Книга - Опыт души

a
A

Опыт души
Юлия Анатольевна Федюк


В чём смысл жизни?Сама Жизнь – как только начинаешь это понимать, то жизнь, всё улучшается и улучшается!В книге делюсь опытом – наше рождение не случайно!





Юлия Федюк

Опыт души





Введение


Что же всё-таки хочу рассказать в этой книге.

Когда мне было сорок два года, я очень многое стала понимать в своей жизни. Я осознала, что все мои желания исполняются – какие сразу, какие через много лет. Я поняла, что не все желания мне принесли того, что я хотела. Некоторые желания приводят к серьёзным последствиям.

В сорок пять лет я «проснулась». Стала слышать себя и чувствовать свои истинные желания.

Книгу захотелось написать с самого рождения. Что действительно всё неслучайно. Каждый жизненный урок нужен человеку. Душа каждого человека проходит жизненный путь эволюции.

Можно жить всю свою жизнь только из ума и быть несчастным. А можно включать разум и контролировать свои чувства, мысли, слова и действия. И видеть свою жизнь со всех сторон. Тогда начинаешь понимать с чувством благодарности за свою жизнь родителям.

Самый бесценный подарок, что подарили нам родители – Жизнь!

Нам каждому нужно понять, что в детстве всё, что с нами происходило, нужно было нам для выживания. Чтоб обрести навыки жить во взрослой жизни.

Задача каждого из нас – осознать фундаментальные навыки. Для того чтобы перейти на ступень осознанности выше. Там мы уже видим каждый свой шаг, для чего он нам был нужен. Мы пробуждаемся от глубинной и неосознанной спячки, где контролировали нашу жизнь неосознанные привычки. Привычек нет ни плохих, ни хороших. Они все нам нужны, чтоб выжить любыми путями.

Когда я стала писать с самого рождения свою жизнь (это очень хорошая практика – выписать свою жизнь с самого начала, откуда помните. Вы увидите и почувствуете столько боли! И эту боль всю нужно вытащить наружу. Этот груз мешает жить полноценной жизнью), я увидела себя, такую неугомонную, как будто, а это так и есть, моя душа пришла в эту жизнь, чтобы пройти жизненные уроки. Чтоб эволюционировать и пройти каждый этап эволюции на каждом жизненном уровне осознанности. Я увидела себя, когда я оступалась, это значит: чувствовала одно, говорила другое, делала третье. Это значит, что мыслила негативно не только к себе, но и к окружающим. Мне сразу «прилетало», случались события, где я чувствовала сильнейшую боль – и физически, и душевно. Тогда, когда чувствовала боль, тогда начинала переосмысливать свою жизнь.

В детские годы я как бы подготавливалась ко взрослой жизни. Я получала жизненные уроки от родителей и окружающих. С детских лет формируются привычки, которые потом контролируют мою жизнь. И это всё неосознанно, на автопилоте. Закрепились привычки с детства, я не думаю, как помыслить и сделать, оно само собой всё происходит. Это как сходить в туалет или попить, поспать. Это тоже неосознанные привычки. Они встроены с рождения.

Очень много происходило повторяющихся событий в жизни. Вроде и люди, и место другое, а боль та же. Я не придавала этому значения. Потому что это уже встроенная корневая привычка с детства. Ещё называют «наступила на грабли», это про меня. Я начинала винить всех вокруг, почему со мной так происходит. И это будет продолжаться до тех пор, пока не закрепишь урок. То есть не осознаешь, для чего он тебе. Это я уж точно могу сказать. Я их столько проходила, одни и те же. Постоянно испытывала боль, но не понимала, что она мне показывает. В книге пишу самую малую часть своего опыта, чтоб видно было, что к чему и куда приводит.

Лишь через много-много лет, пройдя всякого разного опыта, а потом курсов, тренингов, марафонов, прочтя кучу книг и прослушав много лекций, я наконец-то осознала, что всё, что в моей жизни происходит, это развитие моей души. Душа вечна. В каждом человеческом теле она проходит этапы своей эволюции.

Может, каждый, прочтя эту книгу, увидит свою жизнь с самого начала до сегодняшнего дня. Поймёт, для чего он родился, для чего ему именно такие родители, родственники, друзья, коллеги и так далее.

Цель этой книги, чтоб каждый хоть немного пробудился и осознал свою жизнь.

ЖИЗНЬ – ЭТО САМОЕ ДОРОГОЕ НА СВЕТЕ!

Когда мы начинаем это понимать, то пробуждается внутренняя, искренняя благодарность к своим родителям. И неважно, какими они были и есть. Важно, что мы сейчас можем сделать себя и окружающих счастливыми.

ЭТО ЗАМЫСЕЛ БОГА – ПРОБУЖДАТЬ КАЖДУЮ ДУШУ, ЧТОБ БЫТЬ СЧАСТЛИВЫМИ!

Желаю всем читателям счастья и пробуждения своей души. Жизнь – это наша частичка души. Душа – это частичка Бога.

БОГ – ЭТО ВСЁ, ЧТО НАС ОКРУЖАЕТ И НЕ ОКРУЖАЕТ. ЭТО АБСОЛЮТ ЛЮБВИ И СЧАСТЬЯ!

Когда мы предаём свою божественную частичку, то в жизни происходит именно всё то, чтоб пробудить сознание и дать толчок к жизни. Потому что когда мы предаём себя, то убиваем сами эту жизнь в себе.

Когда мы слышим себя и не предаём, то все божественные силы исполняют и помогают нам в истинных желаниях. Чтоб такая душа процветала и была счастливой всегда!

Обнимаю вас с любовью в сердце!

Этот стих пришёл мне ночью. Я проснулась и стала писать, писать. Через год где-то до меня только дошёл смысл, о чём написано в стихе. Я стала вспоминать всю свою жизнь, и там оказалось очень много боли. Я каждый раз вытаскивала и вытаскивала боль наружу. Проживала до конца и отпускала с благодарностью. Так исцелялась моя душа.




Наши души


Где-то там, где всегда
Любовь бесконечна,
Где в блаженстве купаются души,
Где свет во всех радужных красках,
В абсолюте счастья
Живут наши души!

И однажды летали несколько душ
И вели между собой интересную беседу…

Им захотелось пройти земной опыт:
Тот путь, где почему-то
Люди часто винят Бога,
Своих родителей, детей и весь мир.

Где есть много горя и печали,
Ненависти, гнева и мести друг к другу.
И души задумались, почему же так происходит?

Ведь человек уже рождается счастливым и изобильным.
И вот они решили прийти на помощь друг к другу
И пробудить друг друга, чтобы вспомнить,
Кто они и зачем пришли сюда,

Потому что, когда душа рождается,
Она сразу забывает, кто она,
И зачем всё это, и для чего
Это было такое условие.




Дары Мироздания


Наша душа пожелала родиться и пройти земной опыт. Именно у этих родителей. Мироздание каким-то непонятным для человека образом сводит этих людей. Через время рождаешься ты, я и все остальные.

Представь на мгновение, чтоб родиться тебе, сколько затрачено сил (энергии).

Жили-были девочка и мальчик. Через какое-то время, а может, даже через большое расстояние они начинают встречаться. Может, другие происходят ситуации, всё не случайно в этом мире происходит. Через время рождаешься ты. Из непроявленного желания души (где-то там душа пожелала пройти земной опыт). Ей нужно теперь проявиться в человеческом теле.

О, чудо произошло! Тебя проявили твои родители!

Та-дам!

Ты лежишь и кричишь: уа-уа. И весь твой мир (мама, папа, бабушки и дедушки, все родственники) исполняет твои хотелки.

Чтоб тебе родиться, весь мир, поколение за поколением, заранее готовился намного раньше тебя. Чтоб исполнилось желание души родиться именно в этом теле, на планете Земля и именно у этих родителей.

Только представь, сколько человек было задействовано до тебя, прежде чем родиться каждому из нас. Какая мощь родовая стоит за плечами у каждого. По своему незнанию мы отталкиваем родовую энергию бесконечной любви. И возможности внутреннего потенциала.

Если убрать из этой цепи хоть одного человека, то ты бы не появился на свет. Каждый человек важен. Мы все едины. И если ты здесь, то нужен этому миру!

Это наш фундамент бытия. Понять, почему я родилась/ся именно у этих родителей. Это желание твоей души, чтоб пройти тот опыт, который нужен для развития (эволюции) сознания. Эволюции души. У наших родителей тоже была задача перед Мирозданием. Воплотить в мир эту частичку богатства всего мироздания – тебя!

Когда ты принимаешь эти подарки Мироздания, тогда легче и свободней жить. Принимать все возможности и ресурсы с благодарностью. Самый бесценный дар, что подарили нам родители, это – Жизнь. И наши подарки от мироздания – это наши родители, а потом всё остальное.

Задача каждого из нас сделать себя счастливым. Жить в благодарности ко всему. Не предавать себя. Жить здесь и сейчас, осознавая каждый свой миг. Жить свою жизнь, она у тебя одна, больше такого подарка не будет. Душа бессмертна, и она перевоплощается из одного состояния в другое. А вот эта жизнь, которая дана именно твоему сознанию, именно в этом теле, больше не повторится. Просто ты не будешь помнить об этой жизни.




Родители


Из маминых рассказов. Мама в семье была четвёртым ребёнком из семи детей. Жили в городе Магнитогорске в бараке на Московской улице. Мама после седьмого класса переехала в деревню к своей тёте Оле по маминой линии. После восьмого класса пошла работать на ферму.

Познакомилась с парнем Анатолием. Он окончил училище в Магнитогорске и приехал в деревню Лесное.

Мы часто просили маму рассказать нам истории из своей жизни. И она так эмоционально рассказывала. Мы как будто смотрели фильм с открытыми ртами. Мы ложились в обнимку. Я с одной стороны, брат с другой, нам больше ничего не нужно было, как только мамины рассказы.

– Мам, а как ты познакомилась с папой? – спросила я.

– Ой, смешная история, слушайте. Папа учился в училище в городе. Приехал весь такой холёный, городской. В чёрном драповом пальто, лакированных туфельках и в шляпе. Я когда его увидела, рассмеялась. Что за гусь такой приехал?

В клубе на танцах познакомились, он стал меня встречать с работы и провожать домой. Дружили, даже за руки не держались. Вот такие встречи наши были.

Мама засмеялась и снова продолжила:

– Значит, идём мы, помню, сугробы были выше забора. Только узкие тропинки вокруг домов были. Я заметила с его стороны лишние движения. Папа пытался меня поцеловать. Я как драпанула в валенках по сугробам и к своей калитке. Смотрю, а он покатился на своих лакированных туфельках по тропинке мимо меня. Я стою, смеюсь во весь голос. А он кричит издалека: «А если я на тебе женюсь, ты дашь тебя поцеловать?» «Посмотрим», – пошутила я. Через месяца три у нас была свадьба. По-свойски, без росписи в загсе. Я ещё была несовершеннолетняя. Вот почему вы на моей девичьей фамилии.

Началась семейная жизнь. Я работала в родильном отделении в коровнике. Ухаживала за телятами. Папа устроился скотником на ферму. Недолго мы жили с ним. Я была беременна тобой, папу посадили в тюрьму. Он участвовал в какой-то драке. Я перешла жить к его родителям. Со свёкром мы были в хороших отношениях, а со свекровью ругались. Дед по национальности русский, а ваша бабка была цыганка. Отец ваш красивый, конечно, черты лица все правильные, усики тонкие. Чёрные волосы. Глаза тёмно-карие.

Мама описывала папу, и я начинала его вспоминать. Хотя на тот момент мне было пятнадцать лет. И в моей детской жизни, когда я с ним виделась, я его боялась. У меня была мечта – вырасти, насобирать денег на пистолет и убить его. Через столько лет, когда мама говорила о нём и хорошее, и плохое, во мне были смешанные чувства. Притяжение к нему и отталкивание.

Мама продолжает рассказ:

– Было второе февраля. Сугробы большие, метёт на улице. Я ругалась со свекровью. Всё учила меня жизни. Собрала свои манатки и стала одеваться.

– Ты никуда не пойдёшь, скоро рожать, куда собралась?

– К тётке пойду, с вами больше жить не буду.

– Если переступишь этот порог, я прокляну твоего ребёнка.

Я вышла молча…

Шла в темноте и ревела. Метель всё усиливалась, дороги не было видно. Тётка жила через лесок. Поднялась на какой-то бугорок и покатилась кубарем. Заболел сильно живот. Через два дня родилась ты.

Лежу в палате, дремаю. Будит меня свекровь, со слезами падает на колени и начинает причитать: «Прости меня, Леночка, я сгоряча наговорила ужасного. Я забираю свои слова назад. Покажи мне, пожалуйста, нашу кровиночку, нашу внученьку».

Я поворачиваюсь, тебя нету. Как накинулась на свекруху и давай орать: «Это ты украла у меня ребёнка и устроила здесь показуху. Отдавай мне мою дочь!»

В общем, мы всполошили весь роддом. Потом кто-то заглядывает под кровать, а ты тихо себе сопишь.

Мне выделили комнату в общежитии, так и жила потихоньку. В два месяца ты у меня начала синеть, вызвала скорую, нас увезли в больницу. Еле спасли, было обезвоживание организма. Я тебе совсем не давала воды. Опыта не было, а спросить не у кого было.

Мама задумалась. И стала продолжать рассказ:

– Было тебе девять месяцев, мне нужно было идти на работу, жить на что-то нужно было. Оставляла тебя в кроватке, бутылочка каши, погремушки и уходила на работу. В деревне часто по вечерам отключали свет на несколько часов. Я каждый раз подходила к дому и боялась, что с тобой что-то случилось. Однажды захожу в темноту, зажигаю свечку, подхожу к кроватке. Пустая кроватка, а внизу на полу лежишь ты, спишь. Вся в соплях и в слезах, на лбу огромная шишка. Я взяла тебя, завернула в одеяло и к председателю домой.

– Посмотрите, что с дочкой, вам нужны рабочие, а ребёнка с кем оставлять?

Так тебя взяли в ясельную группу.

– А папа долго сидел в тюрьме?

– Тебе был годик, когда он пришёл. Ой, тоже история смешная была, сейчас расскажу. Папа был на работе, я готовила обед. Ты играла в игрушки. Я была беременна вторым ребёнком, тобой (мама показала на брата). Приготовила рассольник, напекла оладий, нажарила котлет, помыла полы. Я так любила рассольник! Одна не садилась кушать, всегда ждала папу с работы. Ещё хотела сварить компот, пошла набирать воду из бака. Черпаю и черпаю, потом вижу, какая-то мутная пошла вода. Я заглядываю в бак, а там тряпка половая лежит на дне. И видно, давно уже лежит. Я как побежала на ведро рвать. Заходит папа: «ну, жена, корми мужа». Что делать? Придётся кормить, не пойдёт же голодный на работу. Накрыла на стол, у самой слюнки бегут. Села напротив и смотрю, как папа кушает.

– А ты что не ешь? Всегда ж со мной садишься обедать.

– Да Юльку сейчас кормила и наелась с ней.

Думаю, лучше б я эту тряпку не видела, так хотела рассольника. – Мама засмеялась и мы тоже. – Вот так вот ты умудрилась как-то тряпку кинуть, а мы сколько там воды уже выпили и кушать варила. С тех пор за тобой следила.

Через какое-то время папу опять посадили. Я осталась с двумя маленькими детьми.

– А за что его садили?

– Вспыльчивый был, в драку влезал всегда.

– Мам, я помню один момент. Я совсем маленькая была. Даже, наверное, в этом возрасте. Лежу я под одеялом, светит тусклый зеленоватый свет. Потом я почувствовала, что кто-то, такой холодный, меня обнимает. Это был дядька какой-то. Я лежу тихо, а он говорит: «Можно я погреюсь чуть-чуть и уйду». Слышу голоса ваши. Потом ты меня хватаешь на руки. Я увидела нож, папа зарезал этого дядю. Ты меня отвернула и закричала. Больше ничего не помню.

– Ты совсем маленькая была и всё помнишь? Да тебе было около двух лет. Мы ходили к дедушке, ты уснула, я включила приёмник, чтоб не напугалась. Мы быстро вернулись домой и увидели, что этот мужик лежит рядом с тобой. Папа его пырнул ножом, его посадили за это.




Бабушка Нина


– Мам, расскажи про свою маму, бабушку Нину, ты никогда про неё не рассказывала.

Мама помолчала и начала свой рассказ:

– Я говорила, что у нас многодетная семья. Мы жили в городе в малосемейке. Потом переехали в деревню. Таня вышла замуж, родила Андрея, жила в городе. Тома училась в училище. Сергей, я с Наташей, Мариной и родителями переехали в деревню. Потом у нас заболела Марина, она умерла, когда ей было семь лет. Отец тоже умер молодым. Мама сошлась с мужчиной и родила Колю. Мы с Наташей жили у тётки Оли.

Потом я вышла замуж (папа снова сидел в тюрьме), тебе было два годика. Я лежала в роддоме.

Брат Сергей пришёл с работы, Коля был один дома, голодный. Брат разъярённый поехал в ту деревню, где ему сказали, что там мать твоя. Он заскочил в дом и накинулся на маму. Забил её кирзовыми сапогами. Когда опомнился, мама уже лежала мёртвая. Схватился за голову и зарыдал. Так просидел, пока не приехала милиция и не увезла его. Мне сообщили, что мама умерла. Я не долежала с Игорем, поехала хоронить маму. Её лицо всё было в запёкшейся крови в точку. Я её ни в чём не виню и не осуждаю брата. Всё так произошло быстро. Мне её было жалко, она всегда была несчастна. Папу своего сильно люблю и тоже его сильно жалко. Как будто сошлись вместе и жили два несчастных человека. Я же про себя тоже могу так сказать. Жила в страхе всегда, боялась вашего папу. Мои родители не дрались, мама начала гулять и уходить из дома, а папа страдал.

Братику Коле было шесть лет, его увезли в детский дом. Я ездила его навещала, он стал называть меня мамой. Я мечтала забрать его к себе. Но у меня так и не получилось. Его потом увезли далеко, так я его потеряла. Потом узнала, что он после детского дома загремел в тюрьму. Так и оборвалась эта ниточка.

Мама рассказывала и плакала, чувствовалась эта глубокая рана, которая передавалась и мне.




Русская печь


– А еще у меня ума хватило посадить вас на печь русскую.

– Расскажи, расскажи.

– Слушайте. Помните, тогда печи русские были. Наверху под потолком был большой выступ, как двухспальная кровать. Когда было холодно, мы там спали. Игорю было около года, тебе около трёх лет. Я обложила все дыры подушками, накидала вам туда игрушек. Оставила печенье, кашу в бутылочках. Тебе сказала, чтоб сама не выглядывала и братика не пускала. «Бух вниз и вава будет». Пошла на работу, а мыслями дома, что что-то с вами случается. Быстрее отработала и бегом домой. Получается, своих детей бросала на произвол судьбы, а за коровьими детьми (телятами) ухаживала.

Открываю в коридоре дверь, тишина, а в квартиру боюсь заходить. Открываю и вижу такую картину. Игорёк лежит в углу на полу, вся голова в крови. Не пойму, откуда кровь, увидела – в углу стоял топор. Я как заору и начала трясти Игорька. Он закричал, ты, видно, проснулась на печке, тоже закричала. Я вас в коляску и опять к председателю.

Сейчас посмотреть, в какое время живут наши дети. То можно увидеть, что раньше дети жили на выживание. И такая благодарность от чистого сердца нашим родителям. За то, что живы и здоровы. За то, что дали нам жизнь. За то, что выжили любыми путями.




Не лезь, «токнет»


– Игорёк заболел, и меня с ним положили в больницу. Тебя не с кем было оставлять, я взяла тебя с собой. С тёткой своей опять что-то поругалась, уж и не помню за что. Все мамы, которые лежали в больнице, сидели в красном уголке и смотрели телевизор. Ты ходила по коридору, я тебя видела. Потом исчезла куда-то, слышу твой крик. Побежала туда, а там дверь открыта в трансформаторную будку. А ты стоишь и кричишь: «Мама, токнет!» Показываешь на разноцветные проводки и кричишь. Я тебя схватила на руки и понесла в палату. Ожогов не было, видно, схватилась за проводки и тебя током ударило. Сильно напугалась. Домой приехали когда, ты всегда кричала, если Игорь подходил к розетке: «Игорь, токнет!» Электрику, конечно, влетело, забыл закрыть дверь.

Мы часто переезжали с места на место. К тёте Оле и назад в общежитие. Она всегда меня звала к себе, говорила, что тяжело одной с детьми, вместе веселее. Когда уходила в запой, я снова возвращалась в общежитие с вами.




Собака


Мои воспоминания. Жили мы с бабушкой Олей в её маленьком домике. Она была такая грибница, уходила рано, ни свет ни заря. Я просыпалась утром, и мне нравилось смотреть в окно, где видно, как всходило солнышко. На столе под газеткой стояли в блюдце оладьи и варенье. Я будила братика, и мы садились завтракать. Мне было около пяти лет, брату около трёх. Сейчас смотрю на эту фотографию и удивляюсь. Я такая маленькая и всё помню.

Мама была на ферме. Мы покушали и пошли к соседской девочке Лариске играть. Её родители были на огороде за домом. Лариса играла в своём деревянном домике, ей папа сделал. Лариска выглядывала в окошечко, махала нам рукой. Она на год младше меня. Залезли все в домик и стали играть в куклы. Нам стало скучно, и мы пошли исследовать двор, он у них большой был.

– А кто там в домике? – спросила я.

– Там живёт наша собака, к ней нельзя подходить, мама поругает.

– А давай её позовём, – не унималась я.

Мы кричали, прыгали, но собака всё не выходила. Лариска пошла к будке, собака высунула морду, и Лариска её погладила. Я стояла с прутиком и махала им. Вдруг собака выскочила из будки и побежала в мою сторону. Я увидела здоровую, чёрную и лохматую собачищу, не успела отскочить, и она на меня набросилась. Она повалила меня на землю. Я видела её страшные глаза, слюни капали на меня. Почувствовала что-то горячее на шее и больше ничего.

Проснулась в больнице, висят какие-то трубки. Плечо перемотано бинтами. Возле меня сидели баба Оля и мама. Чуть-чуть собака не достала мне до шеи.

У меня на всю жизнь остался страх к собакам. И случалось во взрослой жизни, что собаки меня сильно кусали. Меня как магнитом тянуло к ним, погладить.




Парикмахер с сигаретой


Я сидела с братиком на круглом столе. А бабушка Оля с сигаретой в зубах подстригала брата. Он сидел и всхлипывал. Сопли тянулись от носа до подбородка. Всё лицо было в слезах, соплях и волосинках. Игорь всхлипывал, а я сидела в очереди на стрижку.

Баба Оля переминала сигарету в зубах из стороны в сторону и приговаривала:

– Не реви, я сказала, не реви. Взяли моду реветь. Сиди молча.

Подошла очередь и до меня. Мои волосы падали и падали. Я стала плакать и вытирать слёзы кулачками.

– Ты что делаешь, старая карга! – вдруг я услышала мамин голос. Мама пришла с работы и увидела такую картину. Мы с братом сидели на столе, подстриженные под лесенку. Мои шикарные волосы лежали на полу. Мама кричала на свою тётю и одевала нас. Мы снова переезжали в общежитие.




Дед


Я часто ходила в гости к дедушке Васе. Это папа моего папы.

– Внученька моя пришла!

Я зашла в дом к деду и бабе Шарипихе. Имени её не помню, все её звали так. Это вторая жена дедушки.

Первую бабушку Нюсю помню только в гробу. Мы стояли все внуки возле гроба и прощались с ней. Мама подошла ко мне и сказала: «Поцелуй бабушку в лоб». Я дотянулась только до носа, почувствовала такой холод. Когда уже была взрослая и смотрела эту фотографию, то обратила внимание: все внуки стояли смотрели кто куда, кто в носу ковырялся. Я посмотрела на себя маленькую и увидела такую печаль на лице. Ручками держалась за подбородок и смотрела на бабушку. Я вспомнила те же ощущения и холод от носа. Больше ничего не помню о ней.

Так вот. Дед сразу брал гармошку и начинал играть.

– А ну, давай, внученька, спляши для деда с бабкой.

Я накидывала на плечи большой цветастый платок и шла в пляс. Кружилась и выстукивала пяточками. Дед играл, а бабка Шарипиха пела песни и хлопала в ладоши. После плясок дед меня садил на колени и угощал конфетами. Я любила деда. Иногда к ним заходила и слышала от них неприятный запах. Они меня начинали исцеловывать, я кривила носом. Просили меня сплясать. Я убегала от них на улицу.

Потом мы переехали.




Иван-царевич и Елена прекрасная


Мама всё боялась папу и искала выход, как подальше уехать от него. Она не хотела с ним жить и боялась его возвращения.

Мы переехали в посёлок Полоцкое. Там мама познакомилась с парнем, он только пришёл из армии. Они встречались. Я помню его со светлыми волосами, светлыми глазами и усиками. Их ещё в деревне прозвали Иван-царевич и Елена Прекрасная. Хотя звали его Саша.

Маме выделили в общежитии комнату. Помню, мама повесила тюль вокруг кровати. Я себя чувствовала принцессой. Мама перед сном гладила нас по животику, целовала наши ножки и пела песню Валентины Толкуновой «Носики-курносики», запомнились слова, название не знаю. Я была счастливым ребёнком. Потом мама сошлась с Сашей, так мы с братом его называли. Мне было около шести лет, брату около четырёх.

Родители работали на ферме, а мы с братом «хозяйничали» сами дома. Помню, возле барака, где мы жили, была большущая лужа. На всю дорогу от дома к дому, это было наше море. Ну и что, что разноцветное. Когда грузовая машина проезжала, оставляла после себя разноцветные волны. Это были бензин и масло. Но мы об этом не знали, это было море прямо возле дома. Купались всей улицей. Заходили в лужу в белых майках и трусиках, выходили все чёрные, волосы слипшиеся от грязи. На середине лужи вода доставала до подбородка. Пищали, прыгали и были счастливыми, пока не возвращались с работы родители. Тогда мы с братом становились приличными детьми. Нас купала мама, переодевала и строго-настрого приказывала, чтоб обходили эту лужу.




Сигарета


Через дорогу возле другого барака кто-то построил шалаш. Там слышны были голоса, и я пошла туда. Заглянула в щелку и вижу такую картину. Сидят мальчишки и брат с ними. У всех сигареты в руках.

– Ага, я увидела, что вы тут делаете. Сейчас пойду маме расскажу.

– Иди к нам, хочешь попробовать?

– Хочу.

Я залезла в шалаш, и в моей руке оказалась сигарета.

– Что вы здесь делаете? Вы что, курите? Быстро домой! – Мама заглядывала в шалаш и мотала головой.

Мне досталось, конечно, я же старшая. Мама нас не била, она ругала, иногда ставила в угол. А иногда просто от одного взгляда было понятно, что нужно делать. Я маму всегда любила и прислушивалась. Но во мне жил ещё какой-то чертёнок, которому всегда нужны были приключения на «попу».




Ссоры


Потом родители часто стали ругаться, драться. Мы убегали зимой по снегу босиком из дома. Прятались у соседей. Жила в страхе, что когда зарплата, тогда веселье. Собирались все соседи у нас, выпивали, плясали и пели песни. У мамы голос был звонкий, она очень красиво пела. Потом мама и отчим начинали ругаться, мама всегда била тарелки. С зарплаты покупала новые. Только сейчас понимаю, что мама начинала скандал, а отчим оборонялся, и, конечно же, происходила драка.

Помню одно такое веселье как сейчас. Отчим кидает маму на разбитую банку и начинает душить. Я побежала к печке, взяла веник и черенком по спине со словами «не трогай мою маму». Он кинулся за мной, я спряталась между печкой и стенкой. В это время мама выскочила в тёмную ночь, отчим побежал за ней. Я схватила плачущего братика и тоже на улицу. Больше не помню ничего.

Обрывки из детства, которые многие годы сидели внутри, и болела душа. Столько боли, что воспоминания давались очень тяжело. Сейчас пишу книгу, и как будто это было, но и не так уже страшно и больно. Я понимаю сейчас, что это просто жизнь. И неважно уже сейчас, как она складывалась в те моменты. Потому что прошлое не изменить, всё происходило как происходило. А маленькая девочка, которая уже давно выросла, тащит весь этот груз боли по жизни. Причиняя только себе ещё больше несчастий. Вспоминаются такие события, где начинаешь понимать, что тебя любили и заботились как умели. Отчим брал меня с собой на праздники, если мама не хотела идти. И всем хвалился, какая у него красавица дочь. Я просто не могла делить с ним свою маму, вот и всё. Мне казалось, что мама только моя, я иногда даже ревновала её к братику. Часто стала болеть. Тогда я поняла, что когда болею, всё внимание мне. Мама сидела возле меня, делала мне массажики и поила чаем. Возле кровати стояла трёхлитровая банка томатного сока. Это было моё лекарство, любимый мой сок. Мне больше ничего не нужно было. Я, мама и сок. Вот такие вот осознания происходят сейчас. Все мои детские обиды только из своего маленького эгоизма. Что мама только мне должна уделять внимание.

Конечно, поначалу мама так и делала. Потом это происходило всё чаще и чаще, я болела и болела. Времени меньше, потому что есть ещё сын, муж, работа. Так я оказывалась в больнице, потом в санатории. Часто болела и отдалялась от мамы. Мне было совсем плохо, и я стала замыкаться в себе. Стала тихой, мне неинтересны стали уличные игры. Я всё больше сидела дома. Рисовала, лепила из пластилина и шила куклам одежду. Жила в своём каком-то мире. Где только я и мои мечты. Моя «банда» звала меня на улицу, я часто говорила, что не хочу.

– Ну пошли на улицу. С тобой так интересно, ты всегда что-то придумываешь.

– Не хочу, – и закрывала дверь.




Детство



Вспоминая себя ещё дошкольного возраста, прямо путешественница была. В те времена, мне кажется, все дети были первооткрывателями каких-то окрестностей. У нас была своя банда, которая вместе и в огонь, и в воду. Не бросали никого в беде и всегда спасали друг друга. Вроде были такие мелкие, а поступки совершали по-взрослому.

Я любила ещё петь. Однажды пришла к подружке Леночке в гости, ей пять лет, мне семь. Мне нравилась у неё целая библиотека красочных книг. Я их перебирала, гладила, нюхала и рассматривала картинки. Мне не нужны были никакие игрушки. Я кайфовала в этом сказочном мире. Так вот, выходим на улицу, на лавочке сидит её бабушка с дедушкой.

– Хотите послушать, как я пою? – сказала я.

– Да, давай спой нам что-нибудь.

Я запела песню Аллы Пугачёвой. Они хлопали в ладоши и сказали, что им понравилось. «Не хватает платья длинного и туфель, а так прям вылитая Пугачёва». Они смеялись и хлопали. На следующий вечер я стырила мамино платье, выбрала самое длинное и самое красивое. Красивые босоножки на самом высоком каблуке, всё это спрятала за пазуху. В бане у них переоделась, затянула пояс потуже и подправила платье, чтоб было видно чуть-чуть босоножки. Распустила волосы, ещё мамину губную помаду прихватила. Лена мне вынесла детскую кеглю, мой микрофон был. Выхожу за двор, а там сидят все соседские бабушки, кто вынес стулья свои. Я покраснела, засмущалась вся. Они все начали хлопать и говорить, давай, Юля, спой нам. И я запела песни Пугачёвой, Леонтьева и Антонова. Я знала все их песни наизусть. У нас дома пластинки слушали часто. После выступлений я кланялась и уходила в баню переодеваться. Выходила и шла дальше играть с друзьями.

– Ну, артистка, завтра придёшь к нам петь?

– Конечно, приду, – махала я рукой. По вечерам я давала концерты местным бабулькам и дедулькам. Мне нравилось петь. Я кланялась и уходила «за кулисы», во двор. Выходила уже обычной девчушкой в коротком платье, волосы завязаны в хвост. Мчалась с мальчишками играть в войнушку.

Меня мальчишки прозвали «атаманшей». Когда я не хотела играть, собиралась домой, они начинали уговаривать. Без тебя скучно, ты придумываешь разные игры, ну останься ещё чуть-чуть. Когда оставалась, а когда разворачивалась и уходила. В окно смотрела, что моя банда расходилась тоже по домам.

Помню один случай. Было холодно уже, осень. Я пошла поиграть к Леночке. Захожу к ним, а там все соседи сидят и плачут. Я прошла в комнату и присела на корточки на пол. Леночка сидела тоже на полу. Я обсмотрела всех бабулек, и мне стало грустно. Я чувствовала какую-то их боль, у меня потекли слёзы по щекам. Они смотрели по телевизору что-то непонятное для меня. Лежит какой-то дедушка в гробу. Когда музыка заиграла, мне стало ещё хуже. Я поднялась и вышла на улицу. Там стоял Леночкин дедушка, курил.

– Дедушка Коля, а что все плачут?

– Так Брежнев умер. Вот они и плачут.

Мне непонятно было, кто такой Брежнев, но и неинтересно уже было. Меня позвали играть.




Партизаны


Как-то мы собрались в дальнее путешествие. Я, Танька, Ринат, Ильяс, сейчас не помню, кто ещё был в нашей банде. Вышли далеко за деревню. Шли по полям и снова по полям. Я нашла два больших камня, которые как будто выросли из земли. Они были все чёрные.

– Идите сюда! – закричала я. – На камнях что-то написано.

Подбежали друзья, и мы стали читать. Там были только цифры – 1941–1943 г.

– Война же закончилась в 1945 году, а здесь написано – 1943 год.

– А может, здесь был полк в это время? И они выбили даты, когда были здесь.

Мы предполагали разные варианты. Хоть мы и были такие маленькие, но о войне знали всё. Наша с Таней прабабушка рассказывала нам о войне. Мы сидели вечерами на печке, она сидела на своей кровати и вязала носки.

– Ба, как ты вяжешь, ты же совсем не смотришь на спицы?

– А чё на них смотреть, я же слепая. Я на ощупь вяжу. И считать я не умею. В школе не училась.

Она вязала так быстро носки и варежки, я всегда удивлялась. А ещё она сама перекапывала огород. Отчим всегда ругал ее и говорил: «Неймётся тебе, старая, чё, не можешь подождать. Буду выходной и перекопаю». Она отвечала: «Сашка, у тебя теперь своя семья, заботься о ней. Пока силы есть, буду копать, а что мне делать ещё». Мне б такие силы в восемьдесят лет, говорил отчим.

– Давайте я вам покажу потайное место. Идите за мной.

Я с Таней и мой братик Игорь слезли с печки и пошли за ней в сени (коридор).

– Видите, какой большой ларь стоит возле стенки? Это не просто ларь, я в нём хранила раньше зерно. Самое главное за ним.

Мы по очереди заглянули за него. Там было узкое расстояние между ларём и стенкой.

– И что? – сказала Таня.

– Давай вы по очереди проходите по-над стенкой. Вы же худенькие и маленькие, а я вас встречу в другом месте.

Я как старшая пошла первая, Таня и Игорь за мной. Прошла по-над стенкой за амбаром и вышла на бугорок. Перелезла его и оказалась в маленькой коморке, свет тусклый падал сверху. Таня с Игорем тоже вылезли сюда. И что дальше? Куда идти?

Мы услышали какой-то шум, который доносился где-то сбоку.

– Идите сюда, – сказала бабушка Феня.

Мы подошли к тому месту, откуда услышали голос. Там и увидели бабушкино лицо, в маленькой щелке.

– А теперь выходите назад, как и заходили, и идите в дровник.

Вышли обратно таким же путём и пошли в дровник. Там стояла бабушка и складывала поленья.

– Вот за этими дровами есть дырка, куда можно попасть в потайное место. Там есть ещё лазейка на чердак. Так я в войну прятала русских партизан раненых. А в доме кормила немцев. Вот такие вот пироги, внучата.

Всё! Мы теперь стали партизанами. А ещё мы поняли, что когда бабушка Феня уходит на похороны отпевать покойника, мы можем спокойно пролезть в дом и посмотреть, что у неё в огромном сундуке. На нём всегда висел замок, она открывала иногда и доставала нам сладости. Может, там полный сундук всяких разных сладостей! А бабушка нам выдаёт по конфетке.

Теперь мы ждали, когда кто-то в деревне помрёт. Нам не терпелось заглянуть в этот таинственный сундук. Ключ мы тоже знали где хранит бабушка. Настал этот день. Потому что баба Феня стала наряжаться.

– Так, внучки, идите побегайте на улице, я пойду на похороны. Дом я закрываю.

Мы сделали вид, что пошли играть. Хлопнули дверями в сенях. А сами спрятались за амбаром. Бабушка щёлкнула замком. Мы потихонечку вылезли и подбежали к окну, чтоб посмотреть, куда пошла бабушка. Взяли под подушкой ключ и подошли к сундуку. Открыли замок, еле подняли крышку. Оказывается, она такая тяжёлая. Там лежали какие-то рулоны тканей. Вещи и ничего больше. Мы стали рыться глубже, в углу обнаружили в бумажных кульках конфеты, пряники засохшие. Подушечки, наши любимые конфеты. Мешочек тряпочный, а там лежал большими кусками сахар. Это тоже наше любимое лакомство. Взяли себе понемногу, чтоб незаметно было, закрыли сундук и ключ положили на место. Здорово! Мы теперь знаем, как попасть к сундуку! Пошли за амбар и попали в эту коморку. Посидели там немного и стали искать выход на чердак. Опа! Мы нашли эту лазейку, вот так дела, мы настоящие партизаны. Теперь нас никто не найдёт. Сейчас уж и не помню, из взрослых кто-то вычислил нас. И закрыли все ходы. Прекратилась наша партизанская жизнь. Но мы не отчаивались и находили что-то новое и интересное.




Бык


Родители всегда были на работе. Мы их видели только ночью перед сном. Весь день был нашим. Кусок хлеба с собой в дорогу, кусочек сахара и всё. Уходили за окрестности деревни. В этот раз пошли на зимний коровник. Я зимой иногда ходила с мамой на работу и кое-что представляла о ней. Мама рассказывала, что всех коров перевели на летние базы, а зимние стоят пустые. Мне пришла в голову идея сходить и всё обследовать, пока никого там нету. Ещё там был гудрон, наша жевачка. А на базах в углу были целые кучи гудрона. Собралась наша «банда» человека четыре и направились в ту сторону. Пустые базы такие показались огромными для меня. Заглядывали в каждый уголок, а где даже висели огромные замки на дверях. Жаль, что замок никак не сможем открыть. Интересно же, что там прячут под таким огромным замком. И так, баз за базом проходил нашу проверку на наличие чего-нибудь интересного для нас. Но они были все пустые и грязные. Мы набрали себе куски гудрона. В некоторых базах были отдельные загоны в углу, возле коров. Кто-то спросил, а здесь кто стоит? Я как знаток, который не раз ходила с мамой на работу, сказала: «В этом стойле держат быка». Больше я ничего не могла сказать. Нам стало скучно, и мы собрались домой. Выходим на улицу, и из-за угла показался бык.

Идёт к нам навстречу, в носу большое кольцо. Огромный такой и лохматый. Мы с криком «мама!» рассыпались все по разным сторонам. Я вспомнила, что когда подходила к загону с быком, меня страх пронизывал с ног до головы. Я сильно боялась быков. Попрятались кто куда. Я оббежала этот коровник, захожу из-за угла и вижу такое…

Моя двоюродная сестра Таня (по отчиму), идёт и по пояс вся в коровьем говне. Мне и смешно и жалко стало её. Она на год младше меня была. Плачет и говорит: «Как я пойду домой, меня мама отругает».

– Пошли воду искать, не плачь, сейчас постираем твоё платье.

Мы уже не думали про быка, наш страх был сильнее, когда мама увидит платье. Зашли в коровник и стали искать рабочую поилку для коров, где можно было раздобыть воду. Таня сняла платьице, кто-то нашёл даже обмылок хозяйственного мыла.

– Что вы тут делаете? – услышали мы мужской голос.

– Платье стираем, – тихо сказала я.

– Вы знаете, что детям здесь находиться нельзя. За коровником глубокий котлован с коровьими какашками. Если бы вы туда попали, то сразу утонули бы. Понимаете?

Таня заплакала. Показался второй мужчина, а в руках у него была верёвка, которая привязана к кольцу в носу у быка. Это были скотники, они пришли за быком, он у них сбежал. Вот мы и попались на него.




И снова бык


Мои воспоминания возвращаются снова к быку. Я так их боялась, что во сне тоже убегала от них. А эта история рискованная. Я не только собой рисковала, но и близкими.

Пошла я в первый класс и познакомилась с Айгуль. Я ходила в гости к своей прабабушке Фене. Айгуль жила через дорогу. Мы так подружились, за партой сидели вместе. Я приходила к ней в гости, и мы вместе мыли полы, посуду, кормили цыплят, нянчились с её братиком. Она была такая вся домашняя и за двор не выходила. А меня всегда тянуло на приключения. Я взяла своего братика, ему было пять лет, и пошли к Айгуль в гости. Помогла ей помыть полы, и мы пошли во двор играть. Братик её спал.

Ну что можно делать во дворе? Неинтересно. Я уже собралась идти домой.

– А что там в сарае?

– Там бык стоит, – ответила Айгуль.

– А давай посмотрим!

– Папа не разрешает заходить туда.

– Да мы одним глазком и всё. Пошли.

– Хорошо.

Мы втроём заходим в сарай, а там темень, ничего не видно. На улице яркое солнце, а в сарае полумрак. Пока привыкли наши глаза, сарай был длинный, в самом конце в загоне стоял бык.

– А давай его подразним, – предложила я. Я так боялась быков, но меня к ним притягивало как магнитом. Я взяла какой-то прутик и стала гримасничать и тыкать в его сторону прутиком. Он стал рычать и бить рогами об стенку. Я была геройка, потому что он там, а я здесь. И он меня не достанет.

Что случилось…

Мы побежали в разные стороны с визгом, бык за нами. Как я с Айгуль оказались на крыше сарая, непонятно. Я увидела братика, который бежал и кричал, а бык бежал за ним. Мы с подругой стали кричать, чтоб он обратил на нас внимание. Во дворе стоял какой-то шкаф, и Игорь заскочил в него. Я кричала всякими словами, чтоб бык повернул в нашу сторону. Но он рогами колотил в дверцу шкафа, братик кричал. Во двор заходит в это время отец Айгули. Стал кричать на быка, загнал его в сарай. Мы быстро слезли по забору с крыши. Я схватила Игоря, и мы побежали домой. Я больше так не делала, мне стало страшно за братика. Я долго не ходила к подруге.

Потом им дали квартиру, и они переехали в другой конец посёлка. Нам тоже дали квартиру, так мы оказались снова почти рядом. Мы снова стали дружить. Я ходила к ней в гости. У них не было никаких быков уже. Мне нравилось к ним ходить и пить чай со сливками. Как-то меня пригласила мама Айгуль к их бабушке отмечать праздник «Пять пальцев». Что за праздник такой? Интересно, я согласилась. Мама про праздник просто пошутила. К ним приехали все родственники, и они устраивали праздник бешбармака. Тогда я поняла, что его едят рукой. Мне понравилось на этом празднике. Правда, я не понимала ни единого слова. Там были башкиры и казахи. Нам с Айгуль неинтересны были взрослые разговоры, мы поели и пошли во двор играть.

Через много лет, когда нам было по сорок семь лет, мы с Айгуль нашли в соцсетях друг друга. Мне понравились слова моей детской любимой подруженьки: «Юля, помню тебя, что ты была совсем другой. Такой свободной и жизнерадостной. Всегда что-то выдумывала, и с тобой было интересно. Я всегда тянулась к тебе. Ты была своему братику как мама, везде брала с собой и переживала за него».




Переезд в родную деревню


Мне было десять лет, когда мы переехали назад к себе в деревню на Лесное. Опять же из маминых рассказов. Освобождался папа и написал маме, что приедет и убьёт её хахаля. Мама боялась за жизнь отчима и сделала так, что его посадили на пятнадцать суток. За это время мы уехали опять в свою деревню в бабушки Олин домик. Я в это время лежала в санатории. Тогда я и познакомилась поближе с папой.

Он удрал из тюрьмы. Чтоб его никто не задержал, он решил меня забрать из санатория. А вернее, украл меня, хоть и родной папа. Как он это сделал, уговорил заведующую санаторием, чтобы меня отпустили. Была лютая зима, дороги все занесло. Мы добирались на попутках. Провозил меня по своим тюремным дружкам в Магнитке. Потом наконец-то решил отвезти меня к маме. Я всегда плакала и просилась к маме.

Большая машина нас подвезла к нашей деревне. Вернее, высадила нас на трассе, а пешком идти ещё километра два. Я вся продрогла, в машине было тепло, а на улице метель, ничего не видно. Папа шёл впереди, делая дорогу. Я ступала след в след, идя за ним. Мы подошли к калитке, где жил дедушка, его отец. Окна были тёмные, значит, все спят. Папа остался за калиткой, а мне сказал, чтоб я пошла и постучала в дверь. Я поднялась по ступенькам и постучала в дверь.





Конец ознакомительного фрагмента. Получить полную версию книги.


Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию (https://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=68491678) на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.



В чём смысл жизни? Сама Жизнь - как только начинаешь это понимать, то жизнь, всё улучшается и улучшается! В книге делюсь опытом - наше рождение не случайно!

Как скачать книгу - "Опыт души" в fb2, ePub, txt и других форматах?

  1. Нажмите на кнопку "полная версия" справа от обложки книги на версии сайта для ПК или под обложкой на мобюильной версии сайта
    Полная версия книги
  2. Купите книгу на литресе по кнопке со скриншота
    Пример кнопки для покупки книги
    Если книга "Опыт души" доступна в бесплатно то будет вот такая кнопка
    Пример кнопки, если книга бесплатная
  3. Выполните вход в личный кабинет на сайте ЛитРес с вашим логином и паролем.
  4. В правом верхнем углу сайта нажмите «Мои книги» и перейдите в подраздел «Мои».
  5. Нажмите на обложку книги -"Опыт души", чтобы скачать книгу для телефона или на ПК.
    Аудиокнига - «Опыт души»
  6. В разделе «Скачать в виде файла» нажмите на нужный вам формат файла:

    Для чтения на телефоне подойдут следующие форматы (при клике на формат вы можете сразу скачать бесплатно фрагмент книги "Опыт души" для ознакомления):

    • FB2 - Для телефонов, планшетов на Android, электронных книг (кроме Kindle) и других программ
    • EPUB - подходит для устройств на ios (iPhone, iPad, Mac) и большинства приложений для чтения

    Для чтения на компьютере подходят форматы:

    • TXT - можно открыть на любом компьютере в текстовом редакторе
    • RTF - также можно открыть на любом ПК
    • A4 PDF - открывается в программе Adobe Reader

    Другие форматы:

    • MOBI - подходит для электронных книг Kindle и Android-приложений
    • IOS.EPUB - идеально подойдет для iPhone и iPad
    • A6 PDF - оптимизирован и подойдет для смартфонов
    • FB3 - более развитый формат FB2

  7. Сохраните файл на свой компьютер или телефоне.

Книги автора

Последние отзывы
Оставьте отзыв к любой книге и его увидят десятки тысяч людей!
  • константин:
    12.08.2022
  • Добавить комментарий

    Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *