уорреном встречаетесь?


Я смотрела на эти слова намного дольше, чем требовалось, а потом сделала глубокий вдох, написала «да» и бросила записку назад. Глаза у Зои стали как блюдца, и она беззвучно произнесла: «Я так и знала!» Мне оставалось лишь пожать плечами.

Слухи распространяются быстро. Даже слишком. К обеду все в школе, похоже, знали о наших якобы отношениях. Зоя и другие девочки глазели на стол Майка ещё чаще, чем обычно, и я даже не пыталась их одёрнуть. Сам Майк невозмутимо сидел и ел чизбургер в компании смеющихся друзей. Покончив с обедом, он выбросил мусор и вальяжной походкой направился ко мне.

– Привет, Паркер, – улыбнулся он, и я на самом деле покраснела. – Ничего, если я присяду на минутку?

Я смогла лишь кивнуть, и то после того, как Зоя, улыбаясь во весь рот как полоумная, пихнула меня в рёбра. Хотя её сложно винить: в её глазах я стала первой из нашей компании, начавшей встречаться с парнем.

Вот только всё это было не по-настоящему. И хотя мои плечи, когда он положил на них руку, едва не размякли до состояния желе, факт оставался фактом: наши отношения были игрой. Историей с гарантированным концом, и под концом я понимала конец расследования.

До конца учебного дня меня преследовал водоворот слухов, и я ещё никогда не была так счастлива сбежать на тренировку. Тренер снова поставил нас с Джесс в пару и задал пробежать дистанцию, соревнуясь друг с другом.

– Ты точно хорошо себя чувствуешь? – спросил тренер. Его густые брови взметнулись почти до самых волос. – Больше никаких обмороков, я надеюсь?

– Нет, тренер, – пробурчала я. – Я в порядке. – И в качестве доказательства пробежала так быстро, что не только побила собственный рекорд, но и обогнала Джесс.

– Откуда в тебе сегодня столько прыти? – похвалил тренер и от всего сердца дал мне пять – у меня даже ладонь заныла.

Я расплылась в улыбке:

– Не знаю, тренер. Должно быть, сказался вчерашний отдых.

Он засмеялся:





Конец ознакомительного фрагмента. Получить полную версию книги.


Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию (https://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=68477437) на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.



notes


Примечания





1


Один из бейсбольных клубов Нью-Йорка. (Здесь и далее – примечания переводчика и редактора.)




2


90° по Фаренгейту равно ?32 °C.




3


Монстр, которого разные источники описывают по-разному. Может быть оборотнем, а может – ожившим мертвецом.




4


В школах США оценки обозначаются буквами. «А» соответствует нашей пятёрке, а «F» – двойке.




5


Спортивный газированный напиток, помогающий восстановить потерянную во время тренировки жидкость.




6


Bill Nye, the Science Guy – популярная в США образовательная телепрограмма.




7


Джеймс Меерсер Лэнгстон Хьюз (1902–1967) – афроамериканский поэт, прозаик и драматург, первооткрыватель «джазовой поэзии».




8


Английский ярд равен 0,9144 метра.



Куинн уже жалеет – почти жалеет! – о том, что однажды пригляделась к своим соседям повнимательнее. Она живёт в маленьком городе на берегу моря, на улице с аккуратными домами и прекрасными розами. Ходит в школу, занимается бегом и совершенно не жаждет становиться главной героиней триллера. Но, похоже, этого уже не миновать… Ведь её соседи через дорогу скрывают какую-то зловещую тайну. Они кажутся обычными старичками только на первый взгляд! Девочка уверена: они не люди. Они тоже следят за ней! И непременно попробуют от неё избавиться…

Атмосферный триллер для подростков, который порадует ценителей жанра ужасов. Книга получила лестный отзыв самого Стивена Кинга!

Перед вами первая книга серии.

Как скачать книгу - "Тебя предупреждали…" в fb2, ePub, txt и других форматах?

  1. Нажмите на кнопку "полная версия" справа от обложки книги на версии сайта для ПК или под обложкой на мобюильной версии сайта
    Полная версия книги
  2. Купите книгу на литресе по кнопке со скриншота
    Пример кнопки для покупки книги
    Если книга "Тебя предупреждали…" доступна в бесплатно то будет вот такая кнопка
    Пример кнопки, если книга бесплатная
  3. Выполните вход в личный кабинет на сайте ЛитРес с вашим логином и паролем.
  4. В правом верхнем углу сайта нажмите «Мои книги» и перейдите в подраздел «Мои».
  5. Нажмите на обложку книги -"Тебя предупреждали…", чтобы скачать книгу для телефона или на ПК.
    Аудиокнига - «Тебя предупреждали…»
  6. В разделе «Скачать в виде файла» нажмите на нужный вам формат файла:

    Для чтения на телефоне подойдут следующие форматы (при клике на формат вы можете сразу скачать бесплатно фрагмент книги "Тебя предупреждали…" для ознакомления):

    • FB2 - Для телефонов, планшетов на Android, электронных книг (кроме Kindle) и других программ
    • EPUB - подходит для устройств на ios (iPhone, iPad, Mac) и большинства приложений для чтения

    Для чтения на компьютере подходят форматы:

    • TXT - можно открыть на любом компьютере в текстовом редакторе
    • RTF - также можно открыть на любом ПК
    • A4 PDF - открывается в программе Adobe Reader

    Другие форматы:

    • MOBI - подходит для электронных книг Kindle и Android-приложений
    • IOS.EPUB - идеально подойдет для iPhone и iPad
    • A6 PDF - оптимизирован и подойдет для смартфонов
    • FB3 - более развитый формат FB2

  7. Сохраните файл на свой компьютер или телефоне.

Рекомендуем

Последние отзывы
Оставьте отзыв к любой книге и его увидят десятки тысяч людей!
  • константин:
    12.08.2022
  • Добавить комментарий

    Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *